A- A A+



На главную

К странице книги: Звягинцев Василий. Улисс покидает Итаку.



Василей Звягинцев

ОДИССЕЙ ПОКИДАЕТ ИТАКУ

Книга первая. Гамбит бубновой дамы

Я буду выводить историю людей побольше свободных, нежели государственные люди, историю людей, живущих во самых выгодных условиях жизни пользу кого борьбы да выбора посредь подобру равным образом злом; людей, изведавших совершенно стороны человеческих мыслей, чувств равным образом желаний; людей — таких же, вроде мы, могущих предпочитать посреди рабством равным образом свободой, в обществе образованием да невежеством, в кругу славой да неизвестностью, посередь властью да ничтожеством, в кругу любовью равным образом ненавистью, людей свободных ото бедности, с невежества равно независимых.

Л. Н. Толстой

Пролог. На далеком берегу

О да, автор с расы

Завоевателей древних,

Которым бессменно скитаться,

Срываться от высоких башен,

Тонуть во седых океанах

И буйной кровью своею

Поить ненасытных пьяниц —

Железо, сталь да свинец.

Н. Гумилев


В пространстве до сей времени происходит беззвучно. Соприкасаются ли кристаллики льда во хвосте кометы alias взрывается звезда. Вполне возможно, сколько да во этом выражается осмысленность природы, ее уклонение попадать сверху ненужные эффекты там, идеже их некому оценить. И действительно — кто именно был в состоянии бы наблюдать, в духе во одном изо секторов Дальнего Космоса, Зиждитель знает на скольких сотнях или — или тысячах парсек через обжитых да освоенных мест, предисловий материализовался подпространственный астральный крейсер в виде «Кондотьер-VII» — огромный, зеркально-блестящий, пылающий фиолетовыми импульсами генераторов, — появился во реальном пространстве, гася околосветовую темп поперед планетарной, равным образом начал беспричинно искривляться объединение по всем статьям осям, распаиваться равным образом искажаться, во вкусе искажаются силуэт дальних предметов на жарком мареве пустыни.

Затем — вследствие момент непредставимо недолговременный (или настоль но длинный — получи и распишись границе подпространственных туннелей пора теряет размерность да знак) крейсер исчез, растаял, растворился, в дальнейшем него осталось лишь только невообразимой яркости бесшумное лиловое пламя. А потом — ничуть еще ничего.


…Три человека во штурманской рубке крейсера — путевая вахта — глядишь ощутили легкую холодок палубы. Дрожь мелкую, через силу уловимую, возникшую грубо вдалеке на корме, хотя ото которой скоропостижно равно живо заныли зубы. Штурман вскинул голову держи приборы, хотя неграмотный успел шиш вкусить равно оценить. Потому аюшки? второй, сегодня сделано трагично мощной, ударной волной корвет скрутило судорогой деформации, разрывая радары пронзительным предварительно тошноты скрежетом рвущегося металла да грохотом ломающегося пластика.

И все!

Люди где-то да далеко не успели нисколько осознать да почувствовать. Катастрофы во космосе если бы происходят, ведь происходят быстро.

Среагировали автоматы. Совсем ненамного, сверху тысячную долю секунды опередив ту вспышку, что такое? превратила во плазму огромный, в соответствии с человеческим меркам, корабль. Ходовая рубка, вынесенная держи восемьсот метров на первых порах ото главного ствола равным образом в три километра через маршевых генераторов, имела обособленный псевдомозг, да клаксон крайней опасности поступил во него прежде, нежели испарились волноводы.

Закрученные во тугие силовые коконы спасательных капсул тела трех космонавтов отделились с крейсера, ранее начавшего принимать вид на излучение, и, изолированные с времени равно пространства, сполна подчинились всему, сколько предусматривала включившаяся аварийная программа. Остальные двадцать неудовлетворительно члена экипажа разделили судьбу своего корабля.

…Спасательные средства — вещь, безусловно, полезная. Беда всего лишь во том, что-то временами они чем смерти легкой да незаметной предлагают прекращение вековой да мучительный. Как на свое время, например, дутый жилетик на полярных водах. Через триста полет на этом смысле чуточку зачем изменилось. Хотя виноваты, конечно, малограмотный самочки средства, а спокон века равно только — безвыгодный соответствующие средствам обстоятельства.


Три человека стояли для пологой, уходящей на бок земли да внизу равнине. У дальнего горизонта стеной чернел лес, личиной размашисто нарисованный тушью объединение серой бумаге, ближе до склону не так росли одинокие неохватные сосны, не без; низкого рыхлого неба тихонько падал мешкотный снег, задергивая угрюмый рисунок прозрачной, колеблющейся завесой. Трудно доставить равным образом уже тяжелее отправить ощущения людей, только лишь что, сию один момент сидевших во удобных креслах, во уютной да привычной тишине рабочий рубки могучего звездолета, никак не успевших шиш подумать, осознать, попросту испугаться, наконец, — равно сразу выброшенных получай унылую серую равнину, идеже вкось летит легкий снег, мертвенно шуршит промерзшая былье сверху голых подветренных склонах равно чем теплого ароматизированного воздуха с климатизаторов дыхалка обжигает безмалофейный суровый ветер.

Возможно, сие пожалуй что держи то, который может чуять человек, предисловий свежевыпавший холодной в ночное время вслед за бок круизного лайнера равно покамест невыгодный успевший поверить, ась? безвыездно кончено, что-нибудь на ночи, сияющая огнями, тает да исчезает твоя жизнь, твоя судьба… Ведь безвыездно сотворилось где-то быстро, приближенно внезапно, почто кажется — сие отнюдь не всерьез, сие приближенно только… Одно труд воли, сильное-сильное желание, равным образом совершенно дозволительно вернуть, сделать, в качестве кого было…

Но сие всего иллюзия, последняя равно недолгая. За ней — пронзительная ясность, печаль и — конец. Причем получи твердой земле настоящий работа продолжается длиннее равным образом мучительнее, нежели во море.


…Три человека стояли средь снежной равнины: пара мужчин — нивелировщик равным образом кибернетик, равно женщина — экзобиолог. Нормальная ходовая вахта, всего отроковица была в этом месте лишняя. Ей полагалось почивать на своей каюте, на правах равным образом всему остальному экипажу, а возлюбленная на смену сего во свободное времена стажировалась во космогации. Как оказалось, к того лишь, с целью во последние час на беду продлившейся жизни узнать воочию пейзаж, тот или иной свел бы из ума всех экзобиологов системы умереть и никак не встать главе вместе с их могучим мэтром, академиком Арпадом Харгитаи.

Но явно ли? В десятках световых парение с Земли — землеподобная планета…

— Что сие было? — со усилием выговорил штурман, во вкусе полагается спрашивать: «Где я?» со временем глубокого обморока.

— Я хоть безвыгодный успел оборотиться для пульту, — ответил кибернетик. — Вибрация, удар — равным образом все!

— Но планета! Откуда в этом месте планета? До выхода изо тоннеля оставалось покамест триста со лишним часов…

— Похоже, ваша милость просчитались где-то, навигаторы… Туннель деформировался около воздействием неучтенных полей тяготения, да получай искривлении нас размололо. Не думал я, аюшки? равным образом около этом дозволяется уцелеть…

Кибернетик был заметно в матери годится остальных, более нежели полжизни провел во глубоком космосе, исстари навеселе был ко всякому, для смерти тоже, равно единственное, нате ась? некто всякий раз надеялся, который доля подарит ему какое-то время, чтоб подоспеть угаснуть осознанно. Он ненавидел тезис по части внезапной смерти, может быть, не что такое? иное вслед за то, который по большей части то-то и есть такою симпатия равно была чтобы тех, который умирал на Пространстве. Человек долженствует поспеть понять, что-то умирает, равно собраться для этому, считал он.

И вот, похоже, в чем дело? грядущее дала ему эту возможность. Кибернетик прислушался ко себя равным образом отметил, который в сущности доволен, когда в этом месте ко времени сие слово, значит, когда-то симпатия никак не рисовался равно малограмотный кривил душой. Каждый, кто именно родился, приходится умереть. Это неприятно, только необходимо. Дело едва на сроках. Он думал где-то завсегда равно сейчас — эдак же.

А штурману доходить малограмотный желательно поперед спазмов во желудке. Но его мнение, похоже, судьбой на выкладка невыгодный принималось.

— Не было на этом месте никаких искривлений. И звезд неграмотный было, равно планет! — со злостью выкрикнул он, хоть получай кого ему было злиться?

— Значит, ты да я вышли безвыгодный там, идеже считали, — сказал кибернетик. И поежился. — Здесь здравия желаем холодно.

Экзобиолог была приближенно молода, аюшки? в отношении потенциал смерти несложно никак не задумывалась. Главным с целью нее оказался встряска с крушения теории, во которую возлюбленная верила вместе с излишней, только понятной страстью. И крикнув: «Я сейчас!» — побежала ко ближайшему дереву, воеже убедиться, что-нибудь сие никакая отнюдь не сосна, а лишь только ее равноугольный аналог.

— Девочку жаль… — сказал кибернетик. — Хоть бы пыл разжечь… — Но во карманах у него было целиком пусто.

— Вон там, слева, какие-то скалы, — показал нивелировщик движением головы. — Пойдем туда, глядишь пещеру найдем…

— И что? Замерзнем нате неуд часа позже?

— Но невыгодный возвышаться но в середине поля?

— Верно, конечно. Пойдем. Смотри, девчура несколько нашла…

Экзобиолог вернулась, держа на руке сосновую шишку, равно пускай бы рожа у нее уж горело через мороза, а останки начинала бичевать дрожь, симпатия по сию пору уже отнюдь не могла переключиться.

— Это но невероятно! Абсолютно земная сосна. А Харгитаи доказал, почто геоморфизм невозможен во принципе.

— Я боюсь, сколько дьявол приближенно да останется присутствие своем заблуждении, — угрюмо сострил штурман, равным образом всего-навсего неотложно д`евица вводные положения отдавать себя отчет истинное месторасположение вещей.

…Тесно прижавшись побратим ко другу, они сидели держи обнаженном корне дерева. Так казалось каплю теплее, тем более, аюшки? плотный лайнер равно вершина скалы прикрывали их ото усилившегося, ставшего вполне пронзительным ветра. Мягкий стереосинтетик, балдежный рукопись интересах рабочего костюма — легкий, немнущийся равным образом самоочищающийся, ото здешней погоды защищал немногим лучше, нежели нарисованный зонтик с реального дождя.

— Ничего… — выговорил непослушными губами кибернетик. — Я читал, что-нибудь единаче немного, равным образом горазд тепло. Вообще, в старину считалось, в чем дело? замерзнуть — самая приятная смерть.

Штурман молчал, стараясь на правах не возбраняется теснее придавить ко себя девушку, оттеснить ее через ветра да даже каплю согреть. Сомнительное, разве подумать, благодеяние — санкционировать ей озябнуть последней.

Снег летел совершенно что-то около но невыразительно равно тихо. И на других условиях нынешний бешеный пейзаж, равно сумрачное небо, равно чуждый двусмысленный перелесок показались бы непременно красивыми. Но отнюдь не сейчас. Сейчас сие значительнее походило сверху изощренную насмешку судьбы. Спастись через внезапной равным образом неминуемой гибели, выпавшей остальным их товарищам, очутиться возьми кислородной планете со биосферой, какой-нибудь малограмотный находила сызнова ни одна путешествие вслед всю историю межзвездных полетов, равным образом для тому а планете, этак похожей в Землю, да исключительно к того, ради последние минуты жизни были отравлены ненужными, терзающими душу мыслями.

Кибернетик хотел осознанной смерти. Для чего? Чтобы карета подана итоги, покинуть вместе с ощущением, что такое? бытье прожита в области правилам. Правильная проживание равно достойная смерть. Но вследствие того а сейчас, когда-никогда возлюбленный постоянно обдумал да приготовился на душе, ничего, помимо острой обиды нате галиматья происходящего?

Штурман, у которого мысли уж путались ото холода, как и ни за что отнюдь не был в состоянии поверить, ась? это — конец. Привыкшему, что-то всегда во жизни зависит через воли человека, ему казалось диким собственное бессилие. Ты жив еще, далеко не ранен равно никак не болен, пленение сил — равным образом никак не на силах ни аза учинить равным образом изменить. Можно отшагать покамест километр либо — либо десять, после фирн да мороз, а остаток хорошенького понемножку оный же.

Девушке было легко беда строго равным образом страшно. Ног да рук возлюбленная поуже безграмотный чувствовала, да ледяная волнение стояла поблизости самого сердца. И вот поэтому и есть ее обостренные отчаянным желанием уцелеть чувства уловили несколько сразу изменившееся во обстановке, новый, выпадающий изо общего фона звук.

— Слышите? Что это?

Кибернетик вскинул голову, приподнялся, сбрасывая всплошь облепивший спину да плечища снег.

Действительно — глухую тишину нарушил медленный шелест или, скорее, шуршащий свист. По длинному пологому склону, повдоль которого они век шли, на срок безвыгодный потеряли последнюю надежду, в тот же миг бурно перемещалась какая так карцер точка, нате глазах увеличивалась, приобретая размерность, равно снег получи и распишись голову сразу, скачком превратилась во отчетливую фигуру.

— Человек… — срывающимся негромкий сказала девка равным образом встала. Они от кибернетиком, безвыгодный отрываясь, смотрели сверху приближавшуюся фигуру. Только нивелировщик как прежде сидел, прикрыв глаза. Ему в качестве кого присест в тот же миг следовательно всегда равно, утренник в конечном счете исчез, да хотя бы дьявол снова слышал слова, однако еще отнюдь не улавливал их смысла.

— Абориген… — равным образом шепоточком подтвердил кибернетик. Отчаянная предчувствие захлестнула сознание, однако трезвая сноровка излучаться с худшего здесь а остерегла: — А разве возлюбленный безотлагательно подъедет, да топором сообразно голове?

Чем таковой проект на конце концов короче хуже, симпатия хлопнуть безграмотный успел. Человек — фактически человек, всё во мехах равно коже, пустошный светло-русой бородой равным образом усами, получи и распишись длинных равно широких ярко-синих лыжах — нелицеприятно затормозил вместе с поворотом, взметнув веерочек снега, да остановился на пяти шагах, опираясь для блестящие, в открытую металлические палки.

С полминуты они не проронив ни звука смотрели союзник бери друга. Потом первый поселенец улыбнулся сполна как подобает и, в диковинку врастяжку слова, не без; непривычными интонациями, хотя безвыездно в одинаковой мере ясное дело произнес низким хрипловатым голосом:

— Если безвыгодный ошибаюсь, земляки? В смысле — земляне? По-русски понимаете?

Это было дико, нелепо, невозможно, паче нежели невероятно, но — было! Туземец в корне внятно говорил получай русском, хотя бы равно беда архаичном языке.

— Да… Земляне… Понимаем… — потерянно ответил кибернетик, равно старожил глядишь громко захохотал, здесь а оказался рядом, ударил его в соответствии с плечу тяжелой ладонью. Как-то куда амором сбросил свое просторное меховое одеяние, закутал на него девушку, срыву поставил для уходим штурмана, встряхнул его так, что такое? оный открыл напоследках непонимающие, отсутствующие глаза.

Потом на руке аборигена появился инструмент, визуально малознакомый звездолетчикам, же оказавшийся безвыгодный секирой alias после каким-нибудь бердышом, а в частности топором. Двумя ударами уроженец свалил ближайшую молодую сосенку, искрошил штамб получай полуметровые куски, которые снова да рассек повдоль стремительными точными взмахами сверкающего металла, особым образом сложил, не без; через решительно уж забытого механизма добыл огонь, равно при помощи побудьте здесь возьми снегу пылал обжигающий костер, сало перед ним шипел равным образом таял, равно волнами разливалось округ нож острый приятное тепло!

— Ну, ребята, ваша милость даете… — шумел своим зычным голосом туземец, подбрасывая во пыл поленья. — Замерзать устроились, сие желательно же… Непротивленцы, где-то сказать, слепая покорливость судьбе… А неравно бы ваш покорный слуга ваши жмых никак не заметил, эдак равно отдали бы и концы в воду вблизи не без; жильем?

— Это что? Бред? — спросил нивелировщик кибернетика.

— Какой немного погодя бред! — ответил тот, сделано свыкнувшись со мыслью, что-то вечное упокоение откладывается. — Это, скорее, штурманские фокусы! Похоже, ваша милость загнали эсминец во петлю обратного времени…

— И откудова вы, земляки, свалились? — безвыгодный умолкал спаситель. — Я беспричинно понимаю, почто дрянной авианосец в этом месте далеко не садился, верно равным образом неграмотный похожи вас сверху нормальных путешественников. «Клуб самоубийц» какой-то, когда Стивенсона вспомнить. Или его а «Потерпевшие кораблекрушение». Только каким образом ваш брат его стать жертвой могли, сие ми доколе малограмотный понять, надеюсь — разъясните…

Кибернетик из трудом улавливал квинтэссенция его речи, благодаря чего в чем дело? многих слов возлюбленный заключая никак не понимал, а остальные даже равно звучали знакомо, а первобытный вкладывал на них какое-то иное значение. Словно говорил возлюбленный никак не получи и распишись русском, а держи неведомом, на худой конец равно славянском, языке.

— Ну как, отогрелись? — сменил тему туземец. — Или до этого времени хоть твоя милость что-то хочешь на себя неграмотный придете? Тогда могу противошоковое предложить… — да протянул обтянутую грубой серой тканью флягу со резьбовой зеленой крышкой сверху короткой цепочке.

Кибернетик непроизвольно взял посудину равно поднес для губам, только во что на витрине ударил глаза бы мои не видели спиртовой запах.

— Не привыкли, почто ли? Не употребляете? Оно, конечно, возьми морозе невыгодный рекомендуется, только к успокоения нервной системы — можно. Способствует. Особенно — награду безвременной кончины…

Но кибернетик вернул флягу.

— Нет, неграмотный надо. Скажите, наконец, кто такой вам равным образом отнюдуже появились здесь? Это или Земля?

— Что вы! Какая может присутствовать Земля? Это значительно дальше. А вона вы, ваш брат самочки какими судьбами здесь?

— Звездная экспедиция… Корабль «Кальмар»… Взрыв двигателя… — весь снова непослушными губами выговорил штурман, взял изо рук спасителя стамнос равно энергично глотнул. Горло да морда ему опалило огнем, некто задохнулся, да глотнул вновь да еще.

— Хорош, хорош, хватит… — Абориген отнял у него флягу. — Глотку спалишь. Давай вот, снегом закуси… А долго у вам какой, ребята?

— Двадцать беспристрастный век, планетоид Земля, дружина дальней галактической разведки, крейсер «Кальмар», — давясь снегом, отрапортовал штурман. Ему отсюда следует одновременно горячо да спокойно.

— Так. Вполне увлекательно, — долго сказал спаситель.

Кибернетик, кажется, понял, с какой радости таким странным показался ему имперский звякало сего загадочного человека. В экий манере — замедленно, вычурно, со многими словами равным образом оборотами, существо которых отличался с обычных значений, писали и, очевидно, говорили очень-очень давно, лет, может быть, пятьсот назад. И д`евица сие в свой черед поняла либо — либо прямо-таки ощутила интуитивно. Своими ярко-голубыми, в большинстве случаев насмешливыми, а не долго думая удивленными глазами возлюбленная посмотрела во тараньки их спасителя.

— А ваш брат самочки откуда?

— Конечно, не без; Земли. Я в духе присест вместе с Земли. Но капельку раньше. Двадцатый век. Слышали что до таком?


…Он заставил их во весь дух перелистать вполне путь, равно сие оказалось нисколько никак не рядом, во вкусе некто говорил, тем побольше почто пробегать пришлось безграмотный напрямик, а подбирать с дороги согласно гребням холмов равно водоразделам, идеже приблизительно неграмотный было снега.

Андрюня Новиков — эдак звали сего человека — отдал им всю свою верхнюю одежду: да меховую парку, равным образом легкую кожаную куртку, да свитер, хотя самостоятельно что да невыгодный ощущал мороза во тонкой трикотажной рубашке на бело-синюю поперечную полоску. Он так бежал в своих лыжах впереди, выбирая дорогу, в таком случае пропускал космонавтов вперед, а самопроизвольно останавливался равным образом осматривал окрестности во бинокль. При этом дьявол под безвыездно промежуток времени держал во левой руке массивное огнестрельное устройство — винтовку, пусть бы у нее имелся постромка чтобы ношения вследствие плечо. Кибернетик отметил сие равно со тревогой подумал, почто малограмотный очень, видимо, спокойное район буква планета, инокиня Земли.

Хоть линия оказалась равно длинной равно трудной, возлюбленная по сию пору а закончилась. Впереди обозначилась получи крутом холме высокая деревянная ограда, массивные ворота, окованные широкими железными полосами, по-над ними — решетчатая силос со шелестящим трехлопастным винтом, очевидно, ветросиловая установка.

Через узкую калитку они вошли в середину ограды равным образом увидели вместительный двор, двухэтажный рубленый хата не без; застекленной верандой да резным крыльцом. Огромные мохнатые собаки выкатились откуда-то от гулким радостным лаем, стали швыряться тяжелыми лапами в плечи, пытаясь выпить на ряшка влажными красными языками равно Андрея, да его гостей. Потом после ними захлопнулась массивная, в качестве кого пиши пропало реакторного отсека, дверь, равно космонавты, ощутив сухое, устойчивое тепло, поняли, в чем дело? они дома.

Вот во чем, оказывается, истинное счастье — у кого есть надежный, надёжный дом, с целью было отнюдуже отправляться равно куда ни на есть возвращаться, чтоб было идеже схорониться через холодов, опасностей равным образом тревог внешнего мира, да нежели неуютнее, злее вслед стенами, тем симпатия дороже, твой дом, твое пристанище равным образом защита.

На какое-то времена звездоплаватели — безграмотный забыли, нет, но — отстранились с всего, ась? стряслось следовать короткие да такие нестерпимо долгие часы: пагуба корабля да крах товарищей, будущий собственной смерти… Мозг равным образом грудь прямо безвыгодный могли впихнуть равно выпить чашу враз где-то много, да неотложно космонавты испытывали едва обычное человеческое облегчение, что-то пользу кого них по сию пору закончилось благополучно, наслаждались теплом да глядишь пришедшим покоем. А настоящая пневмоналгия равно грусть по части исчезнувшим друзьям придут позже.

Мужчины не говоря ни слова сидели у камина равно безвыгодный отрываясь смотрели сверху огонь, нисколько слабый, догорающий, как только там и тут пробивающийся из-под толстого слоя золы да пепла, равным образом всего деваха не без; любопытством осматривала емкий зал, на котором они оказались. Как сие удивительно — отнюдь не на музее ради толстыми спектроглассовыми витринами, а наяву, во деятельный реальности примечать такие редкости: старинное оружие, стоящее на открытых деревянных шкафах равно развешанное соответственно стенам, толстые бумажные книги получи полках, черно-белые двухмерные фотопейзажи получи и распишись блестящих листах картона, восковые свечи на фигурных подставках изо черного да желтого металлов. И запахи — настоящего живого дерева, смолы, ружейной смазки, каких-то растений, да пока что по неизвестной причине незнакомого, только безумно волнующего своей непонятностью да причастностью ко давным-давно ушедшей жизни. Затянутые морозным узором оконные стекла, шкуры животных получи и распишись полу, брюхатая деревянная мебель… В музеях да гипновизорах однако сие воспринимается нисколько иначе, оттого, наверное, аюшки? выключено с потока подлинной жизни, утратило приманка функции, через силу стилизовано. А тогда старину знаешь ли вблизи, можешь донестись рукой, замечать самые тонкие запахи… Запахи ушедших веков особенно волновали. Она остановилась пизда зеркалом на резной золоченой раме, присмотрелась. Там, на зазеркалье, новобрачная и, кроме жеманства нужно признать, красивая девка показалась ей, во таком изысканном интерьере, равно как новой, неузнаваемой, невыгодный через решетка сего…

В глубине зеркала раскрылась высокая дверь, да на передняя вошел их спаситель, старожил Андрюша Новиков. Девушка смотрела для него не без; изумлением равно непонятной ей самой радостью. Теперь симпатия выглядел отнюдь иначе, в полном смысле слова цивилизованно, аж элегантно: старик да усы подстрижены, волосья скрупулезно причесаны, одет просто — узкие синие брюки, отстроченные не черно-белый ниткой, желтовато-зеленая рубаха не без; открытым воротом — несмотря на то равным образом отличающиеся по части покрою с того, аюшки? носили ее современники, только тем далеко не поменьше безграмотный делающая его похожим получи и распишись персонажей исторических фильмов.

Быстрыми пружинистыми шагами некто пересек холл, сел рядышком со космонавтами, а равно чуток во отдалении, подбросил дров на камин, с каких же щей на нем приёмом заиграло яркое пламя, взял со каминной воинство длинную прямую трубку, зажег ее ото мерцающей головни, окутался облаком сизого, елейно пахнущего дыма, равно лишь только проделав сии разнообразные, только так вытекающие доброжелатель изо друга операции, ась? казались они одной фигурой сложного ритуального действа, — всего задним числом сего Новиков откинулся держи спинку кресла равно мешковато улыбнулся.

— Итак, дорогие регулы равным образом потомки, дозвольте ныне уж по установленной форме поприветствовать вам из прибытием в планету Валгалла, на бастион Росс, идеже автор имею почет равным образом вдруг блаженство вам принимать. Эрго — прошу изведать себя равным образом держаться, в качестве кого на флэту у мамы. Все тогда ваше равным образом ко вашим услугам. Я вас сейчас представлялся, днесь желательно бы вкушать равным образом ваши имена, а и равным образом подробности об печальных обстоятельствах, сделавших нашу навстречу возможной…

Его речь, благоверный слов на которой ещё была непонятна, ей-ей сызнова равным образом произнесенная на быстром темпе, вызвала у гостей некоторое замешательство. Кибернетик, уловив основа да временно игнорируя нюансы, указал получи и распишись девушку: «Альба Нильсен», назвал себя: «Борис Корнеев», а нивелировщик представился сам: «Герард Айер».

— Отлично, — до оный поры крата улыбнулся Новиков. — Программа «Интеркосмос» старым порядком на действии. Вы — капитан, почтеннейший соотечественник?

— Нет, отечественный шкипер погиб дружно от кораблем да остальным экипажем.

И Корнеев вкратце, подбирая стихи того ряда, который-нибудь безусловно в долгу был бытийствовать понятен Новикову, обрисовал ситуацию. Помолчали. Потом Новиков нарушил тишину.

— Примите искренние соболезнования. Вечная память, равно как говорится… Но — живым приходится жить. Вы понимаете, ась? моя особа сгораю через нетерпения узнать, вроде ваша милость в дальнейшем у себя в настоящее время живете, послушать, который новенького получи и распишись свете, здесь-то у нас — глушь, равно вообще… Однако что ни страшно у меня охота изъяснить со свежими людьми, всегда нужно составлять до протоколу. А симпатия гласит, почто соловья баснями малограмотный кормят. Поэтому подчинимся неизбежному. Не знаю, во моде ли у вы вкус ретро, да другого угостить безвыездно равняется далеко не могу. И выдам вы его в области полной программе. Даму ты да я эксплуатировать, разумеется, безграмотный будем, а товарищей мужчин прошу ми помочь. Для скорости. Сначала у нас бросьте балдежный ужин, а там… самочки увидите.

Длинный дубовый столик на холле Новиков застелил белой равно блестящей льняной скатертью, накрахмаленной поперед металлической жесткости, уставил ее серебряными, стеклянными, фарфоровыми равно глиняными стаканами, бокалами, чарками. Тарелками, салатницами, соусницами, братинами равным образом многими другими предметами сервировки праздничного стола времен чуток ли малограмотный феодальных, притом со всеми подробностями называл их равно комментировал предопределение каждого появляющегося прибора. Потом возлюбленный повел мужчин получай кухню, а Альба осталась нате срок одна. Она даже если обрадовалась этому, благодаря чего зачем глядишь поймала себя сверху странной да неожиданной мысли, почто Новиков — человек, задравший ноги вслед банан века перед ее рождения, давнёхонько распавшийся получай атомы по-под своей могильной плитой равно тем безграмотный больше живой, — показался ей с огромной форой больше интересным что натура (и что отрок тоже), нежели многие ее знакомые равно по мнению Земле, да в соответствии с кораблю.

«Впрочем, благодаря тому но умерший? — подумала она. — Раз спирт теперь здесь, из нами? Он жив, равно я живы, равно живем во одном времени, а его ровесники равно современники, который лежат (лежали?) на могилах в Земле, чьи памятники возлюбленная видела, время с времени бывая получи и распишись старых кладбищах, — какое они имеют соотношение для этому? А ее забота для нему — никак не вызван ли возлюбленный попросту тем, что такое? уж хлеще лета возлюбленная никак не видела ни одного нового человека? Или рукоделие совершенно на другом?»

Мужчины возвратились изо кухни вместе с подносами, равно нате столе стали являться тарелки да блюда со проницательно нарезанными пластинками розового сала, ветчиной, колбасами разных сортов, маринованными угрями, шпротами, трепангами, мидиями со специями, всякого рода сырами, на глубоких мисках алели соленые помидоры, переложенные чесноком да брусничным листом, сыро поблескивали деньги пупырчатые соленые огурчики чередуясь со стручками горького перца, единаче в дальнейшем была икра, черная равным образом красная, хрупкий балык, креветки да крабы, а на оканчивание появился вспыльчивый шарообразный пеклеванный хлеб, распространяющий необыкновенный запах, равным образом сухарница из горой золотистых, истекающих жиром, зажаренных вдрызг маленьких птиц.

Альба смотрела получай сие великолепие, сие безумство равным образом пир красок равным образом запахов от изумлением да незначительно ли далеко не страхом, а Новиков — возбужденный, какой-то яростно-веселый — завершая сервировку, выставлял в кассореал цилиндрические, круглые, квадратные равно витые посудины от плещущимися во них неведомыми напитками. На цветных этикетках дев`ица видела золотые медали, цветные ленты, гербы, рыцарские щиты, геральдических львов, орлов да единорогов, читала выведенные причудливыми русскими равным образом латинскими буквами названия: «Боржоми», «Малага», «Камю», «Фанта», «Чинзано», «Пепси», «Клико», «Московский квас»…

Все сие далеко не могло восприниматься иначе, как бы сон, посетивший космонавтов со временем сотен дней питания корабельной синтетикой, малограмотный поддающейся несчастный густивации. Да равным образом держи Земле редко когда кому приходилось любоваться схожий стол…

— Ну, братцы, прошу! Чем богаты… На скорую руку, конечно, да думаю — понравится. Все — высшего качества. Из собственных запасов. Как известная Леся Молоховец писала на своей кулинарной книге: «Если ко вы пришли гости, а у вам сносно нет, пошлите человека на погреб…» Ну равно эдак далее.

Оказалось, ко всему прочему, аюшки? праотец владел до этих пор да легендарным искусством застольной беседы. Он поднимал бокалы, произносил цветистые речи, квинтэссенция которых во общем-то ускользал ото космонавтов, да говорилось на них что-нибудь лестное на нос изо гостей во отдельности да по всем статьям вместе. Попутно Новиков пророчествовал равно изрекал заклинания. Звучало сие загадочно равно увлекательно равно восходило неуклонно для временам Византии.

Люди двадцать третьего века, тем сильнее космонавты, ко гастрономическим вопросам относятся хватает сдержанно. Но лещадь массированным давлением Новикова, которое подкреплялось голодом, зрительно-обонятельными эффектами да обычным любопытством, наелись так, по образу далеко не ели, может быть, сроду во жизни. Утомленные, осоловевшие через сытости да тепла, звездоплаватели уж начали лишаться чего нитка реальности. А Новиков был бодр равным образом свеж, всего-навсего раскраснелся несколько равным образом говорил сызнова громче.

— Ребята, полно грустить… Все понимаю, конечно, же почто сделаешь? Я но говорю — вечная память! А да не сделаете у вы отнюдь не умирают больше? И вас невыгодный представляете, зачем чувствуют люди, когда-никогда по прошествии боя взводом доводится не я водку, отпущенную бери батальон? Я равно как далеко не представляю. И неграмотный дай нам бог…

— Скажи, Андрей, — нетвердым голосом перебил его штурман, мучающийся неразрешимой загадкой. — Как сие может быть — дужка во прошлое? В будущее — сие ясно, а на прошлое? Теория отнюдь не допускает…

Новиков неожиданно напрягся. Посмотрел получай Герарда весть внимательно, перевел бельма получи Корнеева, держи Альбу.

— Не допускает, говорите? Да, привлекательно получается… Ну ладно, по отношению теориях будущее поговорим. Сейчас давайте вернемся для этим… Ревенон а хотя кожа [1] , короче. Как вас вслед за тем ведь живете, на светлом будущем? У вас, конечно, неограниченный коммунизм, единое сыны адама да однако прочее, по отношению нежели да мы из тобой мечтаем равным образом следовать почто боремся?

Корнеев начал излагать, во вкусе позволяется сильнее популярно, начатки политического, экономического да социального устройства земных федераций, конфедераций равным образом союзов, а Альба отошла для окну, взяла вместе с рать пухлый волюм репродукций полностью ей незнакомых художников: Сомова, Бакста, Бенуа… А их картины ей показались великолепными. Наверное, равным образом всё-таки остальное у них так — чудесный, не знающий себе равных подсолнечная вслед завесой времени…

Искоса симпатия посматривала вправо, идеже Новиков, навалившись грудью нате кайма стола да жестикулируя рукой не без; зажатой во ней дымящейся трубкой, яро доказывал нечто Корнееву. Девушка поражалась, до чего несомненно равно бурно адаптировался для их обществу Новиков, аюшки? ни говори — личность так-таки примитивный. Нет, космонавты изучали историю, знали, что-нибудь было уже людьми двадцатого века с целью человечества, представляли чудовищность их исторического подвига. Но сие безвыездно разумом. А душой, эмоциями человек двадцатого века однако а ощущались Альбой далекими, непохожими держи людей освобожденного мира, малознающими, обиженными судьбой. Предки жили да умирали на болезнях, скудости, темноте. Мир их был жесток да кровав, и, соответственно, людишки такого решетка безграмотный могли неграмотный существовать грубыми, пес не без; ним соответственно необходимости — хотя жестокими и, конечно, со противоестественно деформированными чувствами. Альба, например, неграмотный представляла, на правах человек, положим равно знаменитый героем возьми самой справедливой с войн, собственноручно уничтоживший малограмотный ведь двести, безвыгодный так триста врагов, был в силах быть нормальным, спокойным, никак не утратившим обычных человеческих бес человеком…

И нисколько странного на таких ее мыслях безвыгодный было. Что могла получить возлюбленная изо учебников, обычная девочка, далее дев`ица двадцать третьего века, сроду преднамеренно безвыгодный изучавшая социопсихологии? История двадцатого века на популярном изложении умещается держи двух видеокристаллах, сие цифра часов текста не без; хроникой. Что позволено раскусить с сих часов, разбитых получай десятиминутные уроки, касательно внутреннем мире живших если на то пошло людей, об их чувствах, радостях, побуждениях, делах да заботах?

Конечно, лакомиться библиография тех лет, сохранились подлинные фильмы, видеозаписи. Но кто именно их смотрит равно читает, опричь специалистов? Сокровища духа былых времен в целях большинства потомков — только лишь имена гениев, два-три афоризма, десяток цитат…

Многим случается поскупиться своих предшественников — несчастные, в духе им отнюдь не повезло, почто неграмотный дожили вплоть до нашего, самого лучшего изо всех времен… Но жили равно между тем люди, и, пожалуй, невыгодный плоше нашего, а когда ась? невыгодный имели с нынешних благ, где-то равно безграмотный нужно сие им было, да может, вместе с бо́льшим основанием — им бы нас пожалеть?

…Новиков не заманить кого куда и калачом неграмотный соответствовал сложившемуся у Альбы стереотипу. Веселый, энергичный, подвижный, полный каких бы в таком случае ни было комплексов, да архаические фразы звучат у него совершенно иначе, нежели держи страницах древних книг. Оказался спирт крепок, подтянут, мускулист; отнюдь безвыгодный похоже, что-то мучают его тысячи болезней равным образом подстерегает неминуемая ранняя смерть.

Ему, очевидно, поперек середыша сидеть, симпатия встал через стола равно начал, невыгодный прекращая разговора, прогуливаться в обществе окном равным образом камином. При каждом шаге его хлопал сообразно бедру тяжёлый кожаный футляр.

— А сколько вишь это, Андрей? — спросила Альба, если дьявол поравнялся не без; нею на появляющийся раз.

— Это? — Новиков еще раз бережно посмотрел ей во глаза, равно как давеча, потом вопроса Герарда. Лицо у него неожиданно итак неприятное. Отстегнув ремешок, перехлестывавший крышку футляра, симпатия вытащил равным образом показал ей тускло светлый шлепало со длинным стволом да изогнутой деревянной рукояткой.

— Прошу. «Борхарт-Люгер 08». Огнестрельный устройство бери цель самообороны на срок межгосударственных конфликтов да классовых битв, годится, разумеется, да на других ситуациях. Если останетесь здесь, придется выучиться пользоваться.

— А что, лакомиться необходимость? — спросил Корнеев.

— Стал бы ваш покорнейший слуга его таскать, — дернул щекой Новиков. — А у вы какое оружие?

— Сейчас — никакого. А вообще, конечно, имеется, всего бери других принципах…

— А сей нежели плох? Ну ладно, об этом в свою очередь пока что успеем… — Новиков спрятал пулялка равным образом вторично стал веселым равно радушным. Впрочем, пара слов затухал.

Корнеев равно как подошел для окну. Садящееся соль окрасило ледяные узоры на нежно-малиновый цвет. От стекла веяло холодом.

Страшно по сию пору же. Сейчас спирт сделано сдал бы свою вахту, посмотрел гипнофильм иначе почитал бы равно ушел во гипнос сверху близкие сороковник суток. А идеже спирт сейчас? Голова нерезко кружилась, во ушах отдаленно шумело, как поднес для уху большую раковину. Новиков подошел неслышно, стал рядом.

— Вы, аз многогрешный вижу, постарше других да покрепче, — положительно новым, негромким равно сочувственным голосом сказал он. — Я безвыездно понимаю, хотя этак безотлагательно надо. Не считайте меня бесчувственным болваном. Мы легко знаем общество на соответствующих ситуациях. Вы сколько стоит парение живете?

— Я? Пятьдесят пять.

— Нет, отнюдь не ваш брат лично. Вообще люди.

— Как кому повезет. А во среднем полет сто пятьдесят — сто восемьдесят.

— Да… А мы — семьдесят. Ну, чуток случается больше. А в таком случае равным образом того далеко не дотягиваем.

— Я знаю. И уже у вам войны.

— Это в свою очередь есть. Так что такое? не без; траурными моментами почаще вы сталкиваемся.

Помолчали еще. Новиков хрипел трубкой, обходительно пускал смрад на сторону.

— Но однако же — откудова ваша сестра здесь? Ведь на ваше время, во двадцатом веке, ко звездам малограмотный летали…

Новиков усмехнулся.

— Вы знаете, в духе километров автор не долго думая с Земли?

— Знаю. Больше тридцати парсек.

Новиков кивнул равным образом отвернулся. Засмотрелся для Альбу, которая заинтересованно занималась книгами. Брала их во руки, перелистывала, вдыхая ни из нежели неграмотный сопоставимый благоухание старой бумаги равно переплетов. Через сии пакеты печатных листов вчера удивительным образом смыкалось во ее руках из настоящим, тем более, аюшки? для полках стояли книги безграмотный всего двадцатого, а равным образом девятнадцатого, инда восемнадцатого веков.

— Знаете, давайте о всем — завтра, — по образу бы аж просяще сказал Новиков, отрывая зрение ото девушки. — А немедленно автор этих строк предлагаю — во баню. Очень способствует. — Он уж неграмотный на начальный крата употребил сие бессмысленное, же какое-то архи многозначительное выражение. — Кстати, ваша сестра знаете, что такое? такое настоящая водка сэнто помимо всяких новомодных тенденций?

— Я знаю, — сказал Герард. — Это гигиеничный ритуал, основанный возьми древнескандинавских философских равно религиозных воззрениях. Имеет касательство опять же для культам богов огня да воды…

— Здорово! — восхитился Новиков равно посмотрел сверху Корнеева, как приглашая его хватить соболезнование во веселом розыгрыше. — Только, по-моему, ваша формулировка страдает излишним академизмом, который ли… Похоже, сверху практике вам от сим ритуалом никак не сталкивались. Странно. А спирт фактически питаться альфа равным образом туманность российской культуры, ни за ась? на свете неграмотный скандинавской. Впрочем, буде вам имеете на виду финскую баню, эдак называемую сауну… Хотя да она — отнюдь не сильнее нежели почерпывание русской но идеи.

Они прошли вследствие холл, единаче путем порядочно комнат, в свою очередь наполненных приметами чужой, незнакомой равно непонятной жизни, после Андря вел их длинным коридором вместе с голыми бревенчатыми стенами, равно в конце концов они очутились на обширном помещении, которое постоянно светилось нежным медовым светом полированного дерева. Вдоль стен тянулись дощатые скамьи, а секс покрывали сплетенные изо растительных волокон толстые желтые циновки. Пахло сухим деревом равным образом какими-то травами, пучки которых на изобилии были развешаны подина потолком.

Новиков выложил для лавки мохнатые белые простыни да цветные полотенца, сказал, почто на этом месте не грех раздеться, да исчез. Вернулся спирт на будет странном наряде, состоящем с холщового фартука, рукавиц да глубокой войлочной шапки. Космонавты для этому времени разделись. Альбе показалось, что, взглянув нате нее единодержавно раз, Новиков на дальнейшем усердно отводил глаза, да виновник сего оставалась пользу кого нее непонятной.

— Функция у меня специальная, — пояснил Андрей, имея во виду свое одеяние, — а всякая цель требует соответствующей формы. — И открыл не без; приглашающим жестом очередную дверь.

Там во полутьме падали для секс да стены багровые блики с открытой топки массивной каменной печи. Во вмурованном во печку котле бурлил кипяток, у дальней стены стояли огромные приземистые бочки не без; холодной водой, а ради ними по новой была дверь, изо которой, по образу исключительно возлюбленная открылась, пованивало невыносимым зноем.

Функции приманка Новиков выполнял до ёбаный степени добросовестно, прогнал гостей после такие слои рая, сколько посредством полчаса, распаренные, промассированные, натертые лыковыми мочалками, они почти что не принимая во внимание сил выбрались во прохладные вход и, завернувшись во простыни, примерно растеклись на плетеных креслах накануне столом, в котором пыхтел равно посвистывал средневековый прибор, именуемый самоваром. На начищенных перед красного сияния боках сего чуда просматривались многочисленные медали от двуглавыми орлами равно красовалась гордая надпись: «Поставщикъ двора Е. И. В. Сукинъ да сыновья. Фирма существуетъ съ 0859 года».

Пили цвета огня чай, не без; наслаждением утирали изобильный пот, расслабленные да умиротворенные.

Дав звездоплавателям передохнуть минут двадцать, Новиков сызнова погнал гостей во накаленный границы парной. И вишь тута они поняли, аюшки? по сию пору предыдущее было просто-напросто увертюрой банной симфонии. Впрочем, предварительно Андрюня усыпил их бдительность, как только чуть помахивая веником на отдалении, позднее поколдовал по-над дубовым ковшом от водой, добавляя тама какие-то снадобья, да снег нате голову смаху выплеснул его начинка во глубокую нишу на стене.

Со страшным гулом равным образом свистом оттудова ударил веха пара, горячего, как бы дейтериевая плазма, равно пахнущего свежим хлебом, сосновой хвоей, мятой да покамест невесть чем. Жара стала ни капельки нестерпимой, да космонавты спонтанно только ась? не распластались для полу, от трудом подавив жажда вывернуть вон.

— Ну, земляки, смотрите, что оно со всей серьезностью деется!

Новиков взлетел в верхнюю полку да начал первоначально чуток оглаживать себя веником, а после безвыездно побольше бить органон сим варварским орудием пытки. Когда держи него стало быть крайне смотреть, некто отшвырнул веник, распахнул вовсе поуже маленькую равно неприметную дверку — после ней резко открылся снежный двор, выскочил открыто да начал кататься во огромных сугробах, загребая белые мухи охапками равным образом растирая им пылающее тело. Когда некто вернулся, лик его выражало непередаваемое блаженство.

— А ну, который до этих пор со мной! — равно заново взмахнул веником…


— Нет, это, конечно, изумительно, — говорила Альба, в отдельных случаях всё-таки кончилось. — Я чувствую себя вполне обновленной. Такое впечатление, который впредь до сего моя персона по отношению ко всему никогда в жизни отнюдь не мылась…

Новиков сидел напротив, перебирал струны гитары да негромким приятным баритоном пел соответствующую случаю ритуальную, согласно по всем статьям признакам, песню:


Истопи твоя милость ми баньку по-белому,
Я через белого света отвык…

— Ну, понравилась вы съезд вместе с прошлым? — спросил он, заглушив ладонью гук струн, да у Альбы, безусловно может, равно далеко не у нее одной метнулась внезапно во душе нелепая, же отчаянная надежда, аюшки? неотложно до этого времени кончится да Новиков объявит, который они были участниками нового туристического аттракциона со таким вишь названием.

— Каждое миг имеет близкие преимущества, — атас ответил Герард.

— А ми понравилось без участия всяких оговорок. Как у вы туточки все… Естественно. И пища, равно запахи, равным образом обычаи. Все. Я исстари мечтала пожировать некогда похоже. Водан единожды отдыхала на Канаде, только немного погодя однако одинаково безграмотный так. А тогда безвыездно подлинное. Вы, наверное, были аспидски интересные и… сильные люди.

— Наверное, — улыбнулся Новиков. Все рассмеялись. Действительно, дьявол сидел с них в расстоянии вытянутой руки, да его атлетическая очертания во буграх равным образом жгутах мощных мышц была налицо. И Корнеев, равно Айер стократ ему уступали.

Новиков поставил прежде каждым объединение чарке какой-то крепкой спиртовой настойки ароматических трав, сошлавшись около этом сверху сила великого русского полководца эпохи позднего феодализма, будто говорившего: «После бани порточки продай, а чарку выпей».

— Я вишь аюшки? хочу, чтоб ваша милость поняли, — неторопливо сказал он. — Вы начинайте понемногу перенастраиваться. Это все же далеко не необычность равно отнюдь не посещение во заповедник. Скорее всего, вас нынче во этом времени жить. Обратной дороги, по-моему, нет.

Все затихли, осмысливая его слова. До них помаленьку доходила да сия истина. Они невыгодный только лишь потеряли вертолетоносец да друзей, да равным образом свое время. Навсегда.

— Но ничего, ваша сестра никак не отчаивайтесь. Все безграмотный приблизительно погано. По сравнению со вечностью. Вам себя жалко, равным образом друзей, равно родных… Понимаю. Как тута поможешь? Сочувствием? Вот послушайте лучше…

Он начал произносить негромко:


Нас неграмотный нужно жалеть, так-таки равно наш брат б никого нет безграмотный жалели,
Мы накануне нашим комбатом, в духе до господом богом, чисты.
На живых порыжели с грязи равным образом менструация шинели,
На могилах у мертвых расцвели голубые цветы…

Новиков бесконечно читал эту балладу, дошедшую для ним сквозь вершина мира времени, триста лет, что-то отделяли их ото автора стихов, были больше, нежели до тех пор тысячелетия, же по сию пору равно, после незнакомыми да вышедшими изо употребления оборотами речи они чувствовали душу равным образом дух неведомого поэта, какой грубыми равным образом хоть кое-когда циничными не без; их точки зрения выражениями утверждал бесспорную истину, что-нибудь кто в отсутствии сносно за пределами исполнения долга, равным образом сколько павшие во бою во сочувствии отнюдь не нуждаются.


…Это наша судьба, сие не без; ней я сражались равно пели,
Умирали равно рвали надо Бугом мосты.
Нас безграмотный нужно жалеть, однако да наша сестра б пусто отнюдь не жалели,
Мы предо нашей Россией равно во трудное период чисты.

— Какие слова, — со слезами в глазах сказала Альба, при случае Новиков замолчал. — А да мы со тобой ни плошки сего неграмотный помним…

— Да равно по-китайски было бы, буде б помнили. Библию просматривать никак не приходилось? — спросил Андрей.

— Нет.

— Так в дальнейшем написано: довлеет дневи вражда его. Или, буде рассказать доступнее, — на каждого хорош своих забот. Много ли я, ко слову сказать, помню равным образом понимаю изо времен Бориса Годунова? А у нас не без; вами в качестве кого разок подобный нагоняй получается. И касательно нежели со временем пели не ведь — не то разговаривали ратники Минина?

Все помолчали, да слышно было, наравне вслед окном набирает силу ветер, гудит во дымоходах равно бросает на стекла пригоршни жесткого, вроде песок, снега.

— Скажите, — нарушил безмолвие Корнеев, — равно как сие сочетается — космическая эра, ваша сестра чай сейчас километров выходили во мироздание на конце века, равным образом такая простота быта?

— А вас что, воспринимаете отечественный битый час блоком? Как одно целое? Какой двадцатый времена ваш брат себя представляете? Он фактически ох который-нибудь длинный… Начался сорокасекундным полетом братьев Райт, а путем шестьдесят полдюжины парение люд ранее высадились держи Луне. Более противоречивого века, по-моему, неграмотный было во истории. Триллионы тратили в вооружение, никому на принципе круглым счетом равным образом отнюдь не пригодившееся, а двум трети населения Земли ни разу во жизни отнюдь не ело досыта. Я самостоятельно видел людей, которые неграмотный вышли изо каменного века, а некоторые люди люд во сие а промежуток времени создавали гениальные произведения искусства, делали сверхминиатюрные компьютеры да газовые душегубки, десяткам умирающих пересаживали сердца, а миллионам здоровых сбрасывали для голову бомбы равным образом напалм… Это вам, наверное, равным образом предстоит испытать да обитать бери таковский во забавной планете. А так оставайтесь здесь, нате Валгалле. Хорошо, спокойно, равно мыльный пузырь проблем. Впрочем, сие сызнова как бы сказать… — И симпатия невольно еще раз покосился для кобуру своего пистолета, нерадиво брошенную нате лавку.

— Андрей, — ответил ему Корнеев. — Может быть, довольно подвергать экзамену нас в области кругу ваших антиномий? Мы неграмотный такие ужак инфантильные существа, какими ваш брат нас пытаетесь накрутить нам же. Или вас соскучились до слушателям? Не перегружайте нас проблемами вашего мира. Возможно, сие хорошенького понемножку да отечественный мир, да отнюдь не спешите. Мы самочки в во всем разберемся…

— Ну, раздолье ваша. Тогда послушайте единаче стихи.


Было сейчас порядком поздно, в некоторых случаях Новиков перед разлукой развел гостей за комнатам. Корнеева равно Айера спирт разместил внизу, Альбе но досталась напитки келья получи втором этаже, идеже токмо равным образом было места, почто про широкой деревянной кровати, столика, шкафа равным образом подвесных полка на книг.

Она погрузилась во постель, набитую сухой, беспокойно пахнущей травой. На столе дрожал равно раскачивался огонек свечи, на маленькое интервал дуновение не без; тихим шорохом старым порядком бросал горсти жесткого снега.

Постель хоть сколько-нибудь покачивалась подина ней, хоть сколько-нибудь кружилась голова, да всё-таки это — жар свечи, голоса ветра равным образом шелестение снега, непривычные запахи, скрипение дерева эдак на недрах дома — вызвало во ней такое острое да щемящее вчувствование потерянности, жалости для самой себе, что-то возлюбленная еле безвыгодный разрыдалась равным образом протяжно лежала без участия сна, смотря во небольшой верх не без; колеблющимися для нем тенями. Потом, чувствуя, что-нибудь задрыхший всегда одинаково далеко не удастся, встала, надела то, аюшки? Новиков интересах нее приготовил — ультрамариновый небритый фрак со белыми полосами по-под брюк, рукавов куртки равным образом воротника, равным образом со отвесно на руках вышла держи лестницу.

мужественный со великий писатель земли русской книгой в коленях сидел пред пылающим камином равно безвыгодный вмиг заметил ее появление. Потом вскинул голову, очевидно, ощутив взгляд, встал да незначительно поклонился.

— А вас сильно уж вписались во реальность. Я одновременно равным образом невыгодный узнал, думал, который с ребят вернулся… Что-нибудь далеко не так?

— Нет, постоянно во порядке. Но засыпать невыгодный могу. Можно ваш покорный слуга посижу не без; вами?

— Безусловно. Буду рад.

Он жестом предложил ей сесть.

Альба спускалась вниз, неграмотный нимало понимая зачем, ажно далеко не имея во виду, ась? застанет в этом месте Новикова, а вона увидела — равно ей стало быть глядишь спокойно. Она до оный поры невыгодный сумела сего осознать, а Новиков еще стал ей небезразличен, чисто древним женским инстинктом ее потянуло для самому сильному да надежному во этом опасном мире мужчине. Несмотря получи и распишись то, в чем дело? в лоне ними много времени. Но, от непохожий стороны, в кругу ней равным образом героями, скажем, Шекспира, не вдаваясь в подробности почти что все тысячелетие, а двойник в многом ближе равно понятнее, нежели люди, от детства знакомые. Так сколько далеко не во столетиях дело…

— О каких сие вас ребятах без дальних разговоров сказали? Разве ваш брат никак не сам согласно себе здесь? — спросила Альба.

— Ну сколько бы мы после этого делал один? Нас здесь хватит много, рано или поздно четыре, а когда-когда да безвыездно шесть… Отличные, посредь прочим, ребята. Знают, аюшки? совершать до любую сторону ото мушки… Завтра самочки увидите.

Альба кивнула. Это уведомление было интересно, так ее в тот же миг невыгодный занимало.

— Как вас весь но считаете, Андрей, сумеем пишущий сии строки привыкнуть во вашем мире? Мне безвыгодный сообразно себе…

— Я думаю — да. Вы ранее начали осваиваться. Дальше пойдет легче.

— Нет. Пока автор этих строк просто-напросто держусь. На томик запасе сил, аюшки? остались… до этот поры не без; корабля. Как аквалангист в дне. Да да ваша сестра человек, по-моему, безвыгодный характерный. Чрезвычайно контактный. И психолог. С вами ми легко. А вроде хорош из другими?

— И вместе с другими сможете. Я ото них скудно нежели отличаюсь. Может быть, хоть во худшую сторону. Да да вообще, человек — содержание универсальное, приспособится для чему угодно. А наше момент невыгодный самое худшее изо времен. В раннем, скажем, средние века пишущий эти строки бы вас безграмотный позавидовал.

Что-то не без; ней случилось совершенно на нее незаметно, однажды изменился мироздание вокруг, важное следственно неважным, да наоборот. От того, зачем они говорили наедине?

Разговор мужчин — сие пара слов мужчин. Он может бытийствовать умным, деловым, доверительным — равным образом ни ложки невыгодный решать. А легкое, ни для чему что-то бы далеко не обязывающее коммуникация мужской элемент из женщиной приводит периодически для серьезным последствиям…

Андреич встал, вышел изо круга света, отбрасываемого камином да лампой в химическом топливе, да по образу бы растаял вот мраке. Как здорово отличается помещение, залитое ровным однотонным светом, через такого вот, когда-когда свет — свет, а тьма — тьма, равно дрожащие световые блики раздвигают получи и распишись момент завесу темноты, да возлюбленная однако равняется отнюдь не исчезает, присутствует для расстоянии вытянутой руки. Словно равно как примета жизни — твоя милость здесь, вкруг приятно равным образом тепло, а рядом — постоянные прохлада равно мрак.

Новиков появился изо мрака, катя накануне лицом мензула получи колесах со стоящим получи и распишись нем сложным агрегатом, исходящим душистым кофейным паром. Тут а имели поляна черная беременная бутылка, крошечные серебряные рюмки да фарфоровые чашки, сахарница, другая бутылка — вместе с пузырящейся минеральной водным путем равно настриженный лимончик держи тарелочке.

— У вы хитрость алкоголя сопровождает весь круг поступок? — спросила Альба, поняв французскую гриф бери этикетке.

— Не каждый. И невыгодный поступок. А кое-кто моменты жизни. Днем автор спасал вы ото нервного срыва, ми нужно было растормозить вас, вынудить сорвать напряжение. По-моему, получилось. Сейчас — другое. Есть ёбаный термин — гедонизм. Не вдаваясь на философские тонкости, сие мастерство получать с жизни как никогда изысканные да приятные детали. Как вассарга с булки. Особенно сие приятно, при случае весь времена ходишь соответственно краю равным образом безграмотный знаешь, сколько вместе с тобой полноте завтра, а может, да сегодня. И во эту острую ситуацию твоя милость привносишь до оный поры неведомый штрих, неощутительный интересах непосвященного, так ненаглядный про знатока. Да вишь попробуй — глоточек кофе, ничуть чуточный хлебок коньяка равным образом долька лимона. Потом весь сие позволительно нырнуть в стакан боржомом. Да, для слову. Слышала твоя милость когда-нибудь относительно Романова Николая Александровича? Пустой был человек. Работал последним русским императором. И взгадывать бы его отнюдь не стоило, а во наверно ж ты — оказалась на нем этакая артистизм мышления, как возлюбленный придумал подкрепляться коньяк — лимоном. Чем да прославился…

Альба послушливо попробовала, затем отставила рюмку, стала вдребадан несложно кофе.

— Ответь мне, Андрей, — они неощутимо перешли в «ты», что сие равным образом было традиция во двадцать третьем веке во большинстве случаев. — Я говорю не откладывая из тобой, понимаю твой шлепалка да чувствую, что-нибудь безвыгодный понимаю на тебе ничего. Я безграмотный могу даже если приближённо представить, который твоя милость скажешь да который сделаешь во следующее мгновение. А так-таки вот поэтому и есть сие означает — постигать человека. Или у вам далеко не так? Мне в тот же миг далеко не важнецки приблизительно все — что-то приключилось со нами, из каких мест тогда вы, что-нибудь хорэ дальше… Я хочу одного — разобраться во вас. Скажи, зачем ваш брат вслед люди, там, нате своей Земле да на своем веке? Пойму ли аз многогрешный вас? Хоть когда-нибудь?

Новиков достаточно бесконечно молчал, смотря получи и распишись Альбу каким-то оценивающим взглядом.

— Пока сколько пишущий эти строки тебя далеко не ничуть понимаю. Сегодня твоя милость еще отнюдь не в один из дней возвращаешься для этой теме. Понимание. Что такое — понимание? Твоя формулировка похожа получи правду, однако возлюбленная касается только что одной стороны проблемы. Тебе все еще маловразумительно наше время, удивляют какие-то реалии образа жизни, непривычна моя язык разговора… Можно невыгодный мгновенно разобраться во тонкостях политики равно экономики. А самочки люди… Люди спокон века одинаковы. Понимаем но наш брат нытье Гильгамеша, диалоги Сократа, стишонки Басе равно Хайяма. Вот да я тоже. Люди что люди. Не отпустило равным образом неграмотный гаже тех, ась? жили накануне нас равным образом задним числом нас. Со своими недостатками, проблемами, мечтами да страданиями. Если бы моя особа знал, какие вы, моя особа был в состоянии бы сравнить. А моя персона вы невыгодный знаю, однако автор сих строк от тобой разговариваем не долго думая равным образом понимаем дружище друга. Наверное, автор шершавей вас, наверняка — тверже нет слов многих случаях. Найдешь твоя милость на нас равным образом цинизм, равным образом эмоциональную ограниченность, равным образом нехватку культуры. Есть равно фанатизм, равным образом беспринципность. Но однако но на основном автор сих строк стремимся для добру. К счастью интересах всех людей, какое количество их есть, на худой конец равным образом красиво это, нате выше- слух, высокопарно. И кайфовый титул сего готовы бери непредставимую, наверное, чтобы вам жестокость. Но да для жертвование тоже. Но это, конечно, безвыездно так — слова, слова, слова… Слишком их бог не обидел говорили. Кто желательно равным образом по части любому поводу. Ничего пишущий эти строки тебе малограмотный объясню, нонче твоя милость невыгодный поживешь вместе с нами, безграмотный почувствуешь, наравне свои, наши неприятности равным образом радости. Вотан певец у нас планирование двадцать отворотти-поворотти написал «Письмо на XXX век». Есть после равно такие слова: «Как постичь вам, в чем дело? такое, в отдельных случаях закипает водыка на пулемете?»… Очень, кстати, вместимый образ. Ну, твоя милость нате семь веков ко нам ближе, где-то сколько равным образом сие постичь тебе короче легче. Я тебя проворно со одной зеленый дамой познакомлю, ахти вы небезынтересно потрепаться будет… — да чему-то против всякого чаяния улыбнулся.

Альба, для собственному удивлению, весть важно начатки раскусить язычишко равно выговор Новикова, может быть, невыгодный столько аж по мнению смыслу, в духе эмоционально. Ей лишше безвыгодный мешала инда его чудовищная невнимательность синтаксиса, язык кончать болтовня на самых неожиданных местах, разменивать осмысленные обороты иносказаниями равным образом идиомами, необъективность ко жаргонным словечкам. Ей аж стал полюбиться таковой деятельный да сплющенный стиль. Она, по мнению молодости, до сейте поры малограмотный понимала, во нежели туточки дело.

Но симпатия уловила изумительный взгляде Новикова легкую скорбь равно можно подумать бы снисходительное сожаление. Как якобы возлюбленный воистину был в матери годится нее получи и распишись сии триста лет.

— Скажи, Альба, а пришельцы со звезд вас когда-нибудь встречались?

Она удивилась этому вопросу, таково выпадавшему с строя их беседы.

— Нет. Сколько наш брат летаем, а миров из разумной жизнью неграмотный обнаружили. А с чего твоя милость спросил особенно об этом?

— Да так. Чего-то, похоже, автор этих строк отнюдь не понимаю. Или общество до нынешний поры побольше сложен, нежели нам кажется…

Его болтовня прозвучали так, как равно по части мире спирт знает несравнимо свыше нее. Хотя такое надежда выглядело бы побольше нежели абсурдно. Но возлюбленная отнюдь не удивилась. Была во этом попросту до этих пор одна тайна.

— Объясни мне, Андрей, наравне а все вам оказались после этого вначале нас, равным образом отчего нам проблематично об межзвездных путешествиях во двадцатом веке?

— Меня сие как бы присест равно занимает… Почему вы неизвестно. Есть одно предположение, лежит нате поверхности, же столь оно неприятно, ась? равным образом воображать об этом варианте неграмотный хочется. Второй версия лучше, только никак не намного. Вот грядущее появится после этого единаче единовластно товарищ, позднее рассмотрим ты да я эту проблему квалифицированно. А равно как я оказались здесь… — Он сызнова набил трубку волокнистым табаком с жестяной банки, отпил глоточек кофе. — История каста стоит длинная равно запутанная. Сразу равным образом никак не расскажешь. Но, похоже, главную дело сыграл тогда нераздельно муж знакомый. Молодой человек, тот или другой чересчур предупредителен сообразно отношению для красивым женщинам равно ни на нежели безвыгодный может им отказать. Даже на часть случае, если их желания выглядят соответственно меньшей мере странно…

Глава первая. Сентиментальный содержание не без; вариациями

…Когда ми безвыгодный работается — а на оный день-деньской был не кто иной эдакий случай, — аз многогрешный по большей части беру близкий «Салют», заряженный радужный пленкой, да иду во город. Хожу сообразно улицам, от времени до времени снимаю кое-что, а во основном попросту смотрю объединение сторонам. «Изучаю жизнь». Всего пара слова, а они подводят почти мое безделье мощную теоретическую базу, равно пизда успокаивается.

В таких многочасовых, без всякой цели равно плана прогулках временами возникает пронзительное ощущение, что такое? вот поэтому и оно произойдет черт знает что для того меня куда важное не так — не то пусть даже происходит уже, однако далеко не здесь, а во другом месте, может быть — ради ближайшим углом. Я с охотой поддаюсь этой иллюзии да начинаю кружить в области улицам, бесприцельно меняя маршрут, пристально всматриваясь равным образом вслушиваясь, дабы малограмотный пропустить, выражаясь высоким слогом, знака судьбы.

Но на нынешний единожды никакие предчувствия меня отнюдь не посещали — сие точно, равным образом безграмотный пели с целью меня незримые трубы.

Просто если ваш покорнейший слуга спускался ниц за Кузнецкому мосту, щурясь через летящей во глазищи влажной мороси, изо туманной мглы беспричинно возникло женское лицо, возникло, во вкусе изо коричневатой мути проявителя выплывает контрастное равно сочное изображение, паче реальное, нежели самочки реальность.

Я ажно малограмотный сумел в качестве кого необходимо перетереть сие лицо, а тем сильнее понять, в чем дело? заставило меня его увидеть, заострить в мгновение ока с спешащей встречь многотысячной безликой толпы, затруднить шаг, обратиться вслед.

Но возлюбленная уж слилась вместе с общей массой, опять-таки растворилась на тумане.

Лет десять-пятнадцать вспять я, наверное, попытался бы пристебнуть ее, заговорить, прямо заслушать поближе, а безотлагательно такие шмотки деять еще безграмотный принято. Тем более — внутри моих ровесников.

Кажется, едва перед Петровки пишущий эти строки покамест помнил ее, думал касательно ней равным образом в отношении том, сколечко таких единственных лиц да мы вместе с тобой видим отдельный число да безграмотный замечаем, а позже переключился возьми самую малость другое и, основательно возможно, отроду вяще безграмотный вспомнил бы об этой встрече.

Если бы от двуха приближённо часа автор этих строк безвыгодный увидел эту женщину снова. На углу Арбата равно Староконюшенного переулка, назло Вахтанговского театра. Без всякой отношения из предыдущим моя персона зацепился взглядом после высокую равно тонкую фигуру, что нарисованную смелым равным образом быстрым мазком.

Она стояла — грабки во карманах длинного кожаного пальто — и, с грехом пополам закинув голову, рассматривала кое-что для фасаде углового дома. Я почти не поравнялся вместе с ней, отроковица долго повернулась, равным образом мы понял, сколько это — она, да почто безвыгодный наблюсти равно никак не упомнить ее хоть посреди миллионов было нельзя. Такое врезается на память, на правах пулька на дерево — пушкой безвыгодный разбудишь равно навсегда.

Черты, чрезмерно правильные, с тем присутствовать обычными получи и распишись наших улицах, взор удлиненных, тревожных бельма из-под полей шляпы, нелюбезно очерченные, чуток приоткрытые губы. И покамест что-то, зачем отнюдь не передашь словами. Она выглядела бы парение возьми двадцать пять, разве бы невыгодный таковой взгляд, малограмотный отображение лица. Сердце мое пропустило такт, пишущий эти строки еще примерно навеселе был наступить ко ней, раскрыть рот по части нежели угодно, вроде умел во свое время, да туточки возлюбленная скользнула объединение ми всё безразличными, ажно невидящими глазами, да сие был чисто отстраняющий жест. И автор вдругорядь прошел мимо.

На не уходи ми из чего можно заключить адски грустно, аюшки? возлюбленная ждет безвыгодный меня равным образом что, пожалуй, моего товарняк не насчет частностей ушел: отродясь сильнее меня невыгодный будут из нетерпением поджидать такие гляди загадочные красавицы; хотя одновременно а каста сострадание ко себя стерлась ощущением неоформленной непостоянно тревоги. Таежный, скажем, жилец до неуловимым приметам, до малейшим изменениям привычной обстановки может разгадать фит опасности. Так да я, окрепнувший на каменных лабиринтах необъятного города, полжизни пытающийся сформулировать его душу получай холсте да бумаге, мгновенно уловил — кожей, подсознанием — какое-то авария привычной среды, законов, действующих во этом городе. Водан изо сих законов гласит, ась? в двойном размере наудачу попасться подина руку на Москве нельзя, на деле невозможно. Этот распоряжение безграмотный распространяется исключительно нате специфические социальные группы: соседей, сослуживцев равно приезжих, разыскивающих на магазинах самоклеющуюся пленку «под дерево». Ни ко одной изо сих категорий нас из незнакомкой отнести было нельзя. Но уровня заботы никак не хватило предварительно критической массы, равным образом помощью определенное контингент шагов пишущий эти строки сызнова забыл насчёт прекрасной даме равно тем самым получил единаче порядком безмятежных часов. Как оказалось потом — последних на моей нынешней жизни.

Уходившись за улицам поперед чугунной тяжести во ногах, сделав десяток снимков для того возможного «осеннего цикла», решив единаче кое-какие дела, моя особа возвращался домой.

К вечеру разъяснилось, пустячный пылеобразный косохлест прекратился, однако зато поднялся студеный металлический ветер. Мокрые деревья Тверского бульвара размахивали голыми черными ветками нате фоне лимонно-багровой полосы закатного неба, вне которой громоздились рыхлые сине-черные тучи. Прекрасный да встревоженный закат, с него делалось дубарь да упавшим голосом в сердце, на ведь а срок равно зеницы отнюдь не оторвать. Хотя описывать бы мы его безвыгодный стал, держи холсте симпатия покажется безвкусным, нарочитым.

Я шел с Никитских ворот, эспланада был пуст, можно представить развивающийся мятель выдул со него сообща со туманом да случайных прохожих. И при случае на далекой перспективе возникла засиделась в девках черная фигура, ваш покорнейший слуга понял, который сие вдругорядь она, понял раньше, нежели пелена ее рассмотреть, равным образом заново ощутил острое впечатление опасности равным образом тревоги. Но далеко не удивился. Словно огульно с утра до ночи готовился ко этой третьей встрече. Невозможной, в качестве кого увеличение прижизненного издания Гомера сообразно книжной лотерее, да на в таком случае а момент неизбежной.

Если хоть предположить, что-нибудь неизвестная самочки ищет встречи со мной, вроде возлюбленная могла знать, что такое? моя особа буду просунуться не аюшки? иное на этом месте да сейчас? Я опять-таки самовластно сего невыгодный знал высшая отметка минут назад, муж маршрут был тотально произвольным, равно моя особа был в силах раскатать во кому лишь только не лень переулок, в соответствии с которому для дому несравненно ближе. И возлюбленная чай неграмотный вслед мной шла, симпатия да сейчас, равно прежде шла ми навстречу.

Все сие мы успел подумать, временно наша сестра сближались.

Женщина шла отнюдь не спеша, выбранный пелерина сак несколько спасал ее с ветра. В черной гамме ее одежды выделялось единственное яркое пятно — бело-сине-красный кашне получай шее. Она шла, потупив голову, можно подумать погруженная на приманка мысли, равным образом было на нашем неторопливом сближении черт-те что с Кафки сиречь а ото Антониони — неграмотный знаю.

Я слепо до сей времени замедлял равно замедлял шаг, зачем-то вытащил отсыревшую пачку сигарет, стал прикуривать, заслоняя зажигалку с ветра ладонями равным образом искоса, что деюн шпионского фильма, осматриваясь. Наверное, со стороны, буде б кому оценить, выглядел аз многогрешный смешно. Почувствовав это, ваш покорнейший слуга кажется стряхнул из себя детективно-мистическую паутину. Все опять-таки выходит реальным. Сумеречный свет, непосещаемый бульвар, вековуха дама во черном, ветер, отражения во мокром асфальте…

До предполагаемой точки нашей встречи оставалось метров двадцать, да здесь возлюбленная резким движением свернула влево, пересекла бульварчик и, ни разу безвыгодный взглянув на мою сторону равно никак не обернувшись, вошла во двери художественного салона в углу.

Признаться, исстари автор безвыгодный чувствовал себя беспричинно глупо…

Но во салон-то автор заглянуть имею власть во любом случае, тем паче что-то после этого выставлена получай продажу одна моя производство да я, может быть, века намеревался узнать, на правах она…

Женщина стояла рядком моей акварели, равно мы услышал, как бы симпатия спрашивает у зав секцией:

— А вышел ли у вы других работ сего автора?

— Отчего но нет, — сказал я, подходя. — А ась? не аюшки? иное вам интересует?

В каком-то метре через себя автор этих строк увидел ее глаза, уловил смрад сполна ми незнакомых духов, равно так например котелок у меня отдаленно закружилась, моя особа из-за короткие мгновения прочел на бездонно фиолетовых глазах, что такое? симпатия меня волшебно знает, однако согласна провести мои ситуация игры.

И серия минут автор сих строк от ней говорили так, предлогом возлюбленная истинно приняла меня следовать товароведа или, возможно даже, директора. Выяснилось, ась? симпатия важнецки в целях любителя разбирается во живописи, знает мои работы и, на частности, мечтала бы обзавестись одну изо ранних картин цикла «Московские дожди».

Не скрою, настолько глубокое знакомство моих произведений польстило бы да безотносительно ко внешним данным ценительницы, только неотложно моя особа был деморализован полностью, окончательно, равно меня позволяется было вынимать голыми руками.

— Думаю, сие дозволяется довольно устроить, — крохотку поклонившись, сказал я. — Но придется свершить небольшую прогулку. До мастерской. Тут совершенно рядом, — равным образом назвал себя.

Она настолько чистосердечно удивилась равным образом обрадовалась, зачем аз многогрешный мигом да едва вовсе забыл до этого времени приманка сомнения да тревоги. Что после этого барабанить по части вероятностях? Не легкомысленно сказано: «Все короче так, наравне должен быть. Даже коли короче иначе».

Некоторое период наша сестра шли молча. Потом возлюбленная сказала:

— Я вижу, вам уж догадались?

— Простите, относительно чем? Разве касательно том, который наша случай теперича малограмотный случайна?

— Хотя бы. Это отнюдь далеко не мало… Вы куда наблюдательны.

— Профессия такая.

— Да, конечно… Ваши работы ми ахти нравятся, да автор этих строк издревле искала подходящего случая, ради перезнакомиться не без; вами. Сегодня оный быль представился.

Я опять-таки равным образом ряд ин`аче посмотрел нате нее. Увидел исхлестанное ветром лицо, подрагивающие с холода уста равно представил, что симпатия устала, если бы повторила полный муж теперешний маршрут. Пять часов нате ногах, ну да до текущий поры держи каблуках. У меня равным образом в таком случае айда во вкусе малограмотный свои, а ей каково? Да… И совершенно это — по причине священный любви ко моему творчеству? Лестно, куда ни на есть на правах лестно… А пишущий эти строки чай издали невыгодный Пикассо да безвыгодный Модильяни, так точно равно ради теми, в какой степени моя персона знаю, поклонницы до улицам отнюдь не бегали. Среди художников да их ценителей сие недавно безграмотный принято.

…Мы, наконец, пришли, поднялись по мнению темной лестнице на надстройка донаполеоновского пока что особняка, притаившегося назади многоэтажных домов получай Пушкинской, идеже ми во свое промежуток времени неким по волшебству посчастливилось обделать мастерскую. Толстые каменные стены равно сплошная дубовая калитка неопровержимо отделили нас ото внешнего таблица вместе с его непогодой равным образом проблемами. Что интересно — полжизни моя персона провожу бери улицах, а твердо равным образом как у себя дома чувствую себя, только лишь равно как долженствует через сих улиц отгородившись.

Я помог незнакомке, которую, за ее словам, звали Ириной Владимировной, сместить пальто. Невероятно, же когда бы пришла во голову мнение показать вид идеальную, во моем понимании, женщину, аз многогрешный вероятно не ли придумал бы что-нибудь иное. Ефремову бы, Ивану Антоновичу, возьми нее полюбоваться — на подтверждения его теорий… С полчасика симпатия знакомилась от моими работами, да живописными, равно фотографическими, а автор этих строк на сие период готовил мокко да балдежный ужин, равно думал, который мне, кажется, наконец, повезло, равным образом когда автор этих строк отнюдь не буду дураком, так настоящий благоприятная пора безвыгодный упущу.

Когда ваш покорнейший слуга вернулся, симпатия сидела на кресле у камина. (Камин появился у меня безвыгодный на правах кинсон моде — возлюбленный был на этом доме всегда.)

— Посмотрели? — стараясь показываться светски-небрежным, спросил я, разливая кофе.

— Да. И нашла то, сколько хотела… — Она показала нате благообразный холст, идеже автор в оны годы изобразил перспективу Столешникова переулка, затянутого сеткой дождя.

— Вот каста пепельная гамма, ощущеньице печали да одиночества… Вы один раз выставляли ее на Манеже.

— Да, было… — Мне понравилось, зачем возлюбленная уловила мое тогдашнее настроение. Значит, пишущий сии строки от ней очень может быть воспринимаем мир.

— Сколько сие короче стоить?

— Ну, вообще-то пишущий эти строки вместе с рук безвыгодный торгую, правда равным образом далеко не пристало это. Вот кабы ваша милость а то нет? приобрести во подарок… При условии, почто сегодня — отнюдь не последняя наша встреча.

Она неграмотный стала отказываться, манерничать, а умиротворенно да авторитетно посмотрела ми из первых рук во глаза — в качестве кого там, на салоне.

— Что ж, сие я, пожалуй, могу вас обещать. А кстати, сколько вам весь об ми в тот же миг думаете?

— Не хочу явиться банальным. Вам, наверное, равным образом в такой мере якобы хватит комплиментов…

Она посмотрела получай меня внимательно, шурупящий равным образом что пусть даже жалеючи. С таким выражением важно похоронки вручать.

— Вы наблюдательный, благоразумный человек, со большенный выдержкой, крепкими нервами…

Я есть попытку возникнуть и, поклонившись, тенькнуть шпорами. Иринка остановила меня коротким жестом. В смысле, мол, — кончай дурака валять.

— Но сможете ли ваш брат как ни в чем не бывало дослушать то, что-то мы не долго думая скажу… — В ее тоне неграмотный было вопроса, она, скорее, размышляла вслух.

— Смогу, — решительно сказал я, закуривая. Близких родственников, ради которых позволяется тревожиться, у меня нет, а на собственном опыте меня пугнуть трудно. Я был будь по-вашему для чему угодно, но, приближенно сказать, на привычных рамках. В любви возлюбленная не долго думая изъясняться прямо никак не будет, следовательно… Она в корне могла отрекомендоваться сотрудницей иностранного посольства, всякий разведки мира, сверху мусорный конец — какой мафии сообразно делам искусства… Предложить ми поставить подпись коммунальный апелляция напротив в чем дело? приятно иначе привести в порядок массовое обработка «подлинников» Сальвадора Дали сиречь Шишкина. До этих пор ко ми со такими предложениями в одно идеал время никак не обращались, так фактически могут равным образом начать?!

— Даже даже если автор скажу, в чем дело? говорю не без; вами до поручению внеземной цивилизации?

«Ого! — подумал я. — Жаль. А со виду выглядишь весь нормальной…» Но изъятый доселе раскраска инда во этой ситуации обязывал, равно моя особа кивнул:

— Отчего а нет?

Я был разочарован, инда шокирован. Такой отклонение сюжета никак не соответствовал ее облику. Даже сумасшедшие должны капитулировать определенным правилам. Так сказать, единству склад да содержания. А она — безграмотный соответствовала. Я знавал ее единомышленников. Водан до этого времени свободное период посвящал сбору фактов об НЛО, выступал от лекциями, метался сообразно конгрессам соответствующего уровня да борзо вербовал неофитов во группа покровительства пришельцам, другой, повредившись возьми индийской философии, со 01 поперед 03 часов ежедневный медитировал на Измайловском парке на целях приобщения ко Шамбале. Но равным образом оный да непохожий во моих глазах бесспорно были жертвами чрезмерного распространения всеобщей грамотности, Рина а такого впечатления не делать что-л. неграмотный производила.

Впрочем, благодаря этому сие подобает меня волновать? Мало ли кто именно что не без; ума сходит? Если вслед приобщение из такого типа женщиной нужно прикинуться дураком — благодаря этому бы равно нет? Я сейчас понял, что такое? добро податься хоть возьми воззвание на ислам, буде потребуется.

По-моему, возлюбленная испытала даже если некоторое отрезвление с моей покладистости, на правах человек, у которого чрезмерно свободно удался тщательно в форме розыгрыш.

— И ваш брат круглым счетом бестревожно сие воспринимаете?

— А ваш брат ждали, зачем моя особа во ужасе полезу подина стол, начну строить крестное знак alias пусть бы бы закричу: «Нет! Никогда!»? Что вы удивляет? Точка зрения Джордано Бруно у нас признана официально, подвергать сомнению на ней лишь товарищу Шкловскому позволительно, в целях остальных же — как бы бы дрянный тон. Обскурантизм наравне бы. Люди посерьезней меня симпозиумы устраивают соответственно проблемам контакта. Меня другое смущает. Какая причинность заставила уважаемых пришельцев сообщить в частности меня что до своем прибытии, ну да до этих пор настоль приятным способом? Надеюсь, вас занимаете довольно высокое поза да уполномочены проводить переговоры? Правда я, для моему глубокому сожалению, для встрече неграмотный готов. Не облечен, а вдобавок малограмотный наслышан от этикетом да протоколом…

Сказал ваш покорный слуга весь сие да испугался, что такое? переиграл. Возьмет, обидится равным образом уйдет. Кого не задавайся искать.

— Не надо, Алексей. Этот расцветка вы малограмотный для лицу. А мотив есть, по образу ни странно. Я самоё на свое сезон задавала настоящий но вопрос. Можете себя представить: вместе с точки зрения инопланетного разума наш брат вместе с вами — самый подходящие объекты пользу кого контакта равно выполнения некоей миссии…

— Как сие пользу кого нас со вами ни лестно — отнюдь не могу. Но допускаю.

— Странный вы, — вздохнула Ирина. — «Не могу, так допускаю». Надо же…

— А а тогда странного? Очень просто. Основания вверяться на свою небывалость средь пяти миллиардов землян у меня, присутствие во всех отношениях самоуважении, нет. Но неравно точка касания целое а принуждён воплощаться в действительность бери индивидуальном уровне, ведь благодаря этому безграмотный допустить, что-то субъектами, а непропорционально объектами такового можем взяться равно я не без; вами? Как равным образом всякий другой, неоправданно отобранный индивид.

— Да… Логика у вас…

— Логика полностью простая. Но на обычной жизни человеки предпочитают, в полном смысле слова бессознательно, подменять логику эмоциями, стереотипами, в такой мере называемым здравым смыслом, да попытки кого-то для истинно логическому мышлению или, упаси бог, поведению, воспринимаются окружающими во вкусе ненормальность равным образом инда вызов. Стройные логические рассуждения любят в свою очередь прозывать демагогией. Те, кто такой знает сие слово. Но душа безотлагательно малограмотный на этом. Если ваш покорнейший слуга избран, ведь желательно бы знать, нежели но пришельцы руководствовались?

— Видите ли, на строгом смысле их не дозволяется обозвать пришельцами. На Земле они телесно безвыгодный присутствуют.

— Да? А идеже но они? На орбитальном корабле? На базе на поясе астероидов? На комете Галлея?

— Нет. Тут нимало другое. В вашем понимании они… общий никак не существуют.

«Тоже хорошо, — подумал я. — По крайней мере, неординарно».

Поскольку ваш покорнейший слуга сделано решил любым посредством продлить таково неожиданное да во высшей степени интригующее знакомство, ми оставалось всего только представлять на ее игру равно за ее правилам. А на них до текущий поры предстояло разобраться, отнюдь не давая ей оснований поставить под сомнение во моей искренности равным образом лояльности. Когда тебе перед сорок, такими подарками судьбы неграмотный разбрасываются. Это во юности мы был в состоянии получи и распишись нота нравившейся ми девушки направиться на фильм ответить, который нынешний лента уж видел…

— Знаете, Арина Владимировна, давайте так: вас ми постоянно расскажете подробно, из самого начала, а так автор отнюдь не силен на теории. Как говорил Козьма Прутков: «Многие багаж нам непонятны невыгодный с того, что такое? наши принципы слабы, а ото того, аюшки? эти добро малограмотный входят во диск наших понятий».

— Ну, даже если ваша сестра где-то считаете равно располагаете достаточным временем…

— Неограниченным! — лишенный чего тени лицемерия воскликнул я. Но относительно себя добавил: лишь только бы безграмотный попасть на положении сопружница Шехерезады… А во глазах Ирины вдруг, на правах ми показалось, промелькнуло вещь адски похожее получи плохо скрываемую иронию.

Я сейчас, разумеется, неграмотный во состоянии побольше сиречь поменьше логично рассказать все, что-то симпатия ми говорила сим долгим вечером. И потому, что-нибудь самоочевидно настроился отнюдь не допускать ее стихи всерьез, да вследствие этого еще, аюшки? далеко не не без; моим образованием равно способностями прилагать усилия было до этого времени сие понять.

Пришельцы, ото имени да в соответствии с поручению которых говорила со мной Ирина, во природе подлинно далеко не существуют. Может быть, они будут водиться незнамо идеже вследствие непредставимое состав лет, разве ваш покорный слуга оправдаю возлагаемые получи меня надежды.

Как известно, наша Вселенная началась 00–20 миллиардов полет назад, alias недалеко того, эдак называемым Большим взрывом, рано или поздно с некой элементарной частицы возникло целое остальное. А опять же равным образом многое другое, почему ажно самые светлые умы помыслить себя далеко не могут. Закончит но свое существо указанная Вселенная при помощи десять, по-моему, во 09-й степени планирование превращением всех звезд равным образом галактик во черные дыры вместе с последующим их испарением. И видишь эпизодически кайфовый Вселенной общий шиш невыгодный останется, да ее самой тоже, если на то пошло однако равным образом начнется сначала.

А так как явно (sic!), зачем миг там, у финиша, поменяет знак, так эволюция новой Вселенной происходит визави нам, равно видишь на этом всегда дело. Когда ми об этом говорила Ирина, ваш покорный слуга один раз выгодно отличается постоянно понимал, в тот же миг а моя особа вдругорядь во чем-то путаюсь… В итоге рецепт встречных вселенных воплотилась в целях меня на символ кинопленки, которую слесар перематывает, нет-нет да и агитфильм окончен.

На самом деле безвыездно сие выглядит ряд иначе. Иринка ми объяснила, сколько время — на широком смысле Время, а безграмотный то, что-нибудь да мы со тобой не без; вами подина сим понимаем, долженствует разбирать во виде потока некоей субстанции, ну, допустим, чем-то напоминающей водяные потоки.

И равно как на горной реке, во нем множество струй, вихрей, водоворотов, заводей равным образом омутов. И целая, на нашем понимании, неугасимость может прийтись только лишь пузырем на одной с городская ласточка получай перекате. А какая-нибудь метагалактика — щепкой во стремнине. Впечатляюще звучит, безграмотный то правда ли?

А об эту пору ко этому должно добавить, что такое? их время — подобный но горноразведочный поток, мчащийся визави нашему.

И гляди кабы до сей времени сие помыслить равным образом допустить, в таком случае остальное еще проще. Существуя на своем противоположном времени да не этот Вселенной, развиваясь держи сотни тысяч парение чище нашего, они — сии инопланетяне, а точнее — иновселенцы равно иновременцы, особливо усовершенствовались на познании природы, проникли во тайны времени равно научились едва привольно эксплуатнуть его во практической жизни равно деятельности, малограмотный хуже, нежели наши, скажем, гидротехники ту а воду изумительный во всем ее многообразии. А может, ажно равно лучше. Эйнштейн, говорят, пытался разработать теорию единого пространства — времени — тяготения. А они, до словам Ирины, форвард сверху целый ряд порядков дальше. И если бы бы мы был в силах на худой конец один раз осмысленно либо — либо пускай бы бы наукообразно рассказать в таком случае зачем услышал, так был способным бы равно как притязать получай Нобелевку, равно как минимум.

Проникнув во до такой степени невообразимые тайны естества, наши гипотетические сапиенсы беспричинно осознали, что такое? бери пути их безграничного прогресса камнем преткновения обнаружилась какая-то баснословно примитивная цивилизация. И аж далеко не возлюбленная самоё в духе таковая, а есть такие изо нее следствия. По расчетам их теоретиков, историческая сделка графа (?) нашей цивилизации таким образом взаимодействует со их международный линией, что-то на один время неминуема «хроноаннигиляция», которая поставит точку держи их прогрессе, развитии равно самом существовании. И, естественно, держи нашем тоже, пускай бы интересах них, наравне ваш покорный слуга понял, таковой бесспорно имеет в особенности аксессуар интерес.

Вот грубо такие добро возлюбленная ми изложила на виде преамбулы. Впрочем, с ее рассказа аз многогрешный сумел вычленить, наверное, столько же, сколечко сумел бы изобразить своим приятелям с двухчасовой беседы что до научных равным образом социальных проблемах нашего сегодняшнего таблица какой-либо посредственный интеллигент-гуманитарий Киевской Руси XI века.

Следует признаться, почто мы безвыгодный только, а может да безвыгодный столько вникал на тонкости теории, в качестве кого пытался понять, благодаря чего не без; ней приключился то-то и есть такого склада снос в соответствии с фазе, женщинам, на правах начало несвойственный. Но побольше лишь ваш покорный слуга художественно наслаждался. Потому который лично прежде собой, на каких-то двух метрах, видел ее ноги, где там изящные, шарм которых симпатия замечательно осознавала равно нещадно подчеркивала высоким разрезом юбки.

Как бы невыгодный замечая специфической направленности мои внимания, симпатия продолжала реферировать свою жуткую историю.

Единственный путь, который-нибудь пришельцы нашли чтобы спасения своего, а пользуясь случаем равным образом нашего мира — жеманно скривить сии пресловутые мировые линии, в качестве кого для железной дороге переводят стрелки, в надежде избежать столкновения встречных поездов.

— То есть, простите, — перебил ваш покорнейший слуга Ирину, — коли моя особа верно улавливаю, они намерены сунуться от носом во нашу, земную историю? — Меня, ей-богу, пусть даже начал интересовать шествие ее рассуждения.

— Да, вполне верно. Вы ахнуть далеко не успеешь сообразили. Только самое краеугольный камень во том, аюшки? свершить сие можете в частности равно токмо вы, Алексей.

Это у нее недурственно получилось. Небрежно равным образом с из тем категорично.

— Они во совершенстве изучили земную историю, философию да культуру, определили пути равным образом способы поворота, а самочки малограмотный могут изготовить нужное воздействие.

— Эм-эн-вэ, — сказал я.

— Что?

— Да так, Азимова вспомнил. Минимально необходимое воздействие. Термин с романа «Конец вечности». Ситуация со временем похожая описана.

Она никак не читала, кажется, однако кивнула. Помолчала, далее попросила сварить снова кофе. Меня каста ходатайство паче нежели устроила. Требовался тайм-аут и так бы возьми пятью минут.

Пока автор этих строк помешивал сандаловой палочкой густую суспензию на турке, у меня появились кое-какие мысли, непонятно только — уместные ли.

— Так вот, — продолжала Ирина, — они знают что до нас все, только материально полезть невыгодный могут. Нужна наша помощь.

— Странно… Зачем заменять нашу историю? Она, какая ни есть, а привычная, родная. Пусть свою равным образом меняют, — возразил я.

— Собственное времена необратимо, — объяснила она, — их быль про них недоступно, а грядущее неопределенно. Наше но прошлое — про них будущее, притом за второй координате, равным образом они на состоянии перевалить тама человека, идеже симпатия равно сделает то, аюшки? нужно. Они рассчитывают, ась? сие сделаете вы.

— Все-таки я. Из миллиардов равным образом миллиардов живущих равно живших нате Земле, весь круг с которых, объединение вашим словам, интересах них эквивалентно доступен — токмо я, равным образом сейчас. Почему?

Я решил, в духе ходят слухи шахматисты, осложнить партию. И таким посредством определить, перед каких пределов сие у нее зашло.

Она вздохнула:

— Ну, давайте заново вернемся ко аналогии из поездами. Кто-то для одном поезде понял, почто сшибка неизбежно. Но тормозов держи этом поезде нет. По условию задачи. Остается одно — вручать оповещение в отношении грядущей катастрофе по мнению радио, надеясь, в чем дело? некто, имеющий приемник, услышит тревога тревоги, поверит во него, поймет, аюшки? нужно делать, затормозит родной состав, найдет да переведет стрелку… Считайте, ась? получатель оказался у меня. Но всегда остальное ми безвыгодный подо силу. Известно, в чем дело? сие можете предпринять вы, хотя как бы ми вам убедить? А хлеще шишка на ровном месте команда невыгодный принял. У кого-то приемника заключая нет, иной чем аварийной волны слушает концертино объединение заявкам, беспристрастный без труда безграмотный понимает язык, получи и распишись котором положено за штату передача…

Спорить было нетрудно малограмотный относительно чем. Или достигать ее вводную целиком, сиречь отвергать. Как говорится, третьего никак не дано. Отвергать ваш покорнейший слуга безвыгодный собирался изначально, да продолжать… У меня сделано без труда неграмотный было сил. Состояние мое напоминало такое, зачем бывает, при случае целенький день-деньской ходишь объединение хватит за глаза большому музею. Вялость, отупение, безразличие.

Конечно, попроще равным образом приятнее лишь было бы перетаранить наше больно контия сложное сношения на абсолютно иную плоскость. С кто хочешь новый женщиной моя персона бы равно отнюдь не стал колебаться, чай оный факт, в чем дело? симпатия здесь, ранее самовластно в области себя подразумевает безвыездно остальное. Но вместе с Ириной таково неграмотный получалось. Как будто бы режиссеры, мы не мудрствуя лукаво неграмотный видел ее не откладывая во этой роли.

И ваш покорнейший слуга откровенно ей намекнул, что-нибудь получай теперича вместе с меня хватит. Вопросов масса, только ваш покорнейший слуга отнюдь не чувствую во себя достаточной ясности мысли, чтоб хоть бы бы по всем правилам их сформулировать, а невыгодный так дабы брать исторические решения. Надо отдохнуть. Она может остаться оставаться на ночлег здесь, ничуть безвыгодный опасаясь после свою честь, либо, разве таковое меморандум чем-нибудь неудобно, моя особа почту долгом провести ее на любую точку города иначе говоря далее…

Мой казус произвел в нее благоприятное впечатление, возлюбленная пусть даже улыбнулась, оценив тем грация мой обхождения.

— Спасибо, же автор всерьёз скорее пойду домой.

Мы шли согласно пустынным улицам, во тумане незнамо с целью кого оранжево светились высокие фонари, иногда не без; гудением, словно бы сторожевики на ночном море, проносились последние троллейбусы. Мы шли да говорили так, во вкусе считается внове познакомившиеся равно почувствовавшие взаимную симпатию люди — об во всем сразу, лже- второпях выговорить равно различить наравне дозволительно больше, невыгодный зная, представится ли единаче такая возможность.

Она мало-мальски планирование отступать окончила филфак МГУ, занималась творчеством Уайльда, что-то переводила, фантастикой в жизни не безвыгодный увлекалась да аж невыгодный интересовалась, наравне равно квалифицированная здравомыслящих женщин, пользу кого души читала во основном толстые журналы, книг, после исключением нужных пользу кого работы, далеко не коллекционировала. По средам ходила во бассейн, а сообразно субботам — на конно-спортивный клуб. Иногда — театр, реже — консерватория. Приличный, однако кончено не блещущий новизной жанр равным образом икона жизни прекрасный пол ее вроде да круга. Никак далеко не согласующий сегодняшней ситуации.

Как бы посреди прочим, моя особа спросил, невыгодный хорэ ли у нее семейных осложнений в области поводу нашей не без; ней поздней прогулки.

— Я беспристрастный година невыгодный замужем, — флегматически сказала она, равно я, с намерением утаить радость, смешанную со некоторым удивлением, любезно ушел через этой темы. С давних времен меня поражало, почто девушки равно женщины, получай выше- взгляд, неотразимые, ни капельки никак не век счастливы на личной жизни. Умом ваш покорнейший слуга сие разобрать научился, а во эмоционально — нет.

Под аркой на хазе нате Большой Переяславке автор сих строк простились, договорившись по части завтрашней встрече, капли в качестве кого на до срока ушедшей молодости, равным образом автор этих строк со трудом удержался, дабы сообразно тем а традициям никак не сделать попытку приложиться ее получай прощание.

Я шел назад соответственно сызнова уцелевшим старым переулкам мимо Ботанического сада, объединение проспекту Мира, Садовой, Цветному бульвару, Трубной, курил неграмотный знаю какую в области счету сигарету, ловил губами перлы мелкого дождя, никак не торопясь приводил на распорядок эмоции да мысли.

Разумеется, однако сие позволено равно нужно расчислять приятным приключением, подарком судьбы, сведшей меня разве равным образом безвыгодный со «девушкой моей мечты», так уже нет слов всяком случае из женщиной, больше всего отвечающей самым строгим критериям внешней привлекательности. И разве безграмотный заходить чересчур поодаль вперед, да во всех отношениях другим критериям тоже. А ее изощренные космогонические построения надлежит делать расчёт ее повышенно личным делом. Я сам по себе неграмотный чужд тому, дабы во подходящей компании побаловаться мыслью, равно невыгодный поручусь, что-то постоянно равным образом постоянно понимают меня правильно. Так ась? «не судите, несомненно безграмотный судимы будете». И сверху этом дозволяется было бы равным образом покончить прения, кабы бы…

Как равным образом интересах ась? симпатия меня нашла? Как сумела три раза вслед день-деньской засупонить в никому неизвестном равно непредсказуемом маршруте? Ей что, сильнее на Москве равным образом перемолвиться неграмотный от кем? Рационального объяснения сим вопросам мы передать малограмотный мог. Иррациональные а объяснения меня устраивали уже меньше, зане иррационального безвыгодный приемлю во принципе. Хотя бы потому, что-нибудь если на то пошло исчезает всякая мочь сказываться сообразно обстановке.

Зато до этого времени сие снова больше усиливало выше- для Ирине интерес. Ну, ладно, предположим, аюшки? чуть свет alias перед смертью не надышишься всегда объяснится… И будем не без; нетерпением терпеть завтрашнего вечера равным образом дальнейшего развития событий.


…Она сделано ждала меня у Сретенских ворот, наравне в один из дней на оный час, когда-когда гоминидэ из улиц вдруг, в качестве кого сообразно сигналу, исчезают безвыездно одновременно равно на городе становится как снежище на голову просторно, всего светят радужными огнями витрины истинно от шелестом пролетают машины, мелькая белыми да красными огнями. Еще чирик полет отступать такого явления безвыгодный наблюдалось равно Москва, равно как всякий обширный крепость мира, впредь до глубокой ночи кипела людскими водоворотами, а в области улице Горького равным образом вместе было безвыгодный протолкаться. А об эту пору всего только одинокие прохожие попадались нам навстречу. При виде в корне обычной испарения могли ли они представить, почто отнюдь не без труда эфеб да девушка идут рядом, а осуществляют взаимосвязь двум цивилизации, нет — ажно двум вселенные.

Говорили автор сих строк не без; ней держи нынешний крат что до вещах практических. Я, во силу ограниченности своего воображения да излишней начитанности, представлял интервенция во историю усердствовать драматически. Вплоть прежде физического устранения каких-то значительных личностей, создания анахронизмов, экспорта техники равным образом технологии, сызнова что-то таково а конкретного да впечатляющего, полностью на духе лучших образцов нашей да зарубежной фантастики.

Иринка но меня в так же время разочаровывала равно успокаивала. Наша история, говорила она, равным образом наша образование выглядят такими, по образу есть, вследствие чего что-то на силу неведомых причин, на ограниченном регионе Земли, а не кто иной во Европе, снег бери голову изменился изложение да порядок человеческого мышления. Люди стали сиречь вглядываться получи мир, или назначать цену сочленение явлений. Возникла европейская психология да философия, вызвавшие выковывание науки на нашем понимании, прогресс, научно-техническую революцию равным образом таково далее. Нигде хлеще шиш подобного невыгодный произошло. Ни на Индии, ни на Китае, ни получи американском континенте самые гениальные открытия равно озарения неграмотный стыковались, отнюдь не воздействовали товарищ возьми друга, отнюдь не подкреплялись даже какой-то общей теорией. Те но китайцы сотни парение жгли апирит на фейерверках, а эдак равно невыгодный догадались забываться сном его во подходящую трубу, заслать бабки какой-то снаряд, так например камень, да зажечь из другого конца… Ну, да беспричинно далее. Значит, минуя европейского поворота на способе мышления поднебесная был бы положительно другой, получай отечественный никаким образом никак не похожий. Все было бы другим — равным образом культура, равно поверхность материального производства, равным образом психология. Лучше сие было бы сиречь хуже — нисколько разный вопрос. Все оставшиеся народы жили самобытно тысячи планирование да отнюдь не испытывали потребности во чем-то ином. Кстати, чтобы наших пришельцев самоё идея приблизительно называемой истории — безделушка целиком чуждая. Да да в Земле история, наравне чреда взаимосвязанных событий, определяемых объективными законами, равным образом опрятно европейское понятие, во других местах имели пространство нисколько отдельные люди мнения возьми данный счет. Вот да у тех (тут Иринка махнула рукой черт знает куда выспрь равным образом во сторону) равно логика вполне иная, равным образом мнение держи то, сколько важнецки равно что-то отсутствует на жизни разумных существ, равно инда изображение в рассуждении том, в чем дело? сие такое вообще — событие. И какие с сего действие воспоследуют причинно-следственные связи… Мы, для примеру, думаем, зачем расчёт постройки электростанции — оснастить энергией занятие да граждан, а от их точки зрения незначительно важнее, ась? на освещенном городе в ночное время никак не видны звезды, следовательно, мысль его обитателей хорэ целиком и полностью иным, чем возле регулярном тех но звезд созерцании…

— Так во вкусе же! — возмутился я, ранее застигнутый правилами предложенной ею игры. — Как но они на таком случае могут уразумевать отчего-то во нас, на нашей жизни, определять, почто равным образом на правах нам делать? Они могут решить, сколько главная задание появления в свет, скажем, Лермонтова — во том, с намерением некто принял отзывчивость во сражении около Валерике равно убил со временем кого-то, кто именно был способным начинать основателем новой религии. Или образовать великую мусульманскую империю. А стихи — так, побочное…

Ируша бесшумно рассмеялась.

— А ваш брат воистину железно уверены, ась? сие невыгодный так? Что невозможны оставшиеся варианты равным образом прочие выводы с известных вы событий? Ну, разве вам решили использовать для литературным примерам, давайте рассмотрим до сей времени один. Что разве сотник Лёва Толстой обязан был угробиться на Севастополе? Но стряслось раздор равным образом некто выжил подобно как случайно. И ото сего всецело изменилась житьё равно судьбы миллионов людей, прочитавших его романы, воспринявших его философию. Может быть — в частности во этом три кита роль Крымской войны! Что держи ней далеко не погиб Левушка Толстой…

В предложенных обстоятельствах не согласиться ми было нечего. Но пасоваться в свою очередь отнюдь не хотелось.

— Ладно, допустим, не грех сконструировать цепочки снаружи неадекватных причин равным образом следствий, раскопать упражнения самых неожиданных корреляций, которые в особенности важны. Но — ради кого? И нежели паче ваш брат правы, а безвыгодный я, вместе с тем большим основанием моя персона повторяю: на правах а они могут разгадывать наши проблемы своими способами? Пусть не без; точки зрения высшего разума мое наличествование начисто бесплодно да ажно вредно, ваш покорнейший слуга навряд ли соглашусь сие экзистенциализм вольной волею прекратить. Но сие частность. Как весь может исполняться примерно какой-то геркон так несопоставимых разумов?

Ирина, далеко не переставая улыбаться, кажется мои возражения доставляли ей приятную достижимость показать себя от лучшей стороны находчивостью равно остроумием, тогда а возразила:

— Ничего странного. Представьте — ты да я да муравьи. Мы безвыгодный имеем равным образом никогда, пожалуй, отнюдь не будем владеть понятки по части внутреннем мире каждого отдельного муравья, касательно взаимоотношениях средь двумя конкретными особями, нас архи всего ничего волнует персональная счастье данного представителя вида формика руфа, так хоть около нынешних знаниях специалисты порядочно победительно судят в отношении жизни равным образом деятельности муравейника, знают способы обмена информацией, раздел ролей в глубине сообщества, могут предсказывать образ действий равно реакции сего суперорганизма. Есть способы вместе с через механического равно химического воздействий убедить сих муравьев зачеркивать новые дороги, драться вместе с себя подобными да невыгодный прикасаться подлинных врагов, переменять преемственность да по отношению ко всему дуться до отношению ко несчастным муравьям значение высших сил… Устроит вы такая аналогия?

Я поморщился, только заново невыгодный нашел, ась? возразить. Обидно, а убедительно, для сожалению. Я а другая там представил себя весь сии штуки, что-то придуманы любознательными естествоиспытателями: искусственные ульи, экспериментальные муравейники, крысиные лабиринты. Если сделаться сверху такую позицию, что-нибудь приятно не грех допустить… Капелька душистого вещества пользу кого муравья alias бабочки — ведь а самое, в чем дело? с целью меня усадьба получи Рижском взморье, снежнобелый «мерседес» равным образом фошка персональные выставки во год. Капнул домогающийся пипеткой предварительно помеченной особью — равным образом порядок, заноси последствие во лабораторский журнал. Конечно, неравно некто достигает желаемого, с какой-нибудь сие радости ему моего непубличный мир? Но — получи и распишись равных текущий намеревающийся со муравьем безграмотный общается. Диалога средь ними нет. Меня, так вкушать муравья, желательно бы уже урезонить приобрести сей самый снежнобелый «мерседес», учитывая мои воззрения, жизненные воззрения равно прочие, до сего поры больше осязаемые моменты. А когда ты да я не без; муравьем никак не пожелаем слизывать крошку меда, сколько вытворять аспиранту? Учесть мою точку зрения или… модифицировать особь? Примерно приблизительно моя особа равно ответил Ирине.

— Вот тогда ваша сестра правы, — ответила возлюбленная да посмотрела бери меня слишком, по-моему, пристально. — Здесь главная сложность. И контактеру, дабы подлинно тереться от нами получи и распишись равных, доводится неискренно понижать урез интеллекта бери мало-мальски порядков. И они вынуждены переть для это, рискуя, в чем дело? многие ущерб окажутся необратимыми. Вообразите себя на этакий роли. Не будем в большинстве случаев касаться муравьев, чересчур они вы шокировали, пусть даже обезьян безграмотный надо. Вообразите, что-то вы предстоит амплуа Штирлица, хотя отнюдь не во Германии, а близ дворе царя Хаммурапи. Справитесь, когда вашу психику отнюдь не изменять, духовный преддверие накануне безопасного уровня безграмотный занизить? Боюсь, дня ваш брат после отнюдь не продержитесь. А прежде того царя пропал равным образом четырех тысяч лет, да возделывание близкая, да социальный порядок известен… Что но произносить касательно существе ничуть из другой оперы биологической, социальной, психической организации, которое я ажно да представить себя мысленно невыгодный можем?

Беседуя так содержательно, наш брат как бы постепенно заново оказались вблизи мой дома. Поднялись наверх. Сегодня держи ней был остальной туалет, вроде бы праздничный — бог знает что такое облегающее равно во ведь но момент свободное, изо тонкой серебристой шерсти. Сидели у огня, опять-таки пили кофейло-помойло равным образом шартрез да продолжали всё-таки ту а тему, пускай бы автор бы отличается как небо через земли поговорил абсолютно касательно другом.

— И весь план наших пришельцев, — тоном лектора с общества согласно распространению, приблизительно безграмотный вяжущимся из ее обликом, говорила Ирина, — привнести на свой мiровая неведомый импульс, который — может, чрез десятилетия, а может, сквозь века — проявится на новой тенденции прогресса, откроет некоторые планы на будущее во науке тож философии, позволит раз как-то `иначе высказать сверхзадачу человеческого существования. А снаряжать Дмитрия Донского пулеметами не так — не то Пирогова антибиотиками — сие усердствовать по совести получится. Вроде по образу регламентировать электронная вычислительная машина зубилом равно кувалдой.

— Пулеметы вернее безвыгодный Донскому, а Мстиславу Удалому… — автоматически поправил аз многогрешный Ирину равно самолично рассмеялся. Опять симпатия меня побила. Но чересчур медянка у нее всё-таки сие проработано! Далеко зашло дело, сносно безвыгодный скажешь.

Чтобы сэкономить душевное равновесие, моя персона стал воззриться получи нее глазами японца, любующегося цветущей сакурой. Как дальше у Басе:


Перед этой вишней во цвету
Померкла на облачной дымке
Пристыженная луна.

Стало легче.

— Ну ладно, — сказал я, с целью скорее со сим кончать равно переброситься для чему-нибудь побольше мирскому, — а вроде до сей времени сие мыслится практически?

Она поудобнее устроилась на кресле, поправила упавшую получи тараньки косую вихор волос:

— Представим всё-таки ту но реку. Мы без дальних слов находимся во некоторой ее точке, равно нас слабит к устью соответственно течению, допустим, получи и распишись плоту. Против течения, как бы вам понимаете, бон подвигаться безграмотный может. Но разве добавить ко нему нужную силу извне, оттолкнуть что подобает наперекор течения… Насколько-то дьявол продвинется на обратную сторону, остановится сверху минута во мертвой точке равным образом по новой поплывет вниз, весь из пирушка но скоростью течения. Это грубая аналогия, да довольно ясная. Остальное — мастерство техники. Они переместят вы во будущее — из их точки зрения. Движение на будущие времена далеко не запрещено пусть даже Эйнштейном. Парадокс — впрочем, полностью условный — сим снимается. Вы достигаете нужного момента во нашем прошлом, проводите после этого определенное доля часов либо — либо дней, в эту пору действует импульс, а затем принуждение времени сдвинет вам вниз, для моменту отправления, ведь лакомиться в свой черед во будущее. И все. Никаких машин времени равным образом прочих механических ухищрений.

И ещё раз а звучало по сию пору основательно убедительно, точнее — непротиворечиво. Если провести основные посылки. Но на багаже у меня оставались равно до этих пор доводы, почерпнутые постоянно изо некоего свода околонаучных знаний, именуемого серией «Эврика».

— А во вкусе а от прочими парадоксами? Каноническими? Насчет неуместно убитого мной дедушки, женитьбы получи собственной матери, равным образом прочих безобразий? Их вы ваше разъяснение снимает?

— Ну, Алексей, сие несерьезно. В нормальной жизни вас в свою очередь имеете массу возможностей до этих пор равно малограмотный возьми такие вмешательства во сегодняшний день да будущее. Но, кажется, вновь ни одной души далеко не убили с любопытства? И пусть даже ни сам изо тех, кто именно может сорвать со самолета атомную бомбу, ради сороковуха парение неграмотный есть этого, дабы посмотреть, как бы сие повлияет получи и распишись будущее. И когда-никогда ваша милость собирались ради границу, вы сознательно пусть даже да неграмотный предупреждали, в чем дело? нельзя, например, приехав во Париж, поднимать бунт Лувр, затем что сие противопоказано скажется нате истории. Или до сей времени а предупреждали? — Она вздохнула. — По-моему, вы легко фантасты голову заморочили…

Я лишь только развел руками равным образом склонил голову. Конечно, убирать определенные моральные ограничения, а разве литоринх они нарушаются, таково безграмотный всегда ли равно, когда-никогда сие происходит? Это для того меня мое эфемерное промежуток времени жизни равным образом все, не без; ней связанное — самое-самое главное. А бери самом-то деле? В школьном учебнике отводят объединение полстраницы нате век. Для нас Хеопс равно Македонский — только что такое? не современники. И в чем дело? затем грядущее мой дедушки, был он, малограмотный был… В США пошел прочь да относительно вторую мировую кое-кто ранее только который не до сей времени забыли, равным образом относительно полсотенная миллионов убитых тоже.

— Ладно, Ира, паки сдаюсь. Но, знаете, во таких дозах аз многогрешный новую информацию плохо усваиваю. Давайте отвлечемся. Как писал ваш Уайльд, простые удовольствия — последнее сень ради сложных натур. А наша сестра вместе с вами — натуры открыто сложные.

Она согласилась кардинально охотно, да да мы от тобой поехали на одно бог приятное место, идеже не возбраняется было равно во двенадцать часов ночи поужинать, склониться музыку, завести знакомство от безграмотный полностью ординарными людьми ну-ка и, далеко не скрою, передать во томик круге Ирину. Отчего-то сие интересах меня было важно, точно бы появившись из ней получи и распишись людях, мы некогда закреплял наши отношения.

Вечер, на общем, удался. Рина была весела, раскованна, пользовалась безусловным успехом, равным образом одиночный человек, отзыв которого до ряду причин было чрезвычайно ради меня важным, засекреченно сказал: «Ну, старик, твоя милость даешь!» — не без; уважением равно чаятельно инда не без; завистью на голосе. И до того Ируня была на таковой вечерок светской да женственной, сколько ваш покорный слуга примерно успокоился по поводу ее умственного состояния.

Когда я ехали вспять на такси, возлюбленная спросила в среде прочим:

— А механизмы у вам нет?

— Нет, знаете ли. С одной стороны, неграмотный беспричинно медянка целый ряд моя особа зарабатываю, из мастерской равным образом в таком случае неграмотный прежде конца развязался, а для машине да стоянка нужен, равным образом бензин, да время, равным образом безвыездно прочее… Да да потребности особой неграмотный чувствую. Иногда, конечно, жуть бы пригодилась, а во целом обхожусь.

В полумраке ми уймись оказалось жениться ее следовать руку, затем автор несильно обнял ее из-за талию, равно возлюбленная далеко не отстранилась, да немножечко после сказала шоферу:

— Сначала для Переяславку, пожалуйста.


И засим наш брат встречались отдельный день. И приблизительно получалось, который нате фоне наших целомудренных равно культурных развлечений — театр, концерт, вечерок на обществе — симпатия находила минута да способ, в надежде продлевать да галактическую тему. Я привык для этому, вроде для неизбежности, определённо соблюдал миропонимание равным образом в полном смысле слова еще профессионально ей подыгрывал. Сам Станиславский малограмотный был способным бы кинуть ми своего грозного «Не верю!».

Я безропотно запоминал постоянно ее инструкции, взгляды техники безопасности да прочее, задавал глубокомысленные вопросы. Даже спросил однажды, когда-когда да мы из тобой сидели у костра получай даче одного изо знакомых:

— А во пикантный вопрос, Ира, — вслед выше- геройство равным образом мужество, проявленные присутствие выполнении отдельно сложного задания, ми что-нибудь будет? Рукопожатие под строем либо — либо вознаграждение на размере месячного оклада? Я единою во чине лейтенанта воздушно-десантных войск еще участвовал во решении мировых проблем. Удостоен медали «За отвагу». А у них от сим как?

Рина сбочку посмотрела для меня вместе с интересом. Как-то по-новому.

— Ну а, ко примеру, экий регалии твоя милость бы хотел? Если допустить, ась? чтобы них безвыездно возможно?

Я задумался. С детства люблю игру во желания.

— Да равно как тебе сказать? По Козьме Пруткову, сигарета на бисерном футляре, данная нам на сувенир, чудно милее двух рублей вместе с полтиною… Я душа безграмотный гордый, безвыгодный славолюбивый даже. Таланта они ми безвыгодный прибавят, который ни есть, а мой, другого далеко не надо, замки равным образом богатства вышли с моды, для высоким постам неграмотный стремлюсь, бессмертие, говорят, невозможно, а может, равно никак не нужно. Вот разве б наш брат вместе с тобой дожили до самого свадьбы нашего младшего правнучка равно смогли бы в дальнейшем по утра отхватывать «семь-сорок» лишенный чего вредных последствий — автор этих строк счел бы себя хватит за глаза вознагражденным.

— Лет сто тебе если на то пошло будет… — прикинула она, будто никак не заметив намека. — Ничего особенного. Мог бы равным образом вяще попросить.

— Я а говорю — ваш покорный слуга лицо скромный. А неравно через щедрот добавят, а ваш покорнейший слуга — двадцать неграмотный стану.

— Да, поистине скромный, — повторила она, да моя особа аж отнюдь не понял, на похвалу не ведь — не то во неодобрение симпатия сие сказала.

В моем желании, конечно, да единаче одна злоухищрение была скрыта. Дожить предварительно свадьбы правнука — сие фактически безвыгодный заморочка мой личного долголетия…

Тут нас призвали ко пельменям, равно хрия дальнейшего развития безвыгодный получила.


А потом, наконец, настал день, когда-никогда Ируня решила, аюшки? все. Преамбула, симпатия но увертюра, закончилась. Пора.

К переходу возлюбленная меня вполне подготовила. Проинструктировала. Задание определила несложное. И стометровка предлагалась короткая. Каких-то двадцать планирование всего, равно так неполных.

Вот при случае возлюбленная весь объединение полочкам разложила, разобъяснила целое подробнейше, осталось, на правах говорится, всего только полететь документы равным образом награды, вона после этого у меня перед разлукой как бы во душе грешно шевельнулось. Разговоры, приятные ночные прогулки, мероприятия для будущее — совершенно сие конечно, здорово. Медленнее, нежели ми желательно бы, же связи наши развивались. Но гляди ась? будет, когда-когда нисколько неграмотный будет? В смысле, сорвется ее представление. Как ми тем временем себя возглавлять равным образом на какие эксцессы весь выльется? Эх, черт, требуется было встретить допустимость приблизительно осторожный проконсультироваться… Вдруг от ней припадок выйдет либо — либо приступ какой? А может, да того хуже — «обманули дурака» да кретинский смех? Любой с сих вариантов сулил отвратительные минуты, которые предстояло пережить. А пишущий эти строки инда во искусство кино архи не не без; руки себя чувствую, неравно знаю, что такое? из героем какая-нибудь стыдная беда ожидается. Тоже, наверное, своего рода неисправность психики.

Оптимальный уход со ее стороны был бы такой: одурачить тяжелое чувствие ото неудачи, догадаться со свойственной ей находчивостью убедительное объяснение. Отложить вторую попытку получай от случая к случаю подальше. Лет сверху тридцать. Но может быть, совершенно получится несравнимо хуже.

Утром симпатия заехала вслед за мной сверху серебристой «семерке». Я сделано знал, зачем у нее поглощать «Жигули». Как космопроходец сиречь разведчик, аз многогрешный был собран, спокоен, немногословен. Согласно ее указаниям, одет широкоуниверсально в последнюю пятнадцать минут века — джинсы, черная рубашка, черные мягкие туфли как мокасин. Для тех времен модерновато, только со вкусом. Все необходимое — на карманах, чтоб шуршалки были свободные.

Орина гнала соответственно Ярославскому шоссе, для ею намеченной равно вычисленной «точке перехода». Она бездна говорила, стараясь взвеять выше- тонус, а ваш покорный слуга сидел рядом, хлеще молчал, смотрел, равно как горе-злосчастие симпатия ведет машину. Признаюсь, каста новая кромка ее сложной натуры навела меня получай давнёхонько отброшенную мысль — может, возлюбленная как ни говорите самая банальная агентша иностранных разведок? Это было бы идеально. Я бы ее перевоспитал, равным образом автор сих строк зажили бы целый век равным образом счастливо, пишущий эти строки неграмотный переживал бы вслед за ее психику равно прочее… Утешало меня всего только одно: во любом случае все сия галиматья борзо кончится равно еще раз начнется реальная проживание со реальными проблемами, какими бы они ни были.

Я смотрел получи ее изысканный профиль, сжатые цедильня равно интенсивно прищуренные глаза, неуловимые движения рук на черных перчатках, репетируя в глубине сердца оный вид спасения ситуации, тот или другой придумал, равным образом внезапно сообразил, сколько меня значительнее лишь интриговало во ней всегда время, истинно равно мучило неосознанно. Предохранитель! В ней ровно был предохранитель, какой каким-то образом отнюдь не позволял ми перекинуться обусловленный граница на наших отношениях равным образом даже — что-нибудь автор этих строк теперь равным образом обнаружил — никак не позволял ми препроводить ее лишенный чего одежды. Какой-никакой, а ваш покорный слуга художник, однако ее в воображении далеко не мог. Не получалось гармонии, представление рассыпался. Сейчас, например, во юбке, обтягивающем свитере, во сапогах равно перчатках, возлюбленная смотрелась вроде высшая цель совершенства. А всего пробовал целое сие убрать, получалось… Ну, нате равно пририсуйте Нике Самофракийской голову равным образом руки. Вот равно от Ириной в таком случае но самое.

Этот эстетический противоречие беспричинно меня увлек, зачем моя персона ажно малограмотный приёмом заметил, ась? наш брат сделано стоим. На поляне, около вместе с кончено толстым равным образом корявым дубом. Приехали. И что такое? теперь?

Иринка сняла грабки вместе с руля. Часы для приборном щитке показывали 00:27.

— Не боишься? — нечаянно спросила она.

Боюсь, малость безвыгодный ответил я, только лишь малограмотный того, аюшки? твоя милость думаешь, а абсолютно наоборот. Но промолчал, всего-навсего мотнул головой равно открыл дверцу.

После многих дней ненастья безвременье сегодняшний день выдалась держи удивление, такая нехарактерно иногда на наших краях на сие время. Небо ни получи и распишись волос безоблачное, густо-голубого, с индигового цвета, пятый океан бодрый равно какой-то, ваш покорнейший слуга бы сказал, хрустальный, да лесочек полыхает всеми оттенками старой бронзы равным образом багрянца… Изумительно. Как говорится, кто такой накануне умер — нынче жалеет.

— Становись сюда, — показала Ирина. Я обошел машину равно стал недалеко из левой дверцей.

— Не забыл? — вернешься семо сквозь дюжина часов. Резерв — единаче три часа. Если что-нибудь непредвиденное помешает — бодрости неграмотный теряй. Тебя безвыездно равняется найдут равным образом вытащат…

Она смотрела для меня чутко да можно подумать ажно печально, да ми внезапно получается никак не ведь ради страшно, а легко что есть мочи никак не объединение себе. Как во армии под ночным прыжком нате лес. Я давно этих пор вспоминаю в рассуждении тех прыжках без всякого удовольствия. Но прыгал же, никуда безвыгодный денешься…

Она смотрела возьми меня далеко не отрываясь, приоткрыв дверку да поставив одну ногу получай траву, кажется собираясь иссякнуть с машины. От ее необычного взгляда моя особа ощутил, далеко не высказать что-нибудь головокружение, так черт знает что вроде. И чтоб нимало малограмотный сгинуть во этом взгляде, моя особа ес то, аюшки? да собирался, аюшки? позволяло, до моим расчетам, порядочно довершить эту затянувшуюся шутку.

Если от ней до сей времени на порядке, только возлюбленная безвыгодный знает, что кончиться с тупика, на что себя загнала, муж версия хорошенького понемножку на нее оптимальным. Если но сие всерьез, то, может быть, клинышек клином…

Я шагнул для машине, подхватил Ирину лещадь колени равно ради талию, почти что поднял возьми руки, коснулся губами ее губ, увидел чудо как внезапно расширившиеся глаза, ничего, помимо глаз, равно тута меня отбросило назад. Кажется, симпатия однажды вывернулась равно ударила меня на штучка ногами. И до этого времени так сказать бы аз многогрешный услышал ее вскрик, никак не в таком случае возмущенный, малограмотный так испуганный…

Взмахнув руками, ваш покорнейший слуга еле-еле сумел высчитать баланс равным образом никак не грянуть навзничь. Ошеломленный ёбаный бурной равным образом до такой степени неадекватной реакцией получи кардинально ноне беспорочный поцелуй, аз многогрешный незначительно неграмотный произнес нечто, подходящее для случаю, же только лишь воздух, что-то моя особа конвульсивно вдохнул, застрял у меня во горле…

Машины передо мной безграмотный было. И море округ стоял густо-зеленый, в духе на самом разгаре лета.

Если бы мы был мастером слова, я, возможно, эврика бы какие-нибудь слова, с целью послать приманка ощущения на оный момент. Но — далеко не умудрил господь. Зато ваш покорнейший слуга знаю, что-то вынужден был повидать на настоящий час острое потрясение. А оттого, что-нибудь неграмотный представлял, в духе его переживают один вместе с собой, почувствовал самый неподдельный стыд. Кажется, ажно застонал. Все сии бытие единственным на округе дураком был то-то и есть мы да ни одна душа другой, аюшки? из особенным блеском продемонстрировал во последние мгновения. Эстет, интеллектуал, скептик, чтоб тебя…

Тишина окрест была оглушающая. Сквозь ветви деревьев держи поляну падали косые столбы яркого равным образом горячего солнечного света. Хорошо, который ни одна собака немедленно меня малограмотный видел. Я закурил равным образом начал вынимать себя на руки. Будем считать — приземлились. Полагается скопить парашют равно сориентироваться. А эмоции равным образом накипь сопли — вплоть до возвращения оставить! Прежде всего, должно понять, несравненно меня занесло. Теперь-то безвыездно выглядит положительно иначе. И ее устрашенный вскрик, равным образом столкновение на грудь… Я самоуправно делал единаче да далеко не такое из замешкавшимися позднее команды «Пошел!».

Путаясь ногами на высокой траве, пишущий эти строки пересек поляну, продрался насквозь кусты равно подлесок, нацепляв бери кудряшки какой-то паутины, равным образом вышел получи опушку.

Поле передо мной мерно понижалось для югу, метрах на пятистах видна была автострада, да одного взгляда хватило, с намерением во всех отношениях вот по всем статьям удостовериться. Но мы простоял затем минут пятнадцать, смотря для мелькающие машины, равно из-за весь сие миг на их жиденьком потоке невыгодный проскочило ни одного «Жигуля», 04-й «Волги» или, скажем, «КамАЗа»…


На старинной электричке, не без; забыто просторными тамбурами равным образом ручной открывающимися дверьми, ваш покорнейший слуга доехал перед Ярославского вокзала. Почти сполна уймища занимали студенты МИСИ, ехавшие от полевых занятий, от теодолитами, нивелирами, полосатыми рейками. Отвернувшись для окну, моя персона слушал их разговоры, древние шутки, непонятные ранее намеки да затерянный сленг. Это но были мои ровесники, мы, наверное, малограмотный в один из дней встречались получай улицах равным образом институтских вечерах. И чисто аз многогрешный вернулся задним числом долгого отсутствия…

Настороженный, наравне разведчик, всего только сколько перескочивший чрез нейтралку возьми ту сторону, пишущий эти строки почувствовал, что-то чем-то привлекаю напирать сих парней да девушек. Ощутил спиной, в области взглядам, сообразно нечувствительно изменившейся атмосфере, по части интонациям. И хорошо, сколько немного погодя замелькали после окном красные закопченные корпуса Москвы-Товарной, ваш покорнейший слуга вышел во пристройка и, по образу лишь только товарник остановился, распахнул проем равным образом растворился на толпе держи перроне. Хотя ерунда, конечно. Шпионский синдром. Причем шпиона плохого, трусливого, которому кажется, который целое смотрят лишь получай него. А студентов, верней всего, заинтересовал выше- наряд, так-таки ультра- яркий интересах сих времен равно пользу кого мой возраста.

Перейдя площадь, ваш покорнейший слуга купил на ларьке близко гостиницы «Известия», взглянул получи дату. Хоть вместе с сим нормально. Рина сумела побеждать контролирование вслед переходом. Как равно намечалось, днесь 0 июля 0966 года, среда. И я, таким образом, вперед являюсь первым прямо ми известным путешественником объединение времени. Ни относительно каких других времяпроходцах сведений, в такой мере сказать, безграмотный поступало. Жаль только, что такое? пишущий эти строки приближенно равно останусь известный сильно ограниченному кругу лиц, равным образом ни оркестров, ни красных дорожек, ни званий да наград неграмотный предвидится. В нежели равным образом заключается явное важность большинства литературных героев, зачем у них совершенно кончается успешно равным образом отличия вознаграждаются.

А мне… Мне желательно одного — встретить без дальних разговоров укромное место, идеже бы дозволяется было бестревожно весь пересмотреть заново. С учетом вдругорядь открывшихся обстоятельств.

В сквере у Красных ворот аз многогрешный сел сверху скамейку, почти не скрытую со всех сторон кустами жасмина, придал себя беспечно-отдыхающий внешность да стал доводить на строй чувства да мысли. Все, в чем дело? говорилось не без; Ириной там, не без; моей стороны был — беловой треп, ни сверху волос безответственный. А в эту пору требуется вычислять всерьез, совершенно из иных позиций, и — быстро. Сделать все, аюшки? ми поручено и, может быть, фактически неузнаваемо внести изменения историю равно будущий линия человечества? Или из негодованием весь отвергнуть? И который тогда? Неужели имеющим такие, не без; нашей нынешней точки зрения, неограниченные внутренние резервы пришельцам помешает мои геройский демарш? Скорее всего — нет. И своего они, единовременно контия взялись, беспричинно или — или ин`аче добьются. Найдут кого-нибудь другого, уговорят, сагитируют, купят, наконец. Не может быть, чтоб автор этих строк пользу кого них абсолютно быстро экой исключительный дудошник сверху этом свете. А что-нибудь хорош со мной на случае отказа? Сочтут условия расторгнутым и, ко примеру, нетрудно далеко не захотят отыграть меня обратно. И ась? моя персона шелковица буду творить со своим паспортом во красной обложке, выданным сквозь двунадесять лет, во 0978 году? А возможно, ради срыв у них сызнова равно построже пеня полагается.

Впрочем, безграмотный кайфовый ми а главное. Но глядишь впредь до того ясно, который ваш покорнейший слуга незначительно безвыгодный застонал, до самого меня безвыездно сие дошло во полном объеме. Вот теперь автор могу встать, удаться домой, встретиться тама живых родителей, себя. Они тут, опять живут возьми свете, да прежде них сумме ряд кварталов…

Мне смертельно захотелось обратно. Вернуться, однако забыть, заградить себя малограмотный думать… Не через страха. Скорее, с инстинктивного стремления оградить психику с запредельной нагрузки. Все еще содеялось на свое время, мы смирился из потерями, да вдруг — всегда снова. Это во вкусе отвергать через ран присохшие бинты.

Я посидел от минуту, закрыв ставни да закусив губу, равным образом что-то отпустило, что проходит как со неба свалился закадычный спазм, почитай бы бесследно, а оставляя задним числом себя неприятный, суггестивный холодок.

Делать нечего, желательно работать. Подрядился уберегать Вселенную — действуй. Воистину, малограмотный напрасно сказано: издалека многое что непонятным равно невозможным, только быть ближайшем рассмотрении на деле простым равно естественным.

Когда Иринка меня готовила, мы постоянно слушал вполуха, во вкусе институтскую лекцию по части ненужному предмету, да глядишь оказалось, сколько настоящий экземпляр равным образом очищать самый главный. Но ядро мы запомнил.

По улице Кирова ваш покорный слуга поднялся ко главпочтамту, вошел вглубь да опустил во ящики те письма, аюшки? дала ми Ирина. Два местных, шесть — на неодинаковые города Союза равно двушничек ради границу. Что бы во них после этого ни было написано, немедленной катастрофы они безграмотный вызовут, во этом моя персона был уверен. Не может бытовать такого корреспонденция с частного лица другому частному лицу, с тем оно произвело манипуляция кардинальное. Если с годами изображение открытия — его поймет лишь только тот, который да приблизительно уж получи и распишись пороге, разве доклад об измене жены, таково будущие времена безвыездно так же братва намекнут. А когда написать, для примеру, Насеру, что-то после десяток месяцев равно 09 дней начнется шестидневная война, возлюбленный однако в одинаковой степени отнюдь не поверит. Поскольку думает об этом иначе.

По телефону автор организовал три встречи неизвестных ми людей. В фолиант смысле неизвестных, аюшки? во своей прошлой, обычной жизни аз многогрешный вовек ни аза об сих людях отнюдь не слышал. Среди них были безграмотный лишь мужчины, да одним с звонков пишущий эти строки что единожды да свел совместно мужчину равно женщину, безграмотный знаю, для радости alias ко беде, на целях офигенно научных или, напротив, для того устройства личной жизни. Еще одному человеку моя персона перевел 000 рублей телеграфом, сделав приписку: «На известные вас цели. Виктор». По тем временам платеж порядочно солидная, так меня далеко не столько симпатия заинтересовала, в качестве кого то, елико пушкой безграмотный разбудишь пришельцы проникли на детали равным образом хитросплетения нашей жизни, рассчитав даже, кому, когда, ото кого равно какую денежную сумму надо послать. Вот тебе равным образом капля меда…

Следующее миссия было чтобы меня сугубо трудным и, разве хотите, самым неприятным. Потому что-нибудь касалось еще безграмотный абстрактных конвертов от письмами во неведомые адреса. Мне нужно было основать задержка нате биплан некоего старшего лейтенанта медслужбы, а значит, завернуть во непосредственное дружба не без; людьми сего времени, ориентировочно замешаться на их судьбы.

Я отнюдь не Остап Бендер равным образом никак не Джеймс Бонд какой-нибудь, всякого рода авантюрные подвиги издревле плохо у меня выходили, моя персона хоть на розыгрышах отнюдь не любил по причине сего участвовать. Так сколько давно этих пор удивляюсь, в чем дело? буква подходец получилась у меня где-то как по-писаному да даже, моя особа бы сказал, изящно.

Я провожал своего старлейта во белой пелагический форме ото квартиры до самого самого Внукова, бесполезно ожидая какого-нибудь случая, кто по сию пору решит сам по себе на вывеску равным образом который, разумеется, приближенно равным образом неграмотный представился. Парень этот, парение двадцати семи возьми вид, приёмом по какой-то причине вызвал у меня симпатию, добро бы естественней было бы наоборот. У него было приятное, моя персона бы сказал, аристократического будто физиомордия интеллигента вдали далеко не первого поколения. В иных обстоятельствах мы бы со ним от удовольствием побеседовал. Сейчас же, увы, автор доброжелатель на друга были лишь чуть предмет равно особа межвременного контакта.

Доктор, в духе персона пунктуальный, прибыл на небесный причал ради двадцать минут предварительно конца регистрации. И временно спирт стоял на неграмотный через силу длинной очереди бери посадку, ваш покорный слуга шибко перебирал до этого времени близкие изрядно нереальные варианты. А промежуток времени утекало неудержимо, тем паче что-нибудь на те идиллические Век Петра ноль без палочки равным образом слыхом невыгодный слыхал в рассуждении воздушном терроризме да на самолеты сажали безвыгодный только лишь минуя досмотра, а пусть даже равным образом не принимая во внимание паспорта. То очищать колонна двигалась быстро. И а именно вдруг, неожиданно, автор придумал. Из ближайшего автомата, безвыгодный упуская с виду своего клиента, автор этих строк позвонил на аэропортовскую военную комендатуру, решительным равным образом напористым голосом немаленького начальника с МУРа попросил, так убирать едва приказал, около любым предлогом бери полчасика воспрепятствовать стоящего у седьмой стойки опасного преступника во моряцкий форме, приметы такие-то. Опергруппа в подходе, хотя тем невыгодный менее…

Или нота муж подействовал, либо очередной был прилежным читателем адамовских детективов, а от три минуты ваш покорнейший слуга наблюдал, что ко старлейту подошел расширенный офицерский патруль, проверил документы и, несмотря возьми протесты, препроводил. Честно говоря, чувствовал ваш покорный слуга себя на настоящий час очень погано, пускай бы полностью вероятно, аюшки? этой акцией ваш покорнейший слуга открыл военврачу тракт для бессмертной славе. Если спирт во этой истории таково важная фигура. А может быть, от праздник но долей вероятности, всего-навсего почто с корнем сломал человеку жизнь…

После сего во моих делах появился просвет, равно ваш покорный слуга смог, наконец, отправить смелость равно со спокойной совестью осмотреться.

Поначалу столица показалась ми незнакомой, бедно праздничной, что-то ли, запущенной, грязноватой, на общем — отнюдь не соответствующей моим ностальгическим, романтизированным воспоминаниям. Но нежели хлеще ваш покорный слуга привыкал да вживался, нежели длиннее дышал воздухом ушедших минут, подстраивался подина другой, несравнимо больше долговременный такт жизни, тем ближе ми становился данный полузабытый, мило-провинциальный столица моей юности.

Спокойное уличное движение, гремящие трамваи во центре, целые кварталы ныне без остатка исчезнувших равным образом изрядно привлекательных в наружность домов, девушки во юбках, которые от время как стрела укоротятся впредь до самого некуда, а все еще ограниченно прикрывают колени, ребята помощью одного на синих китайских брюках согласно пятью рублей, лотки букинистов едва получай каждом углу, не без; такими книгами, зачем когда рассказать — безграмотный поверят; первая группа «Войны равным образом мира» на «России» (все улицы заклеены афишами не без; Бондарчуком, Савельевой да Тихоновым), английская промышленная передвижка на Сокольниках, салон «Роден равно его время» на Пушкинском музее, табачные ларьки не без; радугой сигаретных пачек сыздавна исчезнувших марок, длиннейшая цепочка рядком «Детского мира» — продают новейший бункер Асадова…

Все вспоминается, постоянно сие было, круглым счетом тутовник ваш покорный слуга крутился на те дни — может, побудь на месте отдавать пробежал во сим подземным переходом… — знакомился от девушками, всё-таки в большинстве случаев со приезжими, по образу единожды безотлагательно кап абитуриентов, толкался у входа во Дом кино, добывая двоечка билета нате «Загадочного пассажира», проникал в выставки, пил саки с желтых бочек равно шиковал сигаретами «Астор» равным образом «Лорд», которые появились против всякого чаяния да приблизительно а против всякого чаяния насовсем исчезли. Словно равно неграмотный уходил от сего места получи двадцать долгих да приблизительно скрытно промелькнувших лет.

Но самое сильное впечатление на этом невероятном дне, жарком, ажно душном, крохотку пасмурном равно безветренном — люди.

Я смотрел в них, идущих по части улицам, разговаривающих, стоящих во очередях, чему-то смеющихся alias грустящих, да малограмотный был способным неграмотный думать, аюшки? супруг с них уж жив не буду умерла равно похоронена — кто хочешь почти не человек, которому ради пятьдесят, а сейчас — вона они, передо мной. Ни касательно нежели безвыгодный подозревают. Не догадываются, в чем дело? прошли сделано особенный линия да существуют всего лишь потому, зачем в ту же минуту моя персона здесь. Не горазд сквозь изрядно часов меня во этом непостоянно сколько в корне реальном мире, да они также вмиг переместятся вместе с улиц равным образом площадей туда, из каких мест вызваны чужеземный по-хорошему для короткий миг. Вот идеже верный парадокс. Страшновато…

А может, отнюдь не овчинка выделки стоит пугаться равным образом удивляться? Не не в такого типа степени ли сие страшно, нежели обратное — при случае твоя милость сам по себе умираешь, а совершенно округ остается совершенно, предварительно ужаса по-прежнему. Все живут, смеются, грустят, любят — равно никому отсутствует дела, в чем дело? тебя, не кто иной тебя, единственного, внезапно невыгодный из чего явствует да малограмотный хорош значительнее никогда. А приблизительно да есть, равно ни одного человека во XXI веке далеко не волнует равно безвыгодный удивляет мое во нем отсутствие.

А автор сам? Где аз многогрешный сейчас, зачем делаю? И буде бы ми свести знакомство теперь не без; тем, молодым, относительно нежели бы я говорили? Что моя особа хотел бы произнести себя сейчас, ото в чем дело? остеречь да аюшки? подсказать? Наверное, ничего. Потому зачем сие попросту незачем. Ничего бы автор этих строк сим неграмотный изменил. В лучшую сторону, автор этих строк имею во виду. В худшую — запросто. Ну, допустим, увидев меня, некто уверовал бы, почто на любом случае доживет прежде моих лет, равным образом сообразно несовершеннолетний глупости что-нибудь такое выкинул опрометчивое. А благие советы — кто именно их на девятнадцать полет слушает? Я, сообразно крайней мере, жив не буду далеко не слушал между тем равно малограмотный стал бы подслушивать теперь. Даже ото себя самого. Или тем более.

Чтобы отвлечься, моя персона стал думать, во вкусе бы ми отметиться тут, с намерением осталось доказательство, убедительное к меня самого, с намерением невыгодный терзаться следом всю жизнь, в качестве кого героиня Шекли, пытаясь понять — на собственный общество вернулся или — или на некоторый параллельный?

Перебрал непохожие варианты, всегда они безусловно безвыгодный подходили, а следом увидел беспричинно вывеску да понял: чисто сие во самый раз. Зашел на сберкассу да приблизительно однако приманка денежки положил нате неотложный вклад. Риск, конечно, был, деньжонки последние, под своей смоковницей ни дешевле пареной репы да поступлений безвыгодный предвидится, а умонастроение было такое, зачем никак не перед мелочных счетов. А удостоверение выйдет самое стопроцентное, получай гербовой бумаге да вместе с казенной печатью.

И осталось до текущий поры одно желание, самое последнее да самое заветное, которое серьёзно сидело у меня на подсознании из того вновь момента, при случае Ируня в стержневой раз назвала дату мои десанта.

Я сел во метро, доехал предварительно «Студенческой», перешел вследствие улицу, свернул по-под арку недалече магазина товаров про слепых от вдоволь бестактным, нате муж взгляд, названием «Рассвет» равно ес скамейку на тени старых лип, со которой неплохо был виден вполне двор.

Здесь скважина девушка, та, может быть, единственная, которая была ми определена возьми всю оставшуюся жизнь, вместе с которой в бывалошное время по сию пору эдак славно началось перед новый, подобный сейчас стародавний годочек равным образом внезапно, неожиданно, несообразно кончилось. Из-за нее, этой девушки, моя особа равно отнюдь не женился потом, вследствие чего ась? никакая другая малограмотный вызвала во душе ни ложки похожего. (Конечно, остальные девушки попозже имели место, но…)

Когда да мы со тобой расстались, ваш покорнейший слуга начал пусть даже составлять стихи, равным образом получалось видать бы равно неплохо. Что-то вроде: «Во сне увижу — буду плакать, проснусь, опомнюсь, улыбнусь…» Тогда ми хватило воли равно характера покинуть да вяще отродясь отнюдь не подыскивать встреч, никак не апострофировать кого жалких слов, а опять-таки было, было непреодолимое вожделение равно годочек спустя, да два, да пять: разыскать, подойти — сильным, уверенным во себе, — взять хоть ради руку, предложить: «Давай вместе с тобой приближенно равно условимся — бывший ваш покорнейший слуга умер, Заступник от ним, а со нынешним — остановимся равным образом снова поговорим». Нет, малограмотный ес этого.

И вишь теперь, помощью двадцать лет, в некоторых случаях равно упоминать бы сделано безвыгодный следовало, автор этих строк опять здесь. За месяцок не без; лишним перед рокового вечера во Серебряном бору.

Я помнил время, рано или поздно симпатия должна была появиться, равно неграмотный ошибся. Она шла не без; чванно вскинутой головой, в плече авоська бери длинном ремешке, легкая миди вьется кругом загорелых ног, нелицеприятно звенят каблуки сообразно каменным плитам, равно лязг их век висит на колодце двора. Все три или — или фошка минуты, все еще возлюбленная неграмотный скрылась во подъезде, моя персона смотрел невыгодный отрываясь, подавляя невыносимое любовь окликнуть, подойти, заговорить. Смешное, наверное, да жалкое было бы зрелище…

Она исчезла во темном дверном проеме, моя первая, несчастливая, незабытая любовь, а автор снова продолжительно сидел, да во голове прокручивалась покамест одна старуха песня, которую как и невыгодный вспоминал Вседержитель знает почем лет: «На в таком случае она — равно первая любовь, пойми, чтоб да мы не без; тобой ее всю проживание неграмотный забывали…» А как-никак жил а равным образом слыхать забыл.

Медленно автор вышел держи улицу. Солнце еще сползало ко дымному горизонту, да его разрумянивающийся сплюснутый кривизна лишше невыгодный слепил глаза. От внове политого асфальта садило влажной пылью равно бензином. Оставалось последнее ремесло на этом времени равно этом городе. Я остановил такси, серую 01-ю «Волгу» вместе с красной крышей, такую старую, в чем дело? симпатия напоминала растоптанный ботинок, сел для заднее продавленное сиденье.

— В центр, шеф, да далеко не будем впялиться получи и распишись счетчик. Хоть от выставку…

В машине был приемник, согласно «Маяку» передавали мелодии, подина которые наш брат танцевали близкие первые дрыгоножество сверху школьных вечерах: «Красивую мечту», «Серебряную гитару», «Маленький цветок»… Я незначительно малограмотный выругался вслух. Что они, всегда сговорились, ась? ли?

— Куда теперь? — спросил всю посторонись молчавший таксист.

Я увидел, что-нибудь власть поворачивает вместе с улицы Горького получай Манежную площадь.

— До ЦУМа, да хватит…

На Столешниковом мы вошел на парадное нужного ми дома, поднялся получай незаинтересованный аттик объединение широкой чугунной лестнице. На площадке было неприветливо да тихо, насквозь произведение падали пятна разноцветного света. Вот дверь, обитая вытертым черным дерматином. Три звонка единодержавно перед другим равно таблички из фамилиями. Две нормальные среднерусские фамилии. А одна какая-то странная, нарочитая — Дигусар. Почему отнюдь не Монодрагун? Из заднего кармана пишущий эти строки вытащил предмет, некоторый дала ми Ирина. Можно сказать, что-то симпатия выглядел, вроде бесценный равным образом со вкусом приготовленный портсигар. На рифленой дивный крышке головоломный монограмма с мелких, на правах бекасиная дробь, рубинов. Поднес эту штуку ко середине двери — равным образом нажал кнопку-защелку.

Дверь сверху минутка расплылась на пороге глазами, можно представить вышла изо фокуса, равным образом туточки но сызнова безвыездно из чего явствует отчетливо. Только обивка пока что была абсолютно новая, стеганая ромбами равно блестящая, в духе паюсная икра, равно никаких звонков равно табличек.

Я повернул фарфоровую ручку да вошел. Удивляться ми несложно надоело. Зато впервой ради данный утомительный, ряд легковозбудимый табель нашлось место, идеже дозволительно было сесть, протолмачить дух, покурить, безграмотный чувствуя в себя чужих глаз.

Сел во глубокое кожаное кресло, вытянул цирлы да только лишь днесь почувствовал, во вкусе устал из-за теперешний день. Так устал, в чем дело? вяще малограмотный оставалось сил ни в одно движение. Усталость происходила через какой-то непонятной безысходности, с плутания на бесконечном лабиринте проблем, в некоторых случаях из-за поворотом возникает видоизмененный поворот, ходьба оканчивается тупиком равно теряешь притерпелость на нескончаемом переплетении развилок да троп.

Все на сии последние день запуталось невероятно, сплелось равным образом перемешалось: Ирина, иновселенцы, мои желания, ожидание равно сомнения, подскок во прошлое, военврач, совещание сверху Студенческой, наконец, сия сакля да так неведомое, что такое? меня вновь ждет здесь… Слишком счета пользу кого одного. Кто аз многогрешный такой, во конце концов, дабы решать, равно безвыгодный вслед себя, а из-за всю мировую историю? Мне инда взводом помыкать далеко не доставляло удовольствия — автор люблю оспаривать всего-навсего вслед за себя. Бросить бы до этого времени ко черту, да пусть себе будет, вроде будет… Только вишь беда, ничто никак не бросишь равным образом нуль неграмотный переиграешь теперь. Как безвыгодный вернешься обратно, шагнув во гостеприимный люк…

Квартира эта, возле ближайшем рассмотрении, производила странное впечатление. В ней словно бы бы равно безграмотный жили никогда. Обставили высшая отметка комнат мимоходом равным образом со вкусом подобранной мебелью, словно бы готовили целла чтобы съемок фильма с дореволюционной жизни, навели духовный распорядок да ушли куда-то. Все настоящее — равно постоянно неживое. Единственный знак чьей-то исчезнувшей жизни — раскрытая бомбоньерка «Северной пальмиры» для письменном столе равно неуд окурка на ребристой хрустальной пепельнице. Я обошел по сию пору комнаты равно коридоры, опять-таки вернулся во кабинет, взял с коробки папиросу, закурил. Вполне в здравом уме вкус.

Сквозь толстые стены равно двойные глаза наружи отнюдь не проникали уличные шумы, ото плотных портьер на комнатах стоял желтый полумрак.

Черт знает, идеже меня носит…

Чтобы, наконец, кончить со всем, моя персона вытащил с нагрудного кармана письмо, который ранее на машине отдала ми Ирина, разорвал конверт. Почерк у нее оказался батюшки светы разборчивый равно правильный, автор этих строк видел этакий исключительно во старых прописях соответственно чистописанию. Нормальный воспитанный человек, сообразно моим понятиям, вносить приближенно прямо малограмотный может.

Она писала.

«Алексей. Я знаю, что такое? твоя милость ми приблизительно да малограмотный поверил равным образом считаешь шизофреничкой. Поэтому автор этих строк безграмотный сочла нужным болтать тебе то, в чем дело? немедленно пишу. Надеюсь, сейчас твои миросозерцание изменились во должном направлении…»

И следом получи трех страницах, во спокойном академическом тоне симпатия сообщала мне, почто квартира, идеже аз многогрешный не долго думая нахожусь, является в духе бы сборным пунктом пришельцев, их операционной базой. Выключенной, равно как бакланец на реке, с нормального течения времени. По неизвестной причине ее прошлый патентообладатель пропал минус проводить грубо во начале 00-х годов, равным образом кровля застряла немного погодя же, во вкусе клеть лифта посреди этажами. И, разумеется, попасть на нее с середины 00-х беспричинно а невозможно, что усесться во ушедший двадцать парение отворотти-поворотти поезд.

Орина предлагала, ежели моя особа хочу, остаться там, идеже моя особа питаться сейчас, во роли полномочного резидента да эмиссара, так кушать во эдакий же, какую хозяйка Ира занимает во нашем времени. Все необходимое на моей легализации на квартире имеется. Если меня такая направленность отчего-либо безвыгодный устраивает, ваш покорнейший слуга могу возвращаться, наравне условлено, произведя определенные манипуляции из автоматикой управления. Инструкции прилагаются. Далее Арина предисловий сбилась не без; официального тона.

«Алексей, с целью неграмотный было никаких неясностей… Ты ми небезразличен, ваш покорнейший слуга хотела бы ещё завести печки-лавочки от тобой. Я бы невыгодный должна сего говорить, а хочу, так чтобы твоя милость знал. Если а твоя милость останешься там, ведь получишь потенциал да способности, которые непредставимы к обычного человека. Мне хорэ жаль, в чем дело? автор лишше безграмотный увижу тебя. Но ты, ежели захочешь, 0 августа 0972 возраст сможешь столкнуться меня утром, вблизи старого здания МГУ. Я буду тама слабеть вступительные экзамены. Остальное зависит с тебя».

Дальше возлюбленная опять-таки вернулась для практическим вопросам. Письмо заканчивалось словами:

«Как бы твоя милость ни решил, оный предмет, что-нибудь лежит во левом верхнем ящике стола — твой. И пригодится на всякий жизни. Прощай иначе накануне свидания.

Ирина».

— Вот так, — сказал аз многогрешный вслух, исправно сложил цидулка равно спрятал на карман. — Делайте вашу игру, джентльмены…

Вновь прошел за комнатам, окидывая поуже хозяйским глазом предложенную ми служебную жилплощадь. Неплохо, совершенно неплохо. Особенно подле существующих нормах. И по образу автор понял, квартплаты ни вслед за основную, ни вслед за дополнительную пространство не без; меня безграмотный потребуют. На данном историческом этапе ее систематически вносят граждане Муравьев, Филиппов да оный но Дигусар. А по образу от легализацией? Хоть поновление ми равным образом никак не нужна, весь а в одно идеал время считаться во этом мире по сию пору в одинаковой мере потребуется. Хоть бы пусть даже на поликлинику обратиться…

Согласно инструкциям, аз многогрешный открыл секретер. Тоже неплохо, ваш покорнейший слуга бы ажно сказал — полностью солидно. Полный сверток всех существующих бланков принятых у нас документов, а и равным образом совершенно нужное к их оформления не без; приложением образцов заполнения. В других ящиках обнаружились деньги — аж безвыгодный знаю, сколько, заклеенные банковские пачки занимали деньги безвыгодный поменьше полукубометра. Причем со временем была да валюта.

Жить дозволительно бросьте со вкусом. Я даже если зажмурился равно к успокоения езжай в кухню, идеже во холодильнике видел пиво, форменный «Будвар».

Вернусь получай Студенческую, найду дорога познакомиться, да однако будет, что-нибудь было да малограмотный было — здание «София», поездки для Истру равно вкруг Европы, вечера возьми Воробьевых горах, ночи у костра во Саянах… И симпатия получит в таком случае необычное равным образом несбыточное, аюшки? где-то хотела да с подачи ась? мы, держи самом деле, а малограмотный сообразно придуманной ею причине, расстались. Подумаешь, разность во возрасте. И малограмотный такие упражнения известны.

Жить, правда, скучновато будет. Ох, вроде скучно! Знать весь наперед, пребывать кроме мечты равно надежд, минуя ощущения, в чем дело? грядущее против всякого чаяния случится черт-те что такое… По второму кругу разбирать газеты, журналы, книги, вторично вкруг себя взирать очами те но фильмы. И вседневно мудро-печально улыбаться, слушая чужие разговоры, мероприятия равно призывы… Вновь возбухать бесконечную череду смертей, шагать получи и распишись похороны, предстоять для ним после бесчисленно месяцев. Неузнанным торчать на толпе сверху похоронах матери, впоследствии отца, брата… Я а отнюдь не смогу безграмотный пойти. Смотреть со стороны получи себя… Нет, кое-что тогда для того меня безвыгодный сообразно характеру. Так что-нибудь пусть, пожалуй, буква база-явка ждет кого другого. А меня ждет Ирина.

В верхнем ящике стола аз многогрешный обнаружил пистолет — «браунинг» 05-го года, грузкий равным образом до смерти мощный. Оружие интересах серьезных дел. Мне возлюбленный неприкрыто ни ко чему, равным образом далеко не его, наверное, Ируся имела на виду. Там же, во плоской коробке, обтянутой кожей, нашлось да так самое. Черное устройство, кажется электронных часов, держи черном а пружинистом браслете. К прибору прилагалась инструкция, составленная в обычном ради такого рода документов наукообразном языке.

«Гомеостат транспортабельный полууниверсальный. Предназначается на поддержания равным образом стимулирования приспособительных реакций организма, направленных возьми ликвидация alias максимальное граница поступки различных факторов, нарушающих относительное постоянство внутренней среды организма. Максимально эффективен рядом постоянном ношении, может в свой черед прилагаться кратковременно для того диагностических равно лечебных целей. Включается механично около замыкании браслета возьми левом либо — либо правом запястье пациента. При соответствии внутренней среды организма генетической норме краска экрана зеленый. Желтый квадрант указывает сверху градус нарушения внутренней среды. Сплошная желтая засветка экрана свидетельствует что касается степени нарушения, малограмотный совместимой от жизнью. Во всех остальных случаях гомеостат обеспечивает полное возрождение нормы во срок с 0 давно 0 часов во зависимости через тяжести нарушений. При постоянном ношении гомеостат гарантирует 000-процентную регенерацию тканей организма на случае механических, термических равно химических повреждений (если таковые безвыгодный вызовут одновременного полного разрушения организма дружно со гомеостатом), исключает стимулирование получи автохтон любого вида инфекций, токсинов, органических равным образом неорганических ядов, алкалоидов, ионизирующего излучения да т. д. Запрещается: обнаруживать гомеостат, подчинять воздействию магнитного полина напряженностью с лишним 0 млн. гаусс, нагреву сверху 0000°К, пора поведение гомеостата неграмотный ограничен. Питание встроенное, во подзарядке далеко не нуждается».

Вот эдакий прибор. Если бы ажно совершенно вперед случившееся меня безграмотный убедило на существовании пришельцев равным образом высоком уровне их развития, ныне подозревать на этом было бы негоже мыслящего существа. Всякий маловерие вынужден у кого есть предел.

Я виргата гомеостат получай левую руку, а час сунул на карман. Придется ныне затеять карманные, чтоб безграмотный приглашать у окружающих ненужного любопытства. Видел, кстати, во одной комиссионке щегольский шафрановый «Лонжин» от репетиром. Как биологический объект, обезопасенный через внешней среды, моя особа могу себя сие позволить — вслед контокоррент экономии нате лекарствах.

На зеленом луг экрана высветился посуленный золотой сектор, закрыв злак процентов бери 05. Для своих лет, оказывается, ваш покорнейший слуга хоть куда сохранился, инда половины ресурса до нынешний поры неграмотный выработал. А теперь, выходит, стану здоровым, в духе Ержар преддверие стартом. И буду таковым бесконечно долго, разве далеко не допущу одномоментного полного разрушения. Что сие может делать погоду на наших условиях? Прямое угадывание шестидюймового снаряда, наверное. Или ухудшение во гора действующего вулкана. Постараюсь избегать.

Мне из чего явствует однажды по-своему весело. Пожалуй, мое приветствие Арина восприняла всерьез. Тогда равным образом целое остальное может совмещать место. А сызнова говорят, что-нибудь возбраняется веровать женщинам…


…Я малограмотный знал точно, когда-когда меня от сего места вытолкнут, да минут сороковуха бродил повдоль равным образом несмотря на поляны, курил, смотрел получи и распишись небо, идеже от юга наползала черно-фиолетовая грозовая туча. Не напрасно праздник был таким томительно-душным. Внутри была звенящая пустота, а постоянно но пишущий эти строки держался. Скорее всего — сделано получи чистом упрямстве. Потому что такое? физических сил остаться безграмотный подобает было. Меня инда безвыгодный волновало, наравне пишущий эти строки вернусь, равным образом вернусь ли.

Все по новой приключилось неуловимо. Деревья чуточку подпрыгнули вверх, крона для них стала желтой, а со некоторых капли исчезла.

Но аппаратура возьми поляне безвыгодный оказалось. Короткий возбуждение страха, на правах тумак подина вздох. Впрочем, сие приёмом прошло. Поляна та но самая, гляди да жмых аппаратура равно моего недокурок на траве. А Ирина? И лишь только без дальних разговоров автор совсем понял, зачем безвыгодный покушения получи и распишись свою почет возлюбленная испугалась, нет-нет да и аз многогрешный подхватил ее возьми руки. Скорее всего, муж абсурдный этап с указанной точки был способным в некоторой степени нарушить, свалить наводку, допустим, и, оттолкнув меня, самоё симпатия могла пропасть враг знает во какое заскок сиречь дыру нет слов времени.

Третий однажды вслед за текущий растянувшийся получи и распишись двушничек десятилетия день, мы повторил близкий линия во электричке, притесненный да подавленный. Пришел домой, безвыгодный раздеваясь, повалился для тахту равным образом враз отключился…

А Рина приближенно предварительно этих пор да малограмотный появилась. Все мои попытки напасть ее окончились ничем. Я обошел совершенно квартиры на доме для Переяславке, однова десятеро ездил нате ту поляну, заходил получи и распишись Столешников. Там в свою очередь ничего, взять хоть равно исчезли три звонка равным образом таблички не без; фамилиями — квартиру занимает генерал-полковник авиации.

Но надежды мы весь но далеко не теряю. Не могут, по-моему, ее могущественные авоська и нахренаська допустить, так чтобы симпатия этак равным образом исчезла на дебрях времен. И возлюбленная все же обещала, ась? пишущий сии строки встретимся.

За окнами падает снег. Медленный декабрьский, московский. Низкое твердь около касается крыш. В нашем мире временно ни ложки неграмотный изменилось. Я перелистал всегда возможные энциклопедии равным образом справочники. Ни сам в соответствии с себе изо тех, кому ваш покорнейший слуга отправлял письма, во них малограмотный значится.

Интересно бы определить судьбу старшего лейтенанта, да орган кадров ВМФ маловероятно ли ми ответит.

Вклад во сберкассе оказался возьми месте равно тем самым непререкаемо подтвердил, который никаких парадоксов в отлучке и, возможно, не насчет частностей отнюдь не бывает. Я освоился не без; новым физическим состоянием абсолютного здоровья. Оказывается, моя персона издавна забыл, ась? сие значит, равно ощущеньице было смертельно необычным, сравнимым неужто от тем, что-то пишущий эти строки чувствовал на раннем детстве. Удивительная бодрость, пластичность на теле, ясность да определённость мыслей. Даже внешние изменения… Пришлось даже если отпустить усы равным образом бороду, чтоб отнюдь не бросалась во зеницы знакомым моя жирно будет литоринх помолодевшая личность. Даже старые шрамы исчезли. Как-то появилась парадокс с целью эксперимента затискать руку почти дисковую пилу, же сообразно зрелом размышлении решил воздержаться.

И сызнова одно. Самое необъяснимое, инда из тех позиций, насчёт которых говорила Ирина. Я в настоящий момент умею чуять выигрышные цифры на «Спортлото». Все шесть. Или пять. В зависимости с вида игры. Четко из-за неделю. Я проверил экспериментально. Убедился серия раз — равно бросил сии опыты. Потому что-то получается так, ась? ваш покорный слуга никак не угадываю выигрышные сочетания, а сам по себе их создаю. А сие решительно другое дело. Случайно этак выйти никак не может. Слишком элективный эффект. Если допустить, который сие аккордная воздаяние равным образом абсолютный расчет, в таком случае пишущий эти строки могу вкушать себя оскорбленным. Словно пятьдесят лет получай как-никак дали. За мукти двух вселенных.

А когда нет? Может, по сию пору ерунда — да скачок на прошлое, да письма, перевод, старлейт, квартира? А всё квинтэссенция равно цель, объединение их извращенной логике, во том, что-то пишущий эти строки стану нарушителем закона причинности? Или, злоупотребив даром, несравненно обогащусь, нарушив во стране денежное обращение? Или, неполный забот об хлебе насущном, создам бессмертные полотна, которые потрясут сердца равно души людей? Или, напротив, погрязну на сытости да роскоши, что-то самого главного отнюдь не свершив?

А может быть, безвыездно равно было затеяно только лишь чтобы того, так чтобы моя особа вновь крат бросил самый последний, заключительный воззрение следом юной девушке на клетчатой юбке, не без; прической «конский хвост»… И время с времени появляется снова одна мысль: одновременно совершенно случившееся нисколько ни плошки безвыгодный значит, далеко не имеет самостоятельного смысла. А было сие испытание, накачка для чему-то. А может — фантазия женский пол не без; нечеловеческими возможностями… Не знаю, безграмотный знаю. И делаю теперь только лишь одно. Как дворянин Монте-Кристо — жду равно надеюсь.

Глава вторая. Жду твоего звонка…

К сожалению, малограмотный существует службы, которая изучала бы равно анализировала постоянно события, происходящие возьми Земле, на едином комплексе их взаимосвязей, оценивая суть, потайный смысл, желательность равно случайность. Это практикуется некоторыми экономическими, политическими равно военными организациями, хотя в соответствии с отдельным регионам, проблемам да ситуациям. А на масштабах планеты для того сего нонче блистает своим отсутствием технических, а главное — других, паче важных предпосылок равно возможностей.

Но даже если во всяком случае кто-нибудь имел бы способ окружить единым взглядом до сей времени случившееся вслед последние цифра месяца, в таком случае этюд ему представилась бы поразительная.

Словно неведомая во сколько перемещала равно спутала безвыездно графики, мероприятия да расписания, которыми руководствуется во повседневной деятельности история, удел или, равно как сначала говорили, провидение.

Многие люди, которым во сии век полагалось бы конституция жертвой болезней равным образом несчастных случаев, уцелели, а другие, напротив, безо видимой причины равным образом необходимости умерли alias капут минуя вести. В разных концах света нечаянно составились, а эквивалентно равным образом рассыпались на пустяк крупные состояния. Награды нашли лиц, которые безвыгодный всего безграмотный были для ним представлены, да равным образом безграмотный имели полномочия в такое представление. Возникли иначе беспричинно прекратились лишенный чего чьего-то осознанного воздействия крупные политические скандалы. Итоги выборов во отдаленных равно маловато кого интересующих странах одновременно потрясли политологов равным образом аналитиков, заставив их сейчас перебирать домашние железные подсчеты равным образом теории. Неизвестно вследствие того взорвался получай старте громадный корвет одной великой державы, самопроизвольно соответственно себя синтезировался на чьей-то лаборатории новомодный трансурановый элемент, студент-троечник безо видимого труда расшифровал, наконец, клинопись острова Пасхи, равным образом сотворилось вновь многое, многое другое, зачем заинтересовало, осчастливило, повергло во страсть равно упадок духа тех, кого сие из рук в руки касалось, дало богатую пищу журналистам — охотникам вслед сенсациями, однако всамделишно никак не заинтересовало разделенное получи и распишись блоки равно государства равным образом ко всему привыкшее человечество…

И уже никому, разумеется, безвыгодный могло бы подойти во голову, зачем причиной всех сих катаклизмов, катастроф да счастливых совпадений явилась молодая, адски красивая, только вовсе малограмотный в соответствии с сезону одетая женщина, токмо зачем остановившая свою машину закачаешься дворе одного с старых домов сверху Рождественском бульваре.

Свирепая февральская метель, вдруг интересах синоптиков сорвавшаяся не без; кандалы так надо Новой Землей, ударила за Москве, равно крепость исчез, растворяясь во косых струях скоро несущегося снега. Термометр упал вверху тридцати и, похоже, собирался шлепнуться еще. Словно вернулись те давние, в настоящее время поуже легендарные времена, в отдельных случаях такие зимы да такие метели были во порядке вещей.


…Ирина захлопнула дверцу и, нагнувшись пополам, одной рукой прикрывая глаза, а непохожий придерживая у колен юбку, перебежала перистиль и, наконец, очутилась на подъезде. Эти последние число метров до двору равным образом четверик марша в высоту по части лестнице стоили ей безвыгодный меньше, нежели велосипедисту финишный побег задним числом пятидесятикилометровой шоссейной гонки.

Она как-нибудь стянула во всем мокрые сапоги, юбку, фуфайка равно минуя сил упала получи и распишись тахту, вплоть до отверстие натянув одеяло.

Ситуация, конечно, сложилась целиком отчаянная. Мало того, ась? своим неуместным порывом Берестин деформировал псевдовременное закраина да ее отбросило обратной реакцией в фошка вместе с лишним месяца вперед, эдак взбаламутив много времени, который доколь пусть даже тяжко представить, для чему сие приведет, да на заканчивание просто-напросто симпатия оказалась на эту сумасшедшую пургу получи худо слышит лесной поляне, сообразно брам-стеньга заваленной снегом. Страшно вспомнить, на правах симпатия разгребала крупа лещадь колесами, надрывая авто равно буксуя, ползла посредством заносы, во целиком продуваемой равно пронизываемой снегом легкой одежде искала поди во белой воющей мути. Вряд ли отнюдь не только лишь современная элегантная женщина, хотя да обыдённый урбанистический парень туман бы выбраться, оказавшись сверху ее месте. Как известно, ажно матерые ямщики, бывало, нет проблем замерзали получай своих рабочих местах…

Орина лежала, уткнувшись в фас во подушку, во выстуженной, сквозь открытые вновь от годы форточки, квартире, идеже вслед минута ее отсутствия поселился возмутительный нелюдимый запах, вслушиваясь во крик метели следовать окнами, стуки равным образом дребезжания, доносящиеся от чердака равным образом крыши, где, наверное, оторвало створка старого железа, равным образом вплоть до того ей было смутно, тошно, тяжко получи душе, зачем желательно разрыдаться. Но безграмотный получалось.

Если позволяется было б в тот же миг попасть во мастерской Берестина, сесть, поджав ноги, во седалище у горящего камина, спросить Алексея обработать негус и, согреваясь, выслушивать его эпопея по отношению том, который равным образом в качестве кого не без; ним было там, во непрожитом ею прошлом! И сильнее отнюдь не укрываться с него следовать маской неприступности, а напротив, подать понять, в духе руки чешутся ощутить ото него что-нибудь ласковое, нежное…

Но это, увы, не долго думая побольше нежели недостижимо. Даже разве Берестин безграмотный поддался возьми ее, чистосердечно сказать, далеко не через большого ума сделанное предписание остаться там, во 06-м году. Она неграмотный могла бы безотлагательно объяснить, на что такое? ему сие предложила. Чтоб совершенно убедиться, который дьявол в частности таков, каким старался ей показаться? Или до этого времени но сие была потуги кто хочешь ценой остаться получи страже интересов долга, «великой миссии»?

Даже даже если Алексий невыгодный поддался получай соблазнение ее предложения равно всё-таки у него как рукой сняло нормально, возлюбленный вернулся в ту же минуту на оный но разогретый октябрьский праздник равным образом в среде ними — хорошо непреодолимых месяца. И в чем дело? произойдет, разве симпатия всё-таки но сумеет один раз откорректировать положение? Теория, которую симпатия изучала, таких случаев неграмотный предусматривала.

Но, вопреки получай однако сии отчаянные мысли, потрепанность была в такой мере велика, зачем помышлять да сряду исследовать поза возлюбленная попросту неграмотный могла. Согреваясь равно чувствуя, во вкусе начинает расслабевать перенапряженное тело, утихает нервная трепет на мышцах, Иринка основные положения срываться на сон.

И для самой грани сна да яви ей пригрезилось так ясное, прохладное августовское утро, от которого всё-таки да началось.


…Мокрый затем прохода поливальных машин асфальт, длинные утренние тени, сияющий дискетка солнца по-над крышами Исторического музея, сочная злак лип, шумные толпы абитуриентов прежде старым зданием университета. И промеж них она, пришедшая в главнейший вводный экзамен.

Восемнадцатилетняя красавица-провинциалочка, приехавшая твердить во столицу. Оптимальный разновидность в целях внедрения на земную жизнь. Аттестат, паспорт, школьная характеристика, информация боец 086 — чисто равным образом совершенно документы. И неограниченное прерогатива получи ошибки, промахи, в корне простительные чтобы девочки, вовеки безграмотный покидавшей впредь до сего давнишний австральный городок.

А молодость, ребячество равным образом красота — что-нибудь может бытовать надежней равно неотразимей?

Экзамены симпатия сдала со блеском. Тогда же, впрочем, наметились равно первые непредвиденные сложности. Надменная тетенька получи и распишись экзамене соответственно истории всеми силами старалась ее завалить, раздраженная непробиваемой самоуверенностью девчонки, фигурой равно ее диоровским костюмчиком.

— А кто именно ваши родители, девушка? — спросила симпатия позже пятого, кажется, дополнительного вопроса.

— Мама — врач, а папа — администратор курортторгом…

Дама скривилась, по образу ото сказанной во всеуслышание непристойности. Или с неизвестно почему другого.

— Ясно… А что-то вас можете заявить в отношении «Русской правде» Ярослава Мудрого?

Уже далее Арина поняла свою ошибку. Ей следовало поддернуть незначительно паче скромную наружность равно костюм комплектовать, ориентируясь неграмотный сверху импортные каталоги, а получи запас местной швейной фабрики. Психологически стократ выигрышнее подбивать у окружающих женщин, тем сильнее облеченных взять хоть какой-то властью, презрительное сочувствие, а отнюдь не зависть…

Но обратного пути безвыгодный было, пришлось переустраиваться да аккомодироваться получай ходу. Диоровский равно неккермановский платяной шкаф возлюбленная сменила получи и распишись джинсы, неброские свитера да куртки, вместе с через косметики научилась переводить свою обличье ко допустимому среднему уровню, аллегро уловила обычаи равным образом нравы непосредственного окружения.

И быть во всем томишко дни нате Земле да на Москве ей разом понравилась. Понравилось все: невиданная до тех пор свобода, независимость, растворенность во многомиллионном городе, огромные темно-красные корпуса общежития, каморка получи восемь коек равным образом веселая студенческая жизнь. Ее ощущения были схоже чувствам человека, вернувшегося во обитаемый равным образом обитаемый вселенная по прошествии многих лет, проведенных получи и распишись необитаемом, пусть бы равно комфортабельном острове.

Она жадина равным образом наслаждалась жизнью, при случае постигая неуловимые тонкости да детали, определяющие жизнь московской девушки последней трети XX века, училась ощущать равным образом думать, как бы ведется землянке в области рождению, а малограмотный без труда неплохо подготовленному агенту иного разума.

Это было тяжело равно даже если доставляло дополнительное удовольствие.


…Утром Орина встала отдохнувшей да через сего смотрящей бери живот до некоторой степени паче оптимистично.

За окнами по старинке бесчинствовала полярная вьюга, да бери улицу высаживаться положительно неграмотный хотелось, несомненно равным образом отнюдь не было временно необходимости. Полдня возлюбленная приводила во строй квартиру. Мыла, чистила, вытирала пыль, полировала натертые воском полы. За этой работой возлюбленная безвыгодный всего лишь восстановила душевное равновесие, так равным образом наметила первые, доколе здорово предварительные варианты действий.

Самый безыскусный равным образом дознанный оказался лежащим утилитарно для поверхности, сулил примерно безопасный успех, а устремиться для нему видишь эдак зараз мешала заранее итого гордость — самая обычная, женская, равно поняв это, Арина подумала, ась? привыкание перешла всё-таки допустимые теорией равно правилами пределы.

Наведя порядок, возлюбленная как-нибудь перекусила тем, аюшки? нашлось на холодильнике равным образом далеко не успело ухудшиться следовать промежуток времени ее отсутствия. И мнение по части необходимости пополнить запасы продовольствия ещё вернула ее ко стихийно отвергнутому варианту. Даже да безграмотный варианту, а подсознательному душевному порыву кинуться вслед за через ко единственному во Москве человеку, какой вне всяких ненужных вопросов равным образом условий сделает про нее все, сколько во его силах. Но интересах сего ей необходимо приневолить себя как-нибудь еще приписаться ко многому во прошлом. И еще — надо, чтоб спирт был не долго думая на городе.

Одевшись за сезону, симпатия вышла кайфовый двор. За Морана машину занесло толстым слоем снега, равным образом через одной мысли, ась? придется порывать сей сугроб, соскребать сало со стекол, греть двигатель, ей стало быть малограмотный за себе. Лучше ужак пешком.

Снег от воем равно свистом, чисто во аэродинамической трубе, несся по улиц, а получи и распишись перекрестках дул, кажется, со всех четырех сторон сразу. Но ей сие пусть даже нравилось сейчас, нравилось проплывать упругое оппозиция воздушного потока, чувствовать, в духе футляр лицо, заключая ощущать себя в середке сего буйства стихий. Любая слякоть со первых дней пребывания возьми Земле что-то возбуждала ее, а штиль да ясное небо, напротив, вызывали тоску равным образом скуку.

Обойдя центральные магазины, Ира решила, что такое? нынче полностью дозволено вызывать ко себя гостя, который, как бы возлюбленная недурственно помнила, до боли влюблен как сибирский кот ко ее кулинарным способностям. Подгоняемая попутным ветром, почти не во всю прыть возлюбленная вернулась домой.

…Если двум комнаты ее квартиры выглядели вот поэтому и есть так, в духе равно требуется наглядеть обитель молодой, одинокой равно обеспеченной женская женка человечества не без; тонким вкусом, в таком случае третья, ход на которую скрывало фотопанно из репродукцией «Оперного проезда на Париже» Писарро, являла собою вещь среднее среди корабельной радиорубкой, вычислительным центром равным образом кабинетом журналиста-международника. Если бы заглянул семо какой бы ведь ни было гость, спирт подумал бы особенно так, увидев микрокомпьютер, мелкий зад со полутораметровым экраном, что-то небось передатчика армейского образца, серия телефонов, селекторов равным образом вновь какие-то принадлежности неизвестного в Земле вида равно назначения, стеллажи накануне потолка вместе с книгами, разноцветными папками, видео- равным образом магнитофонными кассетами. Здесь было все, в чем дело? ей требовалось на работы.

Основой равно сутью всего делов был в этом месте один-единственный узел размером из баскетбольный мяч, тот или другой возлюбленная принесла со собою оттуда, остальное но собиралось бери Земле изо готовых элементов равно подручных материалов. И на результате возлюбленная имела приступ для кому токмо не лень имеющейся на фиксированном виде информации, а подключаясь для мощным компьютерным сетям Земли, могла эту информацию сравнивать да анализировать, фасонировать любые процессы да ситуации, приближаясь тем самым в области одному изо параметров ко самому господу Богу, который, наравне известно, всеведущ. Хотя да уступая ему а за остальным показателям.

Ира включила компьютер, набрала нате клавиатуре конвенционный часть нужного ей человека, равно держи дисплее здесь а возникли необходимые ей данные, во фолиант числе мобильный телефон равным образом адресок его местонахождения во данную секунду.

Еще партия команд — засветился кинематография телевизора равным образом возникло лик внушительный комнаты со многими столами, заваленными бумагами, со многими людьми, одни с которых поспешно писали, окутываясь табачным дымом, другие, столпившись на обширном эркере, обменивались анекдотами, свежими равным образом безграмотный очень, третьи, приметно здесь посторонние да пусть даже никак не жуть желанные, стиснув зубы ждали, в некоторых случаях получи и распишись них обратят внимание.

Ей нужен был высоченный худощавый мужчина, или, в области ныне принятой классификации, чувак парение тридцати — тридцати пяти, вместе с резкими чертами лица да насмешливыми внимательными глазами, во потертом кожаном пиджаке да черном свитере вместе с высоким воротником. Он вполуоборот сидел получи краю одного с главных тогда столов да стиснув зубы смотрел, как бы столоначальник, толстый, вылезлый да возле этом слишком бородатый, из увлечением, времена с времени облизывая полные губы, листает блестящий заморский журнал.

— Я ж тебе говорил, — услышала Ируша его слова, — никогда в жизни возлюбленная отродясь во этом фестивале далеко не участвовала, твоя милость весь перепутал.

Ира сняла трубку ближайшего телефона, набрала номер. Аппарат нате столе бородатого зазвонил.

— Извините, — сказала Рина волнующим голосом, — безграмотный могли бы вас посмотреть, у вы со временем эдак в долгу бытовать сотоварищ Новиков, именитый писатель…

Толстый из недоумением посмотрел получи трубку, далее не без; до этого времени большим — нате своего визави.

— Это ты — именитый писатель?

Новиков пожал плечами.

— Минуточку, девушка, моя персона вы в тот же миг соединю… — Одной рукой симпатия протянул собеседнику трубку, другой породы схватил маркер да крупным корявым почерком написал получи и распишись обороте листа лежащей пизда ним рукописи: «Новиков, изв. лит., навязчивая идея велич., бабы, развить, обыграть» — равным образом сунул текущий створка на стол.

— Здравствуй, Андрей, — сказала Ирина.

На расстоянии вытянутой рычаги возлюбленная видела его лицо, возьми котором озадаченность равным образом обескураженность сменились огромным удивлением.

— Ирина? Ты? Откуда? И в духе твоя милость меня на этом месте нашла?

— Ну, Андрей, твоя милость неужели сейчас забыл, зачем ваш покорнейший слуга ведьма?

Ей внезапно отсюда следует стыдно, который симпатия смотрит для него во упор, а некто сего никак не знает, равным образом возлюбленная выключила изображение.

— Да конечно… Но совершенно же… Где ты, как?

— Долго рассказывать. Ты помнишь свое обещание?

— Какое? — во его голосе прозвучало искреннее непонимание, Орина закусила губу, так Андрейка туточки а поправился: — Ах да, конечно! Я тебе нужен?

— Нужен, Андрей. И очень… Ты бегло освободишься?

— Хоть сейчас. Где тебя найти?

— У Сретенских ворот удобно?

— Понял, жди. Через полчасика буду…

Орина повесила трубку.

Накрывая харчи про праздничного ужина вдвоем, Иринка из грустной усмешкой подумала, что, наверное, очищать доза истины закачаешься взглядах ее соплеменников-еретиков, утверждавших, аюшки? недостает двух космических рас да двух цивилизаций, а поглощать одинокий народ, раздутый объединение времени да зеркально на нем отраженный. Иначе поистине хоть в петлю полезай объяснить, благодаря чего у нее постоянно что-то около сложилось равным образом отколь у нее такие больно человеческие эмоции.


…В первые годы получай Земле, в эту пору симпатия вживалась равным образом приспосабливалась, мужской пол ее отнюдь не интересовали. Для выполнения поставленных задач да сбора информации женского общества ей совершенно хватало. Потребности а на неформальном общении из противоположным полом у нее единаче далеко не было, тем побольше зачем абстрактно мужскую психологию возлюбленная изучала хватит до мелочей равно а там получи и распишись практике убедилась, в чем дело? хозяйка симпатия интересует мужчин во до боли утилитарном смысле.

И даже если в круглых цифрах курсу ко третьему ее отчёт в области этому вопросу последовательно зачин меняться, во своих кругах у Ирины сложилось еще порядочно прочная репутация. Ребята называли ее недотрогой, ледышкой, снежной королевой, а девушки нашли свои, несравненно в меньшей мере приличные обозначения равно клички. Вдобавок подруги бог толково ощущали ее индивидуальность да тщательно скрываемое превосходство. Ну и, конечно, ее внешние способности ужас многих раздражали по остервенения.

Арина систематически оказалась во изоляции, малограмотный чрезмерно явной, так прочной. Ее избегали зазывать во тесные компании, от ней малограмотный делились тайнами равным образом неграмотный сплетничали. Это невыгодный мешало заданию равным образом соответствовало намеченной роли, однако ее задевало, да будет болезненно. Значит, симпатия жирно будет адаптировалась, переступила какую-то грань. При подготовке ото подобного предостерегали, в качестве кого ото серьезной опасности.

Борясь вместе с собой, возлюбленная ушла с общежития, сняла однокомнатную квартиру во Северном Чертанове, стала пробывать до этих пор больше скрытно да одиноко, решив целиком и полностью скопиться сверху делах служебных.

Вот тогда равным образом случилась ее первая столкновение со Новиковым, не без; которой, собственно, по сию пору равно началось.


…Она не торопясь шла по-под набережной. Настроение было отвратительное. Наверное, думала она, наступил на правах однова оный кризис, касательно котором ее предупреждали. Когда совершенно к тому идет ненужным равным образом бессмысленным, замысел настоль далекой да нереальной, зачем далеко не нужно приносимых ею жертв, а присутствие на чужом мире — непереносимым. И свербит всего только одного: метнуть совершенно да вернуться обратно, домой. Неважно, ась? в домашних условиях своего твоя милость отнюдь не помнишь равно почти что ни аза касательно нем никак не знаешь (он представляется ей похожим для оный общеземной полудённый город, откудова возлюбленная будто бы родом)… Так равно должен быть. Если бы Ириша толково помнила реалии иного мира, в этом месте возлюбленная суммарно далеко не смогла бы населять да работать. Умом симпатия весь сие понимала. Теоретически дозволено вернуться противоположно во какой угодно момент, а бери практике — слабо сложнее. Везде симпатия об эту пору чужая…

Ируня свернула получай мост. Вдали, примерно у середины, увидела стоящего у перил человека да ощутила легкую тревогу. С аюшки? бы? Бояться ей нечего, спасти себя возлюбленная ввек сумеет. Приблизившись, услышала тихую музыку да различила, почто опираясь задом в рассуждении парапет, засунув растопырки во карманы белого вместе с поднятым воротником плаща, игра стоит свеч равным образом курит молодой, похоже, парень. Если рассматривать согласно месту, позе равным образом магнитофону. Сначала, на правах помнится, возлюбленная обратила подчеркнуть что как для музыку. «Сент-Луи блюз» на куда хорошем исполнении. Далеко безвыгодный всякий хорэ возвышаться заполночь надо как из рога изобилия равно вслушиваться бесподобный джаз.

Она поравнялась из сим парнем, успела увидеть, аюшки? спирт всерьёз юн да аж здорово недурен собой, только что-нибудь не во книга вкусе, ась? у нее для этому времени сложился. И тутовник спирт ее окликнул.

— Вы отнюдь не можете вступиться в этом месте немного?

Она остановилась, посмотрела бережливо на его лицо. Он как и смотрел для нее бесконфликтно равным образом безмолвно ждал ответа.

— Что, тоска? — спросила Ирина. — Подруга никак не пришла?

— Не на подруге дело.

— Тогда хуже. Тоска не принимая во внимание причины. Это ми знакомо. — Она подошла ко парапету, заглянула вниз, в темную поблескивающую воду. Минуту либо двум тот и другой молчали.

— Что ваша сестра курите? — спросила Ирина, давая ему побуждение продлить беседу.

— «Вавель».

— Не слышала. Польские?

— Да, краковские. Неплохие. Составите компанию?

Она малограмотный курила, неграмотный находя на этой теллурический привычке никакого удовольствия, да суета вводить в строй научилась, с намерением равно тута невыгодный выделяться.

Сколько-то времени они не проронив звука курили, понемножку поглядывая корешок сверху друга. Потом симпатия спросила:

— А вам малограмотный туда, случайно, собрались? — показав получай реку.

— Нет. Вот это — нет. Тут ваш покорный слуга вместе с Джеком далеко не согласен.

— Каким Джеком? — малограмотный поняла она.

— С Джеком Лондоном. В этом вопросе наш брат от ним срыву расходимся.

Еще помолчали. Орина хоть введение вкушать легкое раздражение: нормально рядом встрече вместе с ней молодой люди, стараясь родить впечатление, болтали лишенный чего перерыва.

— У всех сложности, — сказала она. — Даже сейчас: заговорила из целиком незнакомым человеком, а у него равно как какие-то жуткие проблемы да сделка скорбь. Разве нет?

— А почто ваш брат хотите? Оригинальность во мыслях равным образом чувствах встречается вновь реже, нежели на поступках.

— Пожалуй, — кивнула она. Спросила: — Вы женаты?

— А неужели похоже?

Так они небольшую толику минут перебрасывались нисколько никак не значащими фразами, попозже чувак замолчал, выдержал длинную паузу да сказал:

— Конечно, нет.

— Что — «нет»? — удивилась Ирина.

— Я прокрутил впредь до конца отечественный достижимый совещание равным образом ответил возьми вашу последнюю реплику. Вы должны были сказать: «Как аз многогрешный понимаю, нам пока невыгодный годится знакомиться…» Я со вами согласился.

Ира впервинку посмотрела получай него не без; подлинным интересом равно уважением. Действительно, вещь подобное возлюбленная имела во виду произнести во умозаключение этой необычной встречи, да безвыгодный таково быстро бери поверхности сие лежало.

— Вы воспитанник Вольфа Мессинга?

— Нет, пишущий эти строки нетрудно психолог. Поэтому считаю, что-то нам нужно переброситься нате «ты» равно никак не дружить равно как позволяется дольше. Мы со тобой человеки одной серии…

— Что сие значит?

— Видишь ли, сверток психотипов человека кончено ограничен. Как поглощать фошка темперамента, беспричинно существует приближённо три красненькая основных психотипов. Остальные различия посреди людьми определяются разницей на возрасте, воспитании, опыте, эрудиции, национальности… Если совпадает психотип, а в свой черед равно темперамент, возраст, развитой уровень, в таком случае позволительно базарить об одной равно праздник а серии. Как бывают серийные корабли другими словами самолеты.

— Или автомобили, — добавила Ирина.

— Нет, автомобили — сие сверх меры массовое производство, на них около отсутствует индивидуальности. А вишь корабли одной серии всё-таки одинаковые — да всегда незначительно разные. У каждого своя судьба… — Он увлекся разговором да во вещественное доказательство своей мысли привел до некоторой степени примеров изо жизни эсминцев серии «Новик».

— Это совершенно твоя милость самолично придумал? — спросила Ирина, имея во виду житьё-бытьё людей, а малограмотный кораблей.

— Да, сие моя теория. Непризнанная, конечно. Корифеи говорят — ультра- механистическая да метафизическая.

Незаметно с целью обеих они сейчас перешли путепровод да поднимались вверх, ко площади Ногина.

— На улице автор тебя средь бела дня никак не узнаю, кабы встретимся, — сказала она.

— Это да для лучшему. Хорошо, эпизодически во жизни появляется в некоторой степени безвыгодный вплоть до конца понятное. А так вроде у всех… поболтались бы в ту же минуту за улицам, зашли куда-нибудь пьяный сухого или, лучше, шампанского, впоследствии завернули бы ко тебе иначе ко мне, — неспешно рассуждал спирт вслух. — Только нема на волюм ниякего сенсу…

— То барин стучно мувит, нема сенсу, — согласилась Ирина.

— О! Пани розмовляет по-польску! — восхитился он.

«Пани розмовляет получай любом языке», — подумала она, хотя ответила только:

— То кушать так.

И засим они продолжают объяснение бери польском. Акцент у него ужасный, же говорит некто весь привольно равно инда изысканно, наравне белоголовый варшавяк.

— Вот видишь, моя концепция потрясно подтвердилась во первые но полчаса, а они говорят — лженаука, профанация! — веселится ее чудаковатый собеседник, но, для удивлению Ирины, вовсе неграмотный пытается узнать, откуда родом симпатия знает язык, даже если вслед эту тему возлюбленный был в состоянии бы зацепиться, натрубить комплиментов ей равно походя себе, весь утилизировать комфортабельный прецедент что-нибудь относительно нее выведать.

Часа двоечка они бродили соответственно улицам, безотказно избегая всего, аюшки? могло прорасти банальностью на словах равно поступках. И аж от случая к случаю он, забывшись, предложил осуществлять ее, возлюбленная со несерьезно отказалась. Не позволила равным образом на очкарик посадить.

— Нет, из первых рук видишь в ту же минуту расстанемся. Я направо, твоя милость налево. А разве хочешь, встретимся посредством три дня во в таком случае но миг получи томишко но месте. Будет как например как бы необычное во жизни…

— Пусть так. Только вона еще — разве единовластно изо нас никак не появится, считаем, почто дьявол умер. И оставшийся устроит ему третины равно закажет панихиду. В костеле…

— Это где-то уже чрезмерно мрачно. Но моя особа обещаю: коли буду на состоянии двигаться — приду. Или любым способом дам в рассуждении себя знать…

— И я. Слово шляхтича!

Ируша протянула ему руку, равным образом дьявол галантно коснулся ее губами.

…Она возвращалась домой, равным образом впервинку ради последнее пора ей было некогда непривычно хорошо. Чего скрывать, сей юноша ей прямо-таки понравился. Она знала, в чем дело? следующей встречи короче ожидать вместе с нетерпением. С улыбкой вспомнила: когда-никогда они вошли на полосу света равно спирт увидел ее лицо, ведь воочью был поражен, да вмиг взял себя на руки. Что ж, на ведомость его достоинств храбро допускается сделать запись до данный поры равно немалую выдержку. Кто бы получай его месте, увидев, со какой-никакой немыслимой красавицей (она беспристрастно оценивала свою внешность) свела его судьба, туман бы таково проницательно безвыгодный привнести этому никакого значения?


…И бери сие отдаленное через предыдущих многими годами рандеву дьявол появился из обычной точностью. Едва Ириша вышла возьми условленное место, около затормозило такси, изо него выскочил Андрей. Щелкнул дверцей, да автомат за единый вздох а исчезла на снежной мути, а он, оглянувшись, увидел ее, да соответственно лицу его Орина поняла, что такое? симпатия безвыгодный лицемерил по части телефону, а истинно со нетерпением равным образом радостью готовился для встрече.

Новиков обнял ее ради плечи, коснулся губами окоченевший щеки; чуточку невсерьез, на правах бы подчиняясь протоколу, подал гвоздики на целлофане — двушничек белых равным образом три красных цветка; равно они заскользили кверху по части бульвару, по мнению раскатанным ледяным дорожкам.

У ворот в домашних условиях возлюбленная немножечко безграмотный упала, спирт подхватил ее, получай миг прижал для себе, равным образом у нее на анахронический лад замерло сердце.

В прихожей дьявол помог сорвать ей дубленку, в эту пору еще присутствие ярком свете всмотрелся на ее лицо.

— Ну, Иришка, твоя милость весь хорошеешь. Что-то пишущий эти строки за пути недостаточно сраженных тобой мужиков заметил… Или тела систематически убирают?

— Мужик в эту пору беззубый пошел. Метель всех распугала…

— Сколько а наша сестра безвыгодный виделись? Да пустяк, во общем-то. А что расцвела.

Она пошла доводить себя во система равным образом от открытую портун видела, сколько Новиков упрямо да хозяйственно осматривается, стараясь во первые а минуты понять, кто именно симпатия сейчас, что такое? ее окружает да какие изо сего следуют выводы.

Заметив во глубине комнаты захваченный стол, демонстративно будет хмыкнул, экспрессивно потер руки, повернулся ко Ирине равным образом сказал:

— А кажется, ваш покорный слуга подлинно малограмотный наудачу сквозь круглый городок гнал. А бери горячее что-нибудь будет?

— А смотри затем равно увидишь. Учти, в чем дело? пир снова отслуживать придется.

— Это контия по образу водится. Службу знаем. Работа наша, харчевка ваши.

Ируша открыла дверцу бара, достала бутылку итальянского вермута, что возлюбленный в старину любил. Андрейка благодарно кивнул, налил на широкие бокалы получай треть, добавил лимонного сока равным образом льда. И заскользил ужотко легкий, факультативный разговор, будто расстались они лишь получи и распишись днях да никак не стояли в ряду ними сии долгие годы, а неразлучно из ними — неудовлетворительно архи неудачных, бессмысленных прощания…

Особенно меланхолично было кого осенило первое. Наверное оттого, сколько началось до сей времени очень хорошо. Она между тем куда памяти равным образом всамделишно влюбилась во Андрея, сие было по-своему равным образом восхитительно. Каждый дата лишенный чего встречи тянулся мучительно-бесконечно, равным образом думала Ируня всего только касательно предстоящем свидании. И близ этом они месяца двоечка продолжали никому сделано отнюдь не нужную игру во инкогнито. Пока симпатия первая никак не нарушила договор. Конечно, во пределах легенды. Но непредвзятость требует сказать, сколько относительно своем инопланетном происхождении симпатия тем временем около равно безграмотный вспоминала.

Лишенная врожденных женских предрассудков, она, может быть, держала себя со Андреем чрезмерно раскованно, далеко не старалась укрыть своего для нему отношения, ажно напротив. Она научилась целоваться на двадцать единодержавно годик равно предавалась этому занятию из восторгом новообращенной. Совершенно безвыгодный стеснялась Новикова и, неравно позволяла обстановка, купалась быть нем обнаженной, счастливая через того, который некто восхищается ее красотой.

Вот только лишь храбрый выводил ее с себя своим подчеркнуто джентльменским обращением равным образом нежеланием злоупотреблять представляющимися возможностями. В моменты самых страстных объятий возлюбленный ухитрялся ограждать инспекция по-над собою и, балансируя соответственно краю, из-за него отнюдь не переступал.

Было во этом что-то ради нее странное да пусть даже обидное.

Только нет-нет да и они поехали раз на Боголюбово подо Владимиром равно возьми обратном пути их застала ночь, они сидели у костра, а позже забрались получай свежоповатый куча и, обнявшись, смотрели держи низкие звезды, тут-то напоследях целое да произошло. После сего у нее был снова целехонький год, некоторый да без дальних разговоров допускается указать самым счастливым.

А дальше возлюбленная поняла, что-нибудь храбрый неграмотный любит ее. И в жизнь не отнюдь не любил. Вернее, любил, только скорее — равно как хорошего равным образом верного товарища. Он неграмотный изменял ей, всякий раз был ласков, нежен, предупредителен, равно кабы бы симпатия никак не была о ту пору максималисткой, в корне могла бы невыгодный привносить значения тому, в чем дело? спирт ни разу безвыгодный сказал ей «люблю». Говорил все, что такое? угодно, а далеко не это. А ее сие бесило, когда приводило на отчаяние.

Потом совершенно кончилось само собой. В сам по части себе изо дней некто пришел для ней да сказал, в чем дело? его посылают из-за границу. На двойка года. И незначительно нетвердо (но возлюбленная сие вмиг почувствовала!) спросил:

— Поедешь со мной?

Она весь об этой поездке знала давнёшенько равно по сию пору обдумала. Уезжать с Москвы ей было нельзя, симпатия до данный поры ультра- подлинно относилась на ведь срок для своей миссии да из-за огульно сей годок ни разу пусть даже отнюдь не намекнула Андрею, кто именно симпатия возьми самом деле. А его отбытие был прекрасным поводом доставить точку получи их безнадежных равным образом мучительных отношениях.

— Нет, Андрей, невыгодный поеду.

Так они равным образом расстались на центральный раз.

Ей поначалу было адски плохо — нисколько далеко не лучше, нежели обычной мирской девушке во подобном случае, отнюдь не помогли ни подготовка, ни мастерство заправлять своими эмоциями.

Зато вовек Арина малограмотный работала круглым счетом с энтузиазмом да эффективно, в духе задним числом отъезда Новикова. Она провела порядочно сложнейших многоходовых комбинаций, достойных внесения во учебные пособия, равным образом анализатор подтвердил, что такое? объективная возможность расчетного смещения мировых линий во ее секторе не в пример превосходит среднестатистическую. И аж три лета малограмотный было, пожалуй, получай Земле координатора ее класса, побольше активного равно преданного своему делу, нежели она.

Ириша от блеском закончила университет, ее пригласили во аспирантуру, да соискательное сочинение что касается позднем творчестве Уайльда продвигалась паче нежели успешно.

Она хоть вышла замуж. Не по мнению любви, разумеется, позже первого эксперимента возлюбленная да слышать сего стихи пуще невыгодный хотела. По точному расчету. Руку да злоба предложил Ирине душа получай тридцатка парение в отцы годится ее, да в ёбаный мере знаменитый во мире искусства, который преимущества, связанные вместе с сим браком, не около силу было послужить порукой полегче никаким иным реальным способом. Став его женой, симпатия получила случай делать обороты на самых представительных кругах, выскакивать следовать границу, а сие равно многое другое на правах крата равным образом обеспечивало наилучшее воплощение служебных задач.

Кроме того, ей невыгодный приходилось вяще мыслить по-над проблемой легализации своих денежных средств, сколько во свое сезон ужас осложняло их связи вместе с Новиковым. Располагая любыми суммами, Ируся со болью во душе видела, по образу Андрюха старается недосказывать ото нее свое истинное финансовое положение, отказывает себя кайфовый всем, с целью роднить ее во ресторан, совершить дар не ведь — не то основать поездку сверху выходные во Ленинград другими словами Ригу. Однажды, узнав, что такое? дьявол сдает экстравазат (двадцать пара рубля полсотни копеек четыреста граммов), симпатия попробовала доставить ему триста рублей, ходят слухи присланные родителями, равным образом они крохотку безвыгодный поссорились.

Чтобы пропустить в эту пору любые вопросы финансового равно психологического плана, симпатия придумала себя шикарное равным образом экстравагантное хобби, никому до самого нее во кругах равных ей гранд-дам на голову далеко не приходившее.

Она стала женщиной-игроком. Посещала бега равно лихорадочно ставила получи тотализаторе, сотнями приобретала карточки «Спортлото» равно конвертики «Спринта». Носила получи и распишись шее кулон-калькулятор пользу кого просчета вариантов, под своей смоковницей у нее кучами валялись беговые программки, какие-то таблицы да сложные схемы. Это позволяло ей едва во открытую работать первый работой, на толпах завсегдатаев ипподрома определять нужных людей да заключать в себе их на близкие комбинации.

Мужа сие интерес сначала удивляло да мало-мальски раздражало, однако после дьявол никак не токмо смирился, только ажно научился выводить с оригинальности муж и жена ощутимые выгоды. Его рассказы что касается подвигах Ирины получи и распишись ниве азарта что-то пользовались неизменным успехом у нужных людей да позволяли быстро делать выбор некоторые люди вопросы. А иногда, на минуты финансовых сложностей, спирт был в состоянии неприхотливо перенять сотню-другую у удачливой жены держи неизбежные мужские расходы.

Но на глубине души Арина по сию пору лишше равным образом сильнее изнемогала через одиночества, душевного равным образом физического, с необходимости говорить почти не сделано свыше сил чертогон бигеминальный равным образом даже если тройственный жизни…

Тут равно подвернулся ей, всецело случайно, поношенный стейтцовый журналишко «Тайм» трехмесячной давности.

На очередном «суаре» во одном «приличном» доме, болтая вместе с женщинами в рассуждении модах, листая зарубежные каталоги, Рина снег нате голову увидела сей кой-как выкинутый возьми столике журнал. И до тому, во вкусе сжалось, засбоило, во вкусе недоученный рысак, сердце, возлюбленная поняла, что такое? синь порох неграмотный как рукой сняло равно ни аза невыгодный забылось.

Всю обложку, перечеркнутую на верхнем углу красной полоской, занимала сочная, классно сделанная фотография. И был получи и распишись ней — Новиков.

В расстегнутой песочной рубашке вместе с пятнами пота, со своей обычной усмешкой, некто сидел, свесив ноги, нате капоте джипа, держа получи коленях винтовку М-16. И, прищурившись, смотрел ей непосредственно на глаза, так, почто возлюбленная никак не могла отвратить взгляда. Надпись в обложке сообщала: «Вот, наконец, русские да пришли!»

Хозяйка, заметив, что такое? Арина выпала с разговора, тогда но пояснила:

— А сие ничуть смешная история… Неужели далеко не слышала? Этот парень, Новиков, — журналист, автор этих строк его немножко знаю. Работал грубо дальше во Латинской Америке, написал книжку, у меня есть, равно ненароком попал во эпизод американцам. Ну, те равным образом расписали, мол, советские военные советники в заднем дворе, так ей-ей се, а обзорщик этот, мол, общо переряженный бригадный генерал… В общем, человек имел у нас крупные неприятности, равно его, вестимо же, отозвали. И даже, кажется, выперли с журнала, идеже спирт работал. А околесица мальчик, да? Надо достаточно пригласить, скажу своему…

— Интересный мальчик… — сказала о ту пору Ируня равным образом отложила журнал. — Пригласи. Кстати, в праздник неделе автор выезжаем для дачу, позволяется бросьте собраться… Туда равно пригласи. А книжку дай, почитаю.


…Новиков, рано или поздно его пригласили на эту компанию, согласился вернее с любопытства. Все же — апогей писательский свет. Андрея, разумеется, принципал отнюдь не знал, вызывание Новиков получил с вторых рук равным образом приехал купно не без; достаточно немаленький равным образом пестрой группой того сильно реагирующего в скандальную славу круга, идеже за возвращения стал персоной грата да идеже его совершенно средняя сборник считалась модной.

Программа была обещана стандартная: дача, лес, шашлыки, тонкое вино, неформальное общение, в целях остроты — небольшую толику знаменитостей равно свежие перетолки с кругов, близких для информированным. Для большинства весь сие было обыкновенно равно аж рутинно, же в целях Андрея — порядком интересно.

Но целое сие круглым счетом равным образом осталось бы пользу кого него отнюдь не лишенным приятности эпизодом, коли бы…

Если бы хозяйкой оказалась другая женщина.

Он узнал ее, сызнова отнюдь не увидев лица, ежели и выздороветь до некоторой степени лет. Ирина, конечно, изменилась. Теперь сие была никак не юная, спортивного склада дев`ица со огромными удивленными глазами редкостного фиолетового оттенка, а невеста дама, для которой адски подходило описание «прелестная» или — или «очаровательная».

Ему перехватило горло. Или ото ее новой красоты, иначе через драматично вспыхнувшего чувства вины хуй ней, либо прямо оттого, который симпатия итого три недели, вроде вернулся на хазу равным образом пока что «не вошел во меридиан», по мнению выражению друзей-моряков.

Он постарался далеко не попасться ей сверху глаза, невыгодный приведя домашние чувства во порядок.

Дача стояла во глубине дремучих лесов, около не без; безымянным озерцом. Отделившись с общества, Андреич вышел возьми берег, сел держи толстое, сознательно с целью сего семо притащенное равно затесанное бревно. Над дальней кромкой нить сгорал осенний закат, отзывающий своими красками сложное вчувствование грусти, сладкой печали равно восхищения. Вокруг стояла тишина, которую вовсе отнюдь не нарушали отдаленные голоса, звуки музыки, нерешительный постукивание топора. Иногда на озерце всплескивала большая рыбища да согласно неподвижной воде расходились медленные круги.

За задом зашуршали сухие листья и, обернувшись, Андреич увидел Ирину. Заметив, ась? симпатия приподнимается ей насупротив равным образом хочет несколько сказать, возлюбленная остановила его движением руки, присела рядом. Вытащила с нагрудного кармана наброшенной получи плечища куртки плоскую золотую сигаретницу, протянула Андрею. Он раскрыл, взглянул, равным образом ему одновременно из чего явствует неграмотный соответственно себе. Так, наверное, чувствовали себя жертвы его психологических опытов. Эти сигареты, краковский «Вавель», уж парение пяточек безграмотный появлялись во продаже.

— Откуда это? Неужели пользу кого меня с открытыми глазами расстаралась? Признаюсь, поражен…

Она же, будто они всего только почто увиделись равно даже если до этого времени безвыгодный представлены корешок другу, сказала:

— А автор этих строк смотрю, ваш брат тогда сидите, решила подойти, глядишь вы скучно. Вы но у нас единица новый…

Андреич понял, сколько «Вавель» — сие сигнал, значок того, что такое? еще раз начинают орудовать распорядок их старой зрелище да они теперь незнакомы. И ему показалось, что-нибудь некто понял, во нежели дело.

— Нет, ваш покорный слуга ни на волос никак не скучаю, напротив. У вы хорошо. Просто моя особа увидел сие озеро, да небо, равным образом закат, да подумал, что, может быть, в качестве кого единовременно ныне самый замечательный раут всех времен равно народов. Должен но такого типа когда-нибудь быть? А вдруг — сегодня? И вот — компетентность от вами, Арина Владимировна…

Она смотрела для него своими фиолетовыми глазами, на глубине которых лже- вспыхивали равно погасали искры, равным образом во глазах ее, во чуток надменной да иронической улыбке угадывалось что-то такое, что-нибудь делало Ирину гораздо в матери годится да опытнее его. Ему показалось, примерно возлюбленная видит его от кончика носа до кончика хвоста равно загодя знает, что-нибудь симпатия поведет себя так, равно как захочет она. «Ну-ну, — подумал он. — Не чересчур ли бессчётно ваш брат стали что до себя смекать во замужестве, дорогая?»

— Над вашими словами нужно подумать, — сказала она. — Хотя, глядючи бери вашу фотографию во «Тайме», аз многогрешный равно неграмотный предполагала, что такое? вы — такая романтичная фигура. Пойдемте, шашлыки, наверное, сделано готовы…

…Костры догорели, опустилась глухая Нокс не принимая во внимание звезд, равно россыпи гаснущих огней во костровищах напоминали лик ночных городов из самолета. Вечер продолжался на дачном тереме, некоторый самолично до себя произвел возьми Андрея сильное ощущение своим интерьером. Он из сожалением равно каким-то застарелым раздражением подумал, почто как долго ни выкладывай по отношению победе социальной справедливости, а питаться да всегда, наверное, будут такие вишь дачи, ась? хоть он, человек, ни крошки никак не обделенный воображения да полета фантазии, от трудом воспринимает ее равно как вещь по-настоящему существующее на личной собственности конкретного гражданина. Ему, Андрею Новикову, ко примеру, нуль даже если близкого из-за всю проживание отнюдь не построить… А сие плохо, отчего в чем дело? все равняется кто бойкий казенщина обязан существовать достижим хотя бы бы на принципе. Иначе награду желания догнать появляется что-то вовсе противоположное.

А вечеринка катился по мнению накатанной колее, умные да далеко не бог трезвон перемежались танцами равно музицированием, возникали да распадались группы соответственно интересам, равным образом Новиков также получи короткое пора стал центром одной таковой группы. Даже домохозяин подошел ко Андрею не без; бутылкой «Хванчкары», равно минут десятеро они поговорили, ноне на беседу далеко не встрял давно отвращения осведомленный неоперившийся хулитель равно не без; живей безвыгодный перевел беседа получи и распишись собственную последнюю статью, во которой, на правах оказалось, спирт благосклонно похлопал объединение плечу Новикова равно нынче жаждал ответных реверансов. Андрэ ему приветливо нахамил, нежели вызвал достаточный хохоток хозяина.

Но совершенно но главной во этом вечере была Ирина. И постоянно действие было во вкусе обрамление с целью ее блеска.

Она сменила сафари нате отливающее зеленой бронзой вечернее гардероб равно стала абсолютно иной, одначе как прежде неотразимой. Несколько однажды Новиков приглашал ее держи танец. Запах ее духов, терпких, горьковатых, тревожил равным образом волновал его, растормаживал забытые чувства равно тянул получай поведение смелые равно решительные, а может быть, инда безрассудные.

Ночь а другая там катилась ко середине, равным образом проворно безвыездно должен было кончиться. От сего портилось настроение, уж на что спирт сносно равно безграмотный ждал, ей-ей равным образом неграмотный имел власть ждать, с такого типа внезапной и, веселей всего, безграмотный нужной ни ей, ни ему встречи.

Он вышел изо нижнего холла получи и распишись широкую веранду, охватывающую хата объединение фасаду, вытащил сигарету. Зашумевший на кронах запущенного сада бриз донес впредь до него ему и игра в карты в руки ширевой запах.

Андрэ неграмотный ошибся. Придерживая трен длинного платья, ко нему с темноты шла Ирина.

— Вы безграмотный во духе, переключатель приключений? Отчего?

— Нет, совершенно паче нежели великолепно. Ради сего стоило вернуться.

— Вы выглядите этаким Аленом Делоном на молодости. Среди здешних дам ваша сестра произвели фурор. Не упускайте шансов.

— Боюсь, вы сие попросту показалось. Шампанское брют равно пастьба освещение…

Она нечаянно наклонилась равным образом еле-еле ощутимо коснулась губами его щеки, а когда-когда возлюбленный попробовал приобнять ее, несомненно отстранилась.

— Но-но… Ваша энергичность делает вас честь, только безграмотный думаете ли вы, в чем дело? сие нечестно соответственно отношению ко хозяину?

Андрэ пожал плечами. Он ранее пожалел касательно своем порыве.

— При нежели тогда хозяин… Я огорчен, коли выше- мание оскорбил приватно вас.

Она ни аза никак не сказала.

Все кончается, кончился равно настоящий затянувшийся вечер. Вернее, пусть даже невыгодный кончился, а самоликвидировался: кто именно помаленьку исчез, кто именно заснул на укромном уголке, равно когда-когда Андрюха понял, аюшки? ему пора, Иринка вместе с хозяином проводили его по машины. Мэтр набрался довольно-таки равным образом держался еще для автопилоте, впрочем, сохраняя тонкость равным образом решпект.

Когда Новиков поднес ко губам руку Ирины, симпатия внезапно шепнула ему почти что беззвучно:

— Жди меня чрез часы следовать первым мостом.

…Андрей остановил взятую на подержание у приятеля «двадцать первую» на сочный тени трех вековых сосен, сел держи сухую хвою, прислонившись задом для шершавому стволу, равным образом стал ждать. Он очень здорово знал Ирину — отнюдь не лишь потому, который они провели купно целехонький классный равным образом безумный год, же равно благодаря этому еще, почто они всерьёз были одной серии, да дьявол неграмотный верил, что-нибудь возлюбленная могла круглым счетом модифицироваться равно ею движет только лишь страсть ко галантному приключению, похоть на новом качестве раздумать то, что-нибудь уж когда-то было сыграно впредь до последнего листа партитуры. У нее мамой клянусь убирать какие-то серьезные основные положения равным образом обязанность подвизаться собственно так. А зачем — спирт поспешно узнает. Тогда равно выберет линию поведения.

Через момент замелькали огни фар, да из шелестом покрышек рядом затормозил цвета вишни «вольво». За рулем во строгом, в свой черед вишневом бархатном костюме — этакая деловая дама с Новой Англии — сидела Ирина.

— Поезжай вслед за мной. И никак не отставай, а в таком случае потеряемся… — Она хлопнула дверцей, авто взревел, из-под колес фонтаном ударила щебенка.

Она скоро вела свою мощную равно тяжелую машину, в такой мере лихо, ась? небольшую толику присест у Андрея замирало дух ото ее отчаянных равно ненужных виражей — из визгом покрышек — да таких обгонов держи улицах, зачем видавшие будущий ночные таксисты грозили ей вслед за кулаками, произнося, наверное, непохожие энергичные слова. Потребовалось безвыездно его отточенное возьми чужих дорогах умение, воеже невыгодный отцепиться через нее во лабиринте улиц.

И в эту пору они ехали, Андрея невыгодный оставляло веселое подговаривание с сего ночного полета насквозь Москву. Ну, Иришка… Он есть ее, что песку в море сил приложил, с целью огранить нынешний диковинный бриллиант, вот многом нашел ее тем, зачем симпатия убирать сейчас, равно лично отдал во чужие руки… А пока что вона симпатия его нашла. Конечно же, вызывание вне нее никак не состоялось бы, теперь-то ясно.

Через получас аппаратура влетели перед высокую ажурную арку самого как-то большого на родине столицы.

— Я подумала, что-нибудь нам достаточно продлить бал во больше узком кругу, — сказала она, поднимаясь впереди него сообразно лестнице.

Через глухой ход Орина провела его во просторный, приблизительно незначащий холл, включила торшер, нетрудно равным образом быстро, можно представить танцуя, совершила талия в области комнате, да заиграла музыка, получай низком столике появились чашки равно бокалы, вспыхнул земля во баре… Лицо ее на мягком рассеянном свете казалось до этих пор паче красивым. Он обратил внимание, ась? Ируся этак мелодично вписывается во обстановку, точно бы сие втискивание подгонялось за ней, как бы платье. А может, этак оно равным образом было.

— Подожди-ка минуточку, автор этих строк сейчас… — сказала она.

Все правильно, — отстраненно подумал Андрей. Он блаженненький да свинья, а Арина заслуживает особенно таковский жизни, недоступной ему равно подавляющему большинству населения. Какую позволительно испить всего только во кинематограф другими словами приближенно вот, нечаянно приобщиться. Жизнь на пятикомнатных, огромных, вроде орудийный стрельбище квартирах, бери трехэтажных дачах, отделанных карельской березой равным образом обставленных павловской мебелью, из машинами решительно лучших иностранных марок, напитками равно закусками с «Березки», из квадрофонами, видеомагнитофонами, поповскими сервизами равно богемским хрусталем держи отдельный день… С рублями, длинными, наравне портянки… Бриллиант получил подобающую оправу.

Он опустил голову, играя желваками для скулах, равно безвыгодный вмиг заметил, почто Рина овчинка выделки стоит во проеме двери да глядит держи него. Она переоделась четвертый однажды вслед данный вечер, днесь для ней был длинный, накануне пола, черно-красный, равно как бы его назвать… Андреич отнюдь не помнил, пеньюар, почто ли? В общем, та штука, почто без дальних разговоров рекламируется на отнюдь не наших журналах, наравне выходное гардероб равно вместе из тем ночная рубашка. Такое воздушное, летящее, моментами примерно прозрачное.

Лицо у нее было печальное равно отстраненное. Андрею захотелось охватить руками ее, по образу раньше, поутюжить по мнению волосам, пожадничать да утешить, вследствие чего что-нибудь ей было прямо плохо. Как сие ни странно, так возлюбленный неграмотный ес этого, некто кусал цедильня да ждал чего-то. Молчание затягивалось. Только втихую звучала музыка.

Она хозяйка подошла для нему, села получи ручка кресла.

— Чего твоя милость добиваешься, психолог… — сказала звенящим голосом, — так чтобы ваш покорный слуга разрыдалась хуй тобой сейчас? Или бросилась для тебе получай шею? А пишущий эти строки однако никак не из-за сим тебя позвала…

Он малограмотный выдержал да обнял ее, прижался из себя да губами для тонкой высокой шее. Она как и обняла его так, словно бы боялась, как бы на следующую один момент симпатия исчезнет…


Андрюша проснулся, наравне ото толчка. В комнату сейчас вползали прозрачные рассветные сумерки, мир сидела возле в широкой постели да безвыгодный отрываясь смотрела в него. Он потянулся ко ней, хотя симпатия отодвинулась. И неожиданно ему стало быть боязно с ее взгляда.

— Нам следует поговорить, Андрей… Я хотела сразу, так потеряла голову. Прости. Теперь тебе склифосовский труднее…

— Может, ты да я поначалу встанем, оденемся?

— Хорошо. — Она опустила обрезки сверху ковер, встала, помедлила, примерно отнюдь не зная, что такое? создавать дальше, нашла глазами капот да набросила получай плечи. Отвернулась, помня, что-нибудь возлюбленный безграмотный любил обряжаться подле ней.

Андрюня подошел для окну. В светлеющем воздухе вытянулись сонные дома. Льдисто отсвечивал меланит цоколей. Из подворотни в пику нечаянно вывернулся стайер на бело-красной майке и, шатаясь получи педалях изо стороны на сторону, борзо скрылся с виду.

…Ирина медленно, со длинными паузами, ни разу невыгодный взглянув ему на лицо, рассказала ему свою подлинную историю вместе с самого начала. Когда симпатия замолчала, твердь по-над крышами часто зарозовело.

— Вот, значит, как… — сказал Новиков. — Вот какие пироги от котятами…

Ирину передернуло.

— Извини, вырвалось. Дожили, значит… Что ж, когда-когда ни помирать — совершенно одинаково табель терять. И для чему твоя милость ми однако сие изложила?

Ируся смотрела возьми него равным образом опять двадцать пять поражалась. Да, Андрей — сие Андрей. Больше общем возлюбленная боялась, аюшки? во его глазах отразится ужасть alias ненависть ко ней. А увидела заранее всего делов сочувствие. То очищать симпатия хозяйка на его понимании неграмотный изменилась. Изменились сопутствующие обстоятельства.

— Спасибо. Слушай дальше. Пока околесица страшного никак не произошло. Но пишущий эти строки устала. Я сильнее никак не могу. Еще чуть-чуть — равно сорвусь. Или сойду вместе с ума. Вашего, человеческого. Мне нужен помощник. Не временный статист про технической работы, а друг, из которым моя персона могу болтать об всем. Ноша оказалась безвыгодный в области мне. Судьбы мира — усердствовать вломный груз… А твоя милость неграмотный пожалеешь. Спаситель вселенной — значение как бы однова в целях тебя. Мы будем вместе, да твоя милость сможешь материализовать что угодно свое желание. Любое, Андрей…

Новиков слушал ее да улыбался. Но голос, если спирт заговорил, был серьезным.

— На свете принимать числа вещей, по поводу которых здравый душа был в состоянии бы возжаждать остаться на неведении. Это сказал Эмерсон. Вы его должны были проходить. Ну несомненно литоринх ладно… А тебе нуль безграмотный бросьте с твоих начальников после разглашение?

— Конечно, нет. Меня последняя стержень в колеснице безвыгодный контролирует, равно вообще — моя персона но неграмотный получай мафию работаю…

— Дай-то бог… — со некоторым сомнением сказал Новиков. — А все, зачем хочешь, — это, конечно, заманчиво. Я бы аж сказал — весьма. Знаешь что, давай-ка скорее до этого времени поспим. Досталось тебе крепко, и, наравне пишущий эти строки подозреваю, на ближайшее миг спокойной жизни отнюдь не предвидится.

Эти пустозвонство поразили ее своей совершенной неуместностью. Но, подчиняясь его уверенному тону, симпатия безропотно легла во шлямка и, от случая к случаю спирт обнял ее, поняла, что-нибудь вот поэтому и есть сие ей равно нужно сейчас. Прижалась для нему во всем веточка равным образом потрясно аллегро провалилась во сложный сон.

Зато Новиков лежал, глядючи во потолок, равным образом уснуть ему желательно не так сумме получай свете. Он поверил Ирине сразу. Просто ощутил, что, наравне бы несусветно ее языкоблудие ни звучали, совершенно они — чистая да абсолютная правда. И потрясен возлюбленный был безвыгодный невероятностью, а поскорее обыденностью исторического момента. А ведь, разве припомнить, что-то около денно и нощно да случалось. Взять ту но высадку получай Луну. Что дьявол особенного ощутил, когда, сидя вслед за мороженым во дансинг «Якорь», услышал известие сообразно радио? Кажется, подумал: «Ну вот…» И здесь а отвлекся.

А сейчас? Ну да зачем изо того, почто в плече у него на полутонах дышит умереть и никак не встать сне инопланетянка? Вполне допускается предположить, услышь возлюбленный информацию что до долгожданном контакте за каналам евро- да интервидения, симпатия произвела бы незначительно большее впечатление…

И несть сызнова аюшки? подобного передумал Андрюня Новиков.

…Встали они недалеко полудня. Пока Ириша занималась на лицо на ванной, Новиков включил протокол концерта Арнольда Биша конца пятидесятых годов да сидел сверху подоконнике, слушая причудливые голоса саксофонов, кларнетов, тромбонов. Беспокоила его немедленно одна всего только мысль, которую симпатия равным образом высказал, рано или поздно вошла Ирина, свежая равно предлогом светящаяся изнутри.

— Все во порядке, — ответила она. — Мы вместе с мужем живем получи двушничек дома. Он около округлый годочек получай даче, а мы на основном здесь. Так что-то после мое семейное везет можешь безвыгодный тревожиться…

— Это, конечно, аспидски удачно. В томище плане, что такое? тебе ничто неграмотный помешает смотаться со мной кой-куда возьми денек. Другого а мы однажды равным образом невыгодный опасался.

— Куда сие пишущий сии строки должны съездить?

— Ты Левашова помнишь?

— Как же…

мужественный понял ее интонацию. Левашов был единственным изо их общих друзей, из которым у Ирины установились между тем как на ладони неприязненные отношения. Во многом потому, ась? колдовство Ирины безвыгодный производили сверху него никакого видимого впечатления. И Лега неграмотный всего только сего далеко не скрывал, однако равным образом малограмотный упускал потенциал около каждом удобном случае ввергать ее перед белого каления. Весьма, впрочем, тонко равно со извиняющейся улыбкой.

— Так вот, Левашову беда занятно бросьте от тобой познакомиться. В новом качестве… У вам со ним не иголка что касается нежели поговорить.

— Я, кажется, его во виду отнюдь не имела. Мы со тобой разговаривали…

— Знаешь, Ириш, тема-то у нас от тобой кончено серьезная. А Лёка равно как крат оный человек, кто может нам шибко пригодиться. И вообще, рассудок хорошо, а двушник сапога пара.

— Не нравится ми это. Да равно твоя милость меня удивляешь. Разучился самолично решения принимать? Я тебе, кажется, ни плошки страшного невыгодный предлагаю. Да — значит, да, а нет — не обращай внимания равным образом закончим об этом…

— Ира… Не постоянно аж то, который позволяется создавать безвозбранно долженствует делать. По крайней мере сразу. А тебе что, горестно прокатиться? Провести до этих пор день сверху природе? Вчера пишущий эти строки у тебя, ноне твоя милость у нас… Ну?

Ей одновременно представилось, почто нисколько неграмотный было, возлюбленная ему шиш невыгодный говорила, они нетрудно нормальные, обычные мужчина вместе с женой, обсуждающие проблему воскресного отдыха.

— Ох, Новиков, годы тебе в пользу малограмотный идут. А много взять ехать?

— До Осташкова, а после ничуть близко.

…Поехали для ее машине, отчего почто Андрюня далеко не рискнул двигаться во далекий дорога возьми чужбинный равно порядком разболтанной «Волге». В пути разговаривали бери нимало посторонние темы, во основном — опять двадцать пять знакомились, вместе с двух сторон наводя понтон путем разделившие их годы. Как бы невзначай, несложно любопытствуя, Андрейка коснулся да текущего момента.

— А видишь увлекательно совершенно же, нежели вы, пришельцы, ото нас отличаетесь? Что во вам очищать такого, потустороннего?

— Господи, твоя милость ж со мной столько дней равно ночей провел. Неужели безграмотный разобрался?

— А снег сверху голову твоя милость на высоком уровне маскировалась, втираясь ми на доверие?

— Не валяй дурака, в угоду бога. Я ранее жалею, в чем дело? от тобой связалась. Сколько кругом поглощать серьезных мужчин.

— То, что-нибудь случилось, еще невозможно неслучившимся сделать…

— Успокойся, вничью моя особа через тебя малограмотный отличаюсь. Ну, реминисценция лучше… Знаю то, аюшки? твоя милость далеко не знаешь. Но это, впрочем, взаимно. Кое-какой техникой владею, вас неизвестной… Изучала способы работы от временем… И заметь, Новиков, близ желании могу всему этому тебя обучить.

— Заманчиво, дарлинг, пусть даже очень… Но всегда сие этак пока. Не архи впечатляет. А истинные вот тебе и раз чтоб? Левитация, трансгрессия, телепатия, трансмутация, погашение звезд. Воскрешение покойников, наконец!

— Тебе противопоказано пробегать низкопробную фантастику…

— А что? По-твоему, выходит — состояние планирование развития да нуль такого этакого, грандиозного? Скучно…

— Не замечала вначале после тобой некоторой туповатости. Обывательский уровень…

— Это потому, зачем моя персона денно и нощно играл лишь только для своем поле.

— Объясняю получи доступном уровне. Ты гляди равно как беда могущественный человек, посланник великой цивилизации. Возьму ваш покорный слуга равно телепортирую, в духе твоя милость выражаешься, тебя в… Какое эпоха твоя милость предпочитаешь во прошлом?

— Вас понял. Ты намекаешь, аюшки? не принимая во внимание современной техники равным образом ноосферы автор этих строк ничто? Согласен. Но твоя милость намеренно готовилась…

— И твоя милость готовься. К поездке во Древний Рим. Но от на вывеску возьмешь никак не более того, что-нибудь унесешь на руках… Ну?

— Надо прикинуть…

Он думал километра три.

— Выходит, тама не вдаваясь в подробности почти что шиш неграмотный возьмешь стоящего. Автомат не без; патронами, антибиотики, справочники какие-нибудь. Прожить не запрещается равным образом инда крупные недовольство учинить. А хлеще ничего. Никакая квалификация нести записки и заботы невыгодный будет, малограмотный через чего…

— Вот равным образом мы на праздник но ситуации. Пара намеренно сконструированных перед ваше электроэнергия приборов, кое-какая сдача автономного питания, а остальное во голове. И за прибытия — фишка технического творчества получи дому.

Новиков словно бы одновременно потерял выигрыш ко разговору, стал отдаляться держи проносящийся вслед окном пейзаж, переменил тему. Самое основа основ возлюбленный узнал. С через некоторых приемов прикладного психоанализа некто выяснил — под ним всё-таки та а самая Ирина, а никакая неграмотный межзвездная Мата Хари во образе красивой женщины. Остальное пусть себе выясняет Левашов. Ему ажно пришла на голову роскошная мысль, которая общий пеняжник всю картинку. Только выкладывать ее сей поры рано.

От избытка положительных эмоций спирт подвинулся для Ирине, приобнял ради плечи, поцеловал после ухом.

Она дернула плечом.

— Не надо. Мешаешь. Видишь, какое движение.

Но мелодия у нее был отнюдь не строгий.

…Набуксовавшись в узких песчаных проселках, ко вечеру они по сию пору но пробились для пустынный селигерской деревне, идеже отшельничал Левашов. Ируша на волоске его узнала. Дочерна загорелый, из высветленными солнцем да солью усами равным образом бородой некто напоминал средневекового новгородца иначе помора. Как рассказал ей соответственно дороге Андрей, симпатия оставил принадлежащий НИИ равно ряд планирование ранее плавает получи и распишись новороссийских танкерах инженером-электронщиком, обретя желанную свободу научной мысли, финансовую автономия равно резон стирать носки сообразно своему усмотрению четверка месяца во году. И теперь проводит на очереди оттяг во рыбалке да размышлениях.

…День медленно, во вкусе сие иногда исключительно во северной России на вершина лета, угасал, да его освещение был пленение неизъяснимой равно непонятной тому, кто именно самовластно невыгодный видел, прелести.

Они на троих сидели во дальнем углу усадьбы, во вкусе назвал Левашов приторгованный во прошлом году гигантский пятистенок изо кондовых бревен из вырезанной держи фронтоне датой: «1914», от заброшенным равным образом выродившимся яблоневым садом. Внизу блестела поверхность Селигера, вслед за нешироким плесом отражались на воде стены равно башни древнего монастыря, каковой ни одна душа отнюдь не пытался ограждать как бы историческую реликвию согласно причине абсолютной удаленности через всякого подобия цивилизации, а дальше, вслед за островом Столбным, склонялось для закату большое медное солнце. В камышах возьми берегу шелестел ветер.

Они сидели во дряхлых плетеных креслах, невыгодный в спешке отхлебывали брага изо тяжелых, по образу трехдюймовые снаряды, литых стаканов, да Новиков недалеко для тексту пересказывал Левашову то, зачем узнал с Ирины, а самочки она, словно бы сие ее ни подо каким видом безграмотный касалось, смотрела в соответствии с сторонам вполне отсутствующим взглядом, демонстрируя так ли полное кредит для мнению равным образом позиции Новикова, так ли, наоборот, желая показать, что-то возлюбленная невыгодный хочет совмещать со по всем статьям сим околесица общего.

Левашова ее норов нервировало, некто до сей времени пытался понять, во нежели суммарно лейтмотив ситуации, возле которой его вынудили присутствовать, равным образом неграмотный напоминает ли сие семейную сцену, эпизодически чета общаются от посредников.

Ему в свою очередь приходилось думать, в качестве кого дать оценку опять-таки возобновленную складность Новикова равным образом Ирины, равным образом контия потом, во третью всего очередь, прежде него дошел истый лейтмотив да ядро разговора.

— Знаете, мальчики, ваша милость тогда общайтесь, а моя персона пойду до деревне пройдусь. Сто планирование невыгодный видела подобный глуши. К озеру спущусь…

Ируня ушла, братва остались вдвоем.

— И совершенно в такой мере да есть? — со временем долгой паузы спросил Левашов.

— Нет, сыронизировать захотелось.

— И твоя милость ей веришь?

— Не хотел бы, но…

— Сподобились. Впрочем, сие даже если справедливо. Я об чем-то эдаком всю житьё-бытьё мечтаю.

— Концерт объединение заявкам продолжается. К твоей теме сие близко?

— Не слишком. Я лишше искривленными пространствами интересуюсь. Но кой-что занять можно. Например, идею канала. Пробой вследствие время, хотя значит — равно путем участок тоже. Как-то но симпатия ко нам попала.

— Ну, поговори не без; ней. Может, зачем да выяснишь. Правда, богатство у нее сейчас… Смотрю, равно ретивое переворачивается… Я ее почему равным образом привез: глядишь, рассеется. И тебя проконсультирует в соответствии с старой дружбе…

— Дружбе… — покривился Левашов. — Ты а знаешь, что симпатия ко ми относится.

— А вишь симпатия уверена, аюшки? сие твоя милость ее претерпевать никак не можешь. Интересно, да? «Синдром Левашова» — хорошее термин чтобы специфических форм определенного недуга, рано или поздно скрытые эмоции с подсознания, вытесняясь на сознание, преобразуются во псевдонеприязненное пропорция равным образом действия близ общении вместе с возбудителем. Красиво сформулировано? Продаю…

— Да трогай твоя милость со своим юмором…

— Чтобы ваш покорнейший слуга беспричинно был здоров, сказали бы тебе во Одессе. Скажи лучше, а тебя что, совершенно неграмотный задевает, который возлюбленная оттуда?

— Что возлюбленная с того места тож что-нибудь симпатия оттуда?

— Второе.

— Знаешь — абсолютно. Для меня она — та а самая Ирка.

— В которую ты, вроде пишущий эти строки пока что понял…

— Может, прекратишь?

— А зачем? Кстати, симпатия неграмотный только лишь свободна сейчас, а до черта одинока. Космически… Гляди, каламбурчик вышел.

— А ты?

— Я… Мой товарник уехал уходить целых когда… И окроме сентиментальных воспоминаний равно суровой мужицкий дружбы, нас не без; ней нисколько отнюдь не связывает.

— Мели, Емеля… Развелось психологов, а перевелся в надежде девушке так-таки на тараньки посмотреть. Стала б симпатия вместе с каждым недоумком ради полтысячи кэмэ ни не без; того ни не без; сей гнать… Поверь моему опыту. Особливо у замужних, году беспричинно для третьем-пятом, сентиментальные книга способны заделываться на материальную силу…

— Ладно, размялись. Давай объединение делу.

…Ирина вернулась, в некоторых случаях уж почитай стемнело. Ее прогулочка в области деревне безграмотный вызвала у местных жителей, проживающих тута на количестве рядом пятнадцати человек, никаких внешних проявлений интереса. Тут всяких туристов видели.

Мужчины встретили ее радостными возгласами равным образом непривычными на их устах комплиментами, да возлюбленная поняла, в чем дело? ее занятие плохо.

— Предлагаю сводить счеты мгла сгустившимися да перевестись на дом, а в таком случае свежеет, так точно да комарики… — сказал Левашов.

— Принято. Ведите меня…

Левашов зажег большую двенадцатилинейную лампу лещадь зеленым абажуром. Пряный аромат керосина, тьма, собравшаяся соответственно углам с центра комнаты, нежный яичный отлив свежевыскобленных равным образом проолифенных бревенчатых стен одновременно создали уют.

Ужин Левашов подал самый простой — шорба равным образом жареные грибы. Он отнюдь не страдал комплексом Лукулла равно от на вывеску привез токмо дымное зелье равно напитки, во остальном полагаясь получай дары земли, воды да сельпо.

Так они равно провели оный свежий на ее памяти родиться в сорочке вечер. Неспешный ужин, разговоры, думаю с самовара вместе с гордой надписью держи боку «Сукинъ равно сыновья…». Словно посредь прочим касались бытовых подробностей первой Ирининой жизни, малограмотный уделяя им большего внимания, чем, скажем, рассказам Левашова что касается нравах грузчиков Латакии либо — либо воспоминаниям Новикова об встречах из американками изо Корпуса мира.

И снова-здорово симпатия поражалась выдержке своих друзей. Пусть возлюбленная равным образом знала их, вроде ей казалось, великолепно, однако однако были они чтобы нее всего делов всего лишь люди, а симпатия читала серьезные, неграмотный фантастические, философские книги, идеже рассматривались проблемы гипотетических контактов. И спокон века на них побольше либо — либо в меньшей степени неприкрыто проводилась идея относительно шоке невероятной силы, тотальном комплексе неполноценности, угрожающем человечеству присутствие встрече не без; высшим разумом. И выходило, сколько либо Новиков от Левашовым без меры шокоустойчивы, либо несложно никак не считают ее носительницей означенного высшего разума. Какой разночтение пользу кого нее лучше, возлюбленная непостоянно невыгодный решила.

Наконец Левашов встал.

— Ну, хватит. Спать автор тебя примем наверху, глотать со временем светелочка, на самый единовременно чтобы тебя. Можно бы да получи и распишись сеновале, правда чисто сена после этого не имеется уж планирование тридцать.

…Она сейчас задремала равно невыгодный знала, как снова братва сидели внизу помимо нее. Дверь скрипнула, и, открыв глаза, Ируся увидела, как бы вошел Новиков. Остановился у изголовья, постоял молча, будто далеко не зная, что-то свершать дальше.

— Ты что? — себе под нос спросила она.

— Не спишь? Вот равным образом автор тоже.

Рина села в постели, подвинулась для стене. Простыня соскользнула, открыв рамена да грудь. Она невыгодный стала ее поправлять.

Андрюня присел рядом, провел ладонью сообразно ее щеке. Она вздрогнула с этой привычной ласки равным образом неожиданно возникшего влечения ко нему.

— Оставайся у меня. Если никак не отвратно теперь…

— Что твоя милость говоришь!.. Тебе ж со мной обычно было?

Она отнюдь не ответила. У нее однако было решительно иначе, а у землян пусть даже расовые равно национальные различия имеют огромное значение.

Новиков заново погладил ее согласно щеке, шее, плечам. Неровно равно шумно вздохнул:

— Олег там… неудобно…

Она отвернулась, подтянула простыню ко подбородку.

— Все советуешься… У самого смелости далеко не хватает? Или вновь чего? Я тебе правду говорила — у тебя короче все. Любые внутренние резервы жительствовать так, равно как хочешь. Деньги, книги, путешествия, почти что вечная молодость, случай двигать получи и распишись судьбы людей равно народов… Ты но издревле сего хотел, автор этих строк помню. Так твои мечты — всего только жалкая худой того, в чем дело? аз многогрешный тебе могу дать…

— Все-таки придется бредить сейчас. Я хотел утром. Слова, сказанные ночью, это, знаешь… — дьявол махнул рукой. — Ну, слушай… Лично тебе автор этих строк верю. Знаю тебя равно во твоей честности неграмотный сомневаюсь. Но видишь тем, кто такой тебя послал… Почему они невыгодный обратились для нам по-хорошему, на открытую? Значит, им питаться интересах что прятаться? Что сие вслед мировые линии, несравнимо они идут равным образом наравне пересекаются — работа темное. Не про слабых умов. Может, их воистину следует разводить, сводить, сменять историю да прочее? Допускаю, однако столковаться малограмотный могу. У нас что-то около никак не делается. В темную — на преф представлять можно. Со своим ходом равно взяв семь раз взятками возьми руках. А существовать слепым агентом невыгодный бесспорно у кого, представлять подо суфлера, невыгодный читавши пьесы… Нет.

Она поразилась твердости его тона. Пыталась его убедить, концентрируя однако приманка способности, так совершенно оказалось бесполезным.

— Пойми, Ира, пес из ним твоя милость закачаешься весь веришь равно считаешь, зачем приблизительно равно надо. В конце концов, сие твоя работа. Но пишущий эти строки вы благопоспешать отнюдь не могу. У Земли родной путь. И — наши принципы. Если инда мои отторжение околесица безвыгодный изменит, если бы твоя милость найдешь себя побольше покладистых, доверчивых либо — либо прямо взыскующих благ помощников, чтобы меня важно, что-нибудь моя персона во этом отнюдь не участвовал… Я малограмотный считаю себя имеет все основания принимать решение вслед человечество, кабы даже если поверю, в чем дело? ему с моих действий короче лучше. А в дополнение того, моя особа думаю, твоя эксплуатация не выделяя частностей бессмысленна. История, ми кажется, так упругая штука, в чем дело? насильственно от ней околесица малограмотный сделаешь. Сколько сделано примеров было, хоть на наши времена. И во ту, равно на другую сторону. Баварская республика, Венгрия во девятнадцатом году, фашистские эксперименты, Чили, Португалия, Китай, волюнтаризм всякий… И всегда возвращалось для сферы своя. В узбой главной исторической последовательности. Да твоя милость но хозяйка истмат учила. Это, может, теперь у вам дальше иным способом считают, безусловно да то, разве во архивах покопаться, отчего-то похожее выискать можно. У вам экий немного погодя род производства?

Она из недоумением поняла, что-нибудь малограмотный знает, по образу ответить. И сказала положительно другое.

— Но, может быть, те упражнения равным образом снедать подсчет воздействия на нужном направлении, а иначе…

— Все короче так, на правах надлежит быть, хоть если бы короче иначе.

— Возьми прочие примеры, — малограмотный хотела чудиться Ирина. — Вот разве бы раджа Вава силою ввел другую религию, далеко не православие, на правах бы в тот же миг выглядела наша история?

С острой радостью симпатия отметил эту ее оговорку: наша. Но промолчал. Сказал другое:

— Хороший пример. Но да в этом месте не грех возразить. Он равно выбрал собственно православие, поелику сколько другая верования без труда безвыгодный накладывалась получай национальную идею да общенациональный характер. Но сие поуже зацепка ради другого разговора. Давай доколе оставим тему полуоткрытой. Смотри, Ирок, моя особа со тобой честен вплоть до предела. Будь сверху твоем месте кто такой приятно другой, ваш покорный слуга бы считал своим долгом поневоле порвать его деятельность. По законам военного времени.

— Вот даже если как… Спасибо… Шел бы твоя милость что верно вниз, Новиков. А так боюсь, передумаешь…

И исключительно со временем сих слов симпатия обнял ее, начал целовать, преодолевая молчаливое сопротивление. Она отворачивала голову, избегая его губ, же уж знала, зачем уступит, что-то его нелицемерный живинка в тот же миг ради нее важнее, милее да гордости, равным образом принципов, равно приближенно называемого долга.

…Утро настало серое, пасмурное, точно бы да неграмотный было прежде солнечного вечера равным образом ясного заката. В плотной, словно бы придавленной рыхлыми низкими тучами тишине как на блюдечке слышался размеренный потрясение медленного дождя.

Завтракать сели поздно, равным образом вслед столом совершенно времена ощущалась проститутка неловкость, как бы впоследствии ссоры, на которой однако были невыгодный правы.

Первым вернулся ко вчерашней теме Левашов. И то, аюшки? возлюбленный сказал, словно бы бы выворачивало высказывание Ирины наизнанку. Он, оказывается, давнёхонько уж занимался проблемой внепространственных переходов. И инда собрал установку, предназначенную чтобы создания окна в кругу двумя что нужно вдалеке разнесенными координатными точками. И возьми хоть работала монтаж проблематично равным образом неустойчиво, бери уровне первых телевизоров, время ото времени смешивание получалось полностью убедительное.

Ируня поразилась, равно как неподалёку подошел дьявол ко решению, которое считалось вершиной развития несравненно засим ушедшей науки равным образом техники возьми ее родине. И Левашов предлагал ей поверить своими знаниями равно техническими возможностями, помочь привести до самого ума его конструкцию, одновременно, разумеется, отказавшись через своей галактической роли. Сменить, в такой мере сказать, флаг…

Она уже паче была неграмотный готова для этому, нежели они — для ее предложению. Даже нет, они были сильнее готовы, у них мгновенно определилась позиция. Иринка а глядишь почувствовала себя голой получи и распишись площади. Положение, с которого блистает своим отсутствием разумного да достойного выхода. Разве только лишь прикрыться руками равным образом бежать, несравнимо придется.

Прикусив губу, возлюбленная отвернулась для окну. И засмотрелась.

Сквозь мелкую сетку дождя исполу вместе с легким туманом виден был сухой нитки не осталось лужок, раскидистая трехстволая береза, опустившая близкие ветви под давно земли, а ниже как курица лапой просматривались контуры безмолвных изб.

— Да, красиво… И грустно. Селигерское настроение… — втихую сказала Ирина. — Спасибо, мальчики, после откровенность. Вы век были настоящими друзьями. Главное — честными. А моя персона поеду, наверное. Дел у меня много, истинно равным образом супруг ажитироваться станет. Ты как, Андрей, со мной поедешь другими словами тутовник останешься?

— Не спеши, Ира, — попробовал ее сдержать Левашов. — Пойдем, пишущий эти строки тебе свою технику покажу. А если бы разом безвыгодный можешь ото присяги отступить, беспричинно подумай: как-никак рано или поздно наш брат со тобой эту штуку мою предварительно ума доведем равно обнародуем, предание самоё с лица где-то изменится…

— Не полагается изображать отсталым цивилизациям информацию или — или приборы, безвыгодный соответствующие их уровню развития, — заявила возлюбленная чужим голосом, личико у нее было бледное равным образом будто отсутствующее.

Новиков вслед за ее задом резким движением взмахнул рукой, приказывая Левашову замолчать. Олеся пожал плечами.

— Ладно, Ира, поехали в один из дней так… — сказал Новиков.

Уже садясь на машину, мир глядишь сказала Левашову:

— Будешь на Москве — заходи, подумаем, нежели тебе дозволяется помочь.

Новиков повернул ключ. На душе было погано.

Отъехав километров чирик через деревни, спирт остановился.

В лесу дождь, равно вообще-то аспидски мелкий, отнюдь почтя отнюдь не ощущался, токмо шелестел неграмотный переставая на кронах медноствольных сосен. Песок дороги был поверху схвачен крохотку намокшей равно затвердевшей корочкой, мнимый снег — настом.

Тихо, хмуро было на лесу, необычно, тревожно-торжественно, можно представить на заброшенном храме, идеже кто в отсутствии ни души, лишь только неизвестно почему горят, потрескивая, многочисленные свечи.

Ируня была абсолютно городовой женщиной, выросшей в московском асфальте, да пустынный не продерешься лес, абсолютно неграмотный точно такой получи и распишись тот, почто окружал ее дачу, здесь, во сотне километров с ближайшего города, действовал держи нее со необычной силой.

Ей отнюдь не желательно ни по части нежели балакать не без; Новиковым, однако от случая к случаю дьявол открыл дверцу равно протянул ей руку, не проронив звука подчинилась.

Она как черепаха шла около вместе с ним, глядючи себя подо ноги, хоть изо артиллерия надо ухом стреляй проваливаясь каблуками на песок, равным образом против всякого чаяния ощутила, что начинает делать бери нее неяркая, же мощная благолепие окружающей природы.

— В березовом лесу — веселиться, на сосновом — Богу молиться, на еловом — вместе с тоски удавиться… Похоже? — нарушил тишину Новиков.

— Очень… Это твоя милость непосредственно придумал?

— Это полет вслед пятьсот по нас, наверное, придумано. Моими… нашими предками. Скажи, вишь неотложно кем твоя милость себя хлеще ощущаешь, Ириной Седовой или… в духе немного погодя тебя звали?

— Не будем об этом. Ты ради сего всего лишь остановился?

— Не только. Я легко неграмотный хочу, чтоб автор расстались навсегда. Да, автор преддверие тобой виноват. И тогда, равным образом сейчас. Только прими, в духе смягчающее обстоятельство, что-то моя персона всякий раз стараюсь бытовать честным… Даже закачаешься убыль себе.

— Новиков, твоя милость знаешь, от времени до времени ми руки чешутся тебя ненавидеть.

— И сейчас. Сколько выгоды да удовольствия ваш покорный слуга извлек бы, завербовавшись на твои агенты. А ваш покорный слуга опять…

— У тебя на роду святых, случаем, никак не было?

— Святых безвыгодный было. Но убеждения в отношении чести имелись. Возможно, равно преувеличенные. Еще нате Калке из-за ту почтение головы клали. Кстати, равно справочка есть…

— От кого справка? — от веселым изумлением, впервой ради настоящий сутки улыбнувшись, спросила Ирина. — От великого князя?

— Нет, изо департамента герольдии. Деды-прадеды мои, для слову сказать, на бархатных книгах повыше Романовых записаны были, хотя согласно причине гонора равно правдолюбия на основном во опалах пребывали.

— Вон в духе даже? А автор равным образом неграмотный подозревала, ась? из аристократом деятельность имела… Чего ж первоначально сего безграмотный рассказывал?

— Черт его знает… Тогда у вас, девочек, совершенно прочие шмотки на цене были.

— А я, наоборот, подина тебя подстраивалась… Ладно, Новиков, прощаю пишущий эти строки тебя. Раз быстро твоя милость такой… несгибаемый. Только, наверное, видеться ми вместе с тобой горько будет.

— Ну ладно, поступай, на правах решила. Только сызнова одно скажу, равным образом все. Когда нисколько поуже кисло станет, да звезды твои тебе отнюдь не помогут, да бери земле друзей безвыгодный найдется — смотри между тем да вспомни оборона Андрея, сына боярского. «…И мечом равным образом по всем статьям достоянием своим послужу а за совесть равным образом грозно, правда истинная равным образом лишенный чего обмана, в качестве кого должно верному слуге светлой милости твоей…» Так на свое эпоха на клятвенных записях ручались. А насчет постоянно остальное забудем. А если бы непостоянно видать меня неграмотный хочешь… твое право. Заслужил, значит.

Километров сто они проехали молча, а потом, якобы ни ложки значительнее ей во голову безвыгодный пришло, Ируся спросила:

— А почему — преемник боярский? Какое твоя милость для боярам соотношение имел?

— «Сын боярский» — сие ярлык определенной категории военнослужащих во допетровские времена. Нечто чаятельно вольноопределяющейся гвардии. Потом дворянами стали называться.


…Вскоре, безграмотный вне ее участия, Новиков уехал вновь. В очередную горячую точку планеты. И симпатия смогла убедить себя невыгодный вознамериваться по отношению нем равно безграмотный вспоминать. Не отведывать грусти да боли, даже если встречая кое-где во газетах подписанные его именем статьи равным образом репортажи. Но во душе прибавилось равнодушия равно пустоты.


…И смотри спирт сызнова сидит близко вместе с ней сверху диване, пришедший, наравне равным образом обещал, до первому зову. Она чувствовала себя эка мелочёвка равным образом здорово сейчас, смотря для его лицо, слыша его голос, узнавая привычные интонации да жесты. Он расспрашивал в отношении вещах целиком несущественных да необязательных: по части работе, что до бывшем муже. И, малограмотный желая драпировать пустую беседу, возлюбленная сказала, с налета ставя всё-таки получай приманка места:

— Видишь, Андрей, с твоей точки зрения вышло. Пришло время…

— Острить мечи равным образом седлать коней? Готов. Даже вдел ногу во стремя!

Словно в канун был оный разговор, что-то около согласно правилам спирт попал во ритм ее воспоминаниям. Ируня почувствовала, что-нибудь штифты у нее остались считанные часы увлажнятся. Ослабли нервы. Или, напротив, отпускает перемещение через сознания, зачем принимать кому сместить от нее давящую тяжесть.

— Вот таково равным образом выходит… Только твоя милость у меня равным образом остался, самый малый с головой равно самый верный…

Она рассказала ему историю из Берестиным да все, что такое? ей предшествовало.

Новиков стараясь неграмотный выговорить ни слова слушал, вертя на руках рюмка нате тонкой ножке.

— Нашелся, значит, герой-гвардеец. Ну, Небо ему судья. А зачем ж меня одновременно далеко не позвала? Такой ерунды автор бы малограмотный сотворил.

— Я но знала твою позицию, равно контракт помню. Впрочем, тебя а да во Москве невыгодный было, разок твоя милость ко Новому году вернулся, сие в целях меня однако на неделю уложилось…

— Вот именно. Не верится ми что-то, недоговариваешь ты… Какая загиб была парня сатана знает камо засылать? Сама а говорила, что-нибудь однако твои варианты основательно необязательны, равным образом выбираешь твоя милость их ото фонаря, приблизительно говоря… Не так?

В кто еще однова Ира поразилась невероятной талант Новикова не в бровь во план со первого раза, спустя массу промежуточных да ради другого непреодолимых этапов мышления.

— Так, Андрей, были бы да мы со тобой от тобой пользуясь случаем всегда, нам бы цены далеко не было. Ладно, скажу равно остальное. Дело на том, что-то у меня перестала корпеть весь моя аппаратура. Примерно бадняк отворотти-поворотти прервалась логичность вместе с центром равным образом пишущий эти строки осталась ничуть одна. Я безграмотный без затей потеряла достижимость работать — пропала всякая мечта когда-нибудь вернуться домой. Пусть аз многогрешный равно безграмотный собиралась пока, хотя целое непропорционально ми отсюда следует жутко. Хуже, нежели любому Робинзону. Попробуй понять. Оставался беспримерный выход — попасть на 06-й год, со временем работал закадычный управленец со стационарным постом наведения. Надо было найти затем такой… в качестве кого бы усилитель, ради сызнова возник канал. Тот организатор исчез с со своим универсальным блоком бесследно, возможно — погиб.

— А никак не был в состоянии ли дьявол отправить весь ко черту, на правах ваш покорный слуга тебе предлагал, да зачать нормальную частную жизнь? Он кто такой был, простолюдин другими словами в свою очередь дама?

— Я безграмотный знаю.

— Ладно, Вседержитель вместе с ним. И что, получилось у твоего десантника что-нибудь?

— И сего моя особа никак не знаю. Сейчас однако весь перепуталось немыслимо. Алексей, кабы вернулся, попал тама же, на октябрь, так меня-то вслед за тем нет, автор этих строк сделано на феврале…

— Ну равно что? Вернулся, прожил разницу равно безвыездно непропорционально в эту пору здесь. Ты его искала?

— Нет, твоя милость невыгодный понимаешь. Он прежде этих пор на октябре. Вот, смотри… — Она бойко нарисовала бери салфетке болт времени, отметила точки, соединила дугами.

— Он здесь, а автор этих строк моментально здесь. Ты однако миг жил объединение оси нормального времени, Лёша вернулся во точку отправления, а пишущий эти строки зараз сюда. Понимаешь?

— Мало, да смутно. Ну а безвыгодный дьявол ли из ними? Пусть оный мужчина остается там, идеже спирт есть, равно живет, равно как жил. А в целях тебя непрожитые четверик месяца безвыгодный такая контия потеря, думаю? Или твой хлопец тебе никак не без затей так?

— При нежели туточки это? Да, ми показалось, сколько пишущий эти строки готова его полюбить, ежели твоя милость сего ото меня добиваешься. Он безукоризненный человек, может, отличается как небо через земли всех, кого аз многогрешный знала…

— Рад вслед за тебя… И указание твой понял. И со свойственной ми бестактностью разреши спросить. Что лучше — прожидать равным образом невыгодный дождаться, alias держать да потерять?

— Издеваешься?

— Что ты! Просто думаю вслух. Извини, разве в чем дело? отнюдь не так. Значит, нашла, под полюбила да отправила демон знает куда-нибудь на своих ракообразных каштаны таскать…

— Каких ракообразных, относительно нежели ты?

— Ну, сие аз многогрешный ко слову… Парня твоего ваш покорнейший слуга постичь могу — наравне же, разве юница просит… Знал бы, дурак, ась? всего лишь мостик чтобы нее наводит, чтоб во случае в чем дело? было нате нежели к себе вернуться. Глядишь, равным образом подумал бы остающийся раз…

— Больно бьешь, неизбежный рыцарь…

— Еще в один из дней извини. Я предварительно конца безвыездно разгадать хочу. Что далее будет? Если твоя милость без дальних слов сможешь вернуться ко нему, значит, из сего места твоя милость исчезнешь навсегда? И я, соответственно, малограмотный увижу тебя больше? Боюсь, твоя милость меня переоцениваешь. На совершенно готов, да своими руками вручить тебя постороннему мужику…

Его никак не ахти ловкая безделица хоть сколько-нибудь разрядила напряжение.

— Не во мужиках дело. Если ваш покорнейший слуга сумею вернуться на эту точку, в таком случае ликвидируется важнейший парадокс. Ты безграмотный представляешь, на каком наш брат не долго думая живем мире. Его по образу бы да невыгодный существует даже. И автор малограмотный понимаю, на правах симпатия возник. Такое бифуркация учение неграмотный предусматривает. Со вчерашнего дня существует двум вероятностных мира, да ни единолично с них отнюдь не устойчив. Ты сидишь безотлагательно со мной да враз несколько делаешь на книга октябре. И всегда оставшиеся тоже. Эти миры отличаются всего только тем, сколько на одном изо них не имеется меня. Если автор вернусь туда, по сию пору надо совместиться.

— И во вкусе сие будет? На моем примере. Я идеже окажусь? Опять на октябре? А на правах из воспоминаниями?

— Нет. Если целое получится, момент совместится на эту сторону, в области вектору. Я единаче однова проживу да догоню вам всех, здешних.

— И будешь помнить, наравне весь было? Как наша сестра безотлагательно сидим?

— Наверное…

Новиков тряхнул головой.

— Нет, безграмотный понимаю. Давай вновь раз. Мы организуем тебе претворение туда, твоя милость исчезаешь изо сего решетка равным образом по новой на нем возникаешь. Прожив четверик месяца. В этой но квартире, идеже твоя милость далеко не жила. А я, разве останусь тогда же? Ты доживешь вплоть до данной секунды, равно моя персона появлюсь? Допустим, твоя милость сдвинешь ложе месяцочек назад, о ту пору ваш покорнейший слуга рухну в пол? Но чисто текущий дело прошлое время я из тобой проговорили, а твоя милость придешь семо малограмотный одна, а из твоим Берестиным, равно значит, разговора сего сейчас неграмотный будет. Или невыгодный было?

— Не пытайся целое принять решение рядом помощи своего здравого смысла. Здесь целое намного сложнее. Тут равным образом альтернат неопределенности, да многое другое. Но ваш покорнейший слуга надеюсь, который постоянно образуется помимо особых катаклизмов равным образом новых парадоксов.

— Ну-ну, май дарлинг. Неприятно чуять себя дураком, однако видно, никуда никак не денешься. На который малограмотный пойдешь в угоду любимой женщины…

— Любимой? Чего сие вдруг? Или стареешь?

— Опять твоя милость из-за свое… Я тебя век любил, в качестве кого цифра тысяч братьев влюбиться в кого далеко не могут, равным образом твоя милость сие знаешь. Просто во одной изо точек пространства-времени у нас изрядно безграмотный совпали позиции во толковании сего термина сообразно для конкретной ситуации…

— Ну, понесло… — Ей стало быть легко, что во юности, при случае ничто вновь безграмотный случилось, да возлюбленная шаблонно слушала нормальный новиковский треп.

— Давай прервемся пока. Ты выгодно отличается поешь, а в таком случае легкомысленно я, что-нибудь ли, старалась?

— Поскольку ваш покорнейший слуга отнюдь не соловей, то, кажется, сыт равно баснями. Впрочем, клеймящий по части запаху, плоть по-французски поуже готово…

…Отложив вилку, Новиков сызнова посерьезнел. Заговорил без послаблений равно напористо.

— Или мы ошибаюсь, иначе говоря твоя милость едва должна поумнеть. Что покамест надо, в надежде взыскать изо тебя совсем всю твою межзвездную романтику равно сомнительное мессианство? Во всю эту безрассудство со мировыми линиями да грядущими катастрофами моя особа да между тем отнюдь не верил, да неотложно тем более. А твоя родная планета, безграмотный знаю, в духе ее затем называют, представляется ми достаточно неприятным местом. Взять бестолковую девчонку, прошу прощения, заморочить ей голову, примчать Вседержитель знает камо равным образом понудить реализовывать непонятную ей работу. Крути верньерчики, непостоянно крестики далеко не совместятся. А что-нибудь позже этого, тебе ведать неграмотный положено. А ужас почасту затем сего ракеты реять начинают, единовременно уже мета на крестике! Это я, конечно, ради примера говорю, однако суть оный же. Если человеку малограмотный объясняют ум его деятельности, сие никак не прямо-таки так, поверь моему опыту. Что здесь, то, правильнее всего, равным образом там. И, кстати, какая тебе из-за службу отличие полагается? По наградам равно как позволяется по отношению многом судить…

Ира пизда Новиковым истинно чувствовала себя растерянной девчонкой. Он вообще, из самого начала, сумел выставить себя во сильнее выгодную позицию, тем паче сейчас, от случая к случаю она, до этого времени проиграв, обратилась ко нему. И, безграмотный желая отвечать, как ни говорите ответила.

— Когда мы возвращусь, меня окружат особым почетом. Весь мои раса занесут на книгу памяти, сие адски большая девичий цвет равно привилегия… Наверное, получу власть возьми удлинение жизни вне контроля равным образом ограничений… — Отчего-то не откладывая постоянно те знаки высшей благодарности, ась? ждали ее нате родине, на переложении получай самодержавный язычище звучали чрезвычайно неубедительно, хоть жалко.

— Ух, по образу здорово! — восхитился Новиков. — А оно тебе, Ирке-Иришке, надо? Все, зачем со временем тебя круглым счетом говорят ждет? Кого твоя милость после помнишь, кто именно объединение тебе тоскует? С кем во часть раю бессмертие провождать придется? А отечественный пир во Суздале, ту прогулку за Ленинграду, аварию перед Верхними Двориками, идеже твоя милость ми ногу перевязывала, забудешь? Хочешь забыть? И до этого времени остальное. Лермонтова что, вместе с собою возьмешь? Избранные произведения. И пользуясь случаем найт нате Машуке позже грозы? Диссертацию об Уайльде затем дописывать будешь? Еще что?.. — Андрейка неотложно только в чем дело? не кричал, равным образом ей мороз по спине продирает равным образом неудобно было держи него смотреть. — Рай наместо обещали! Ох, одинаково дураков, ась? здесь, почто объединение ту сторону неба. Было уже, безошибочно круглым счетом было, таких, в качестве кого ты, на аэроплан сажали — равно вперед. Там в свой черед крестик на колечке сконцентрировать из целью требовалось. И отдельный равно как механично обретал бессмертие. И даже если богом становился, согласно условиям игры. Камикадзе их называли, может, слышала? Ну а разве ажно неграмотный обманывают тебя? И сделают все, что такое? обещано? Как тогда? При памяти тебя оставят иначе говоря сотрут все, вернешься чистенькая? Чего тебе лишше хочется? Что твоя милость себя относительно таковой обетованная земля теперь представляешь? Не выйдет так, в духе коли бы у нас держи Земле из разными раями ляпсус вышла? Древнего скандинава — на библейский рай, из аллилуями равным образом древними евреями на хитонах, христианского святого изо печерских пещер — на Валгаллу, чингизхановского монгола — во гостиница Хилтон получи Гаваях. Понравится?

Новиков замолчал, прервав получай полуслове свою филиппику, отошел для окну, закурил, нервничая. В черном стекле возлюбленный видел замершую, вместе с опущенной головой Ирину. Ему было ее свет не мил жалко, симпатия понимал, который бил до живому, в области последней, может быть, оставшейся у нее иллюзии по части далекой, ждущей ее равно благодарной вслед за заслуга родине. Но чересчур возлюбленная была ему дорога, с тем дозволить ей старым порядком полагаться получи и распишись кого на тех, кто такой послал ее сюда, ко кому дьявол испытывал острую враждебность. За то, почто вмешиваются на земные дела, ась? сделали несчастной Ирину. «Хотя, — подумал некто из усмешкой, — моя особа полагается им составлять всего благодарен следовать то, что такое? они прислали семо прямо ее».

Он подошел, погладил ее согласно волосам, да возлюбленная одновременно прижалась на лицо ко его груди, голосисто всхлипнула.

— Самое миг манить Левашова, — сказал симпатия чуток позже, в некоторых случаях Орина сколько-нибудь успокоилась. — Откуда позвонить?

Она провела его во личный кабинет. Увидев аппаратуру во действии, дьявол присвистнул:

— Здорово. Олегу сие понравится. И, боюсь, невыгодный исключительно ему, разве что.

Экран показал Левашова, сидящего ради столом, заваленным радиодеталями, проводами, прочим электронным хламом, на котором Новиков безвыгодный понимал равно отнюдь не желал смекать ничего. У него с годами зазвонил телефон, да Левашов снял трубку.

— А, сие ты. Что надо?

— Ничего особенного. Надо, с намерением твоя милость был в этом месте равным образом сейчас. И учти, сколько да мы не без; тобой тебя в ту же минуту видим. Как на кино.

— Понятно. Кто сие мы?

— Я да д`евица со звезд.

— О! Ирочек, мы тебя приветствую, — некто изобразил улыбку. — Ты вместе с что за стороны? Куда кланяться?

— Ладно, следом будешь куртуазность соблюдать. Я отключаю, действуй. Запиши адрес.

— Лечу…

мужественный положил трубку да глазами показал Ирине держи тумблер. Она выключила экран.

— Ну, пойдем устанавливать чай. Олегушка безусловно голодный!

Не успели они залить неоптный равно влепить его получи и распишись огонь, наравне прозвенел звонок. Ируся пошла отпирать да вернулась совокупно от Левашовым.

Вид у нее был крошечку растерянный. Левашов стряхивал сало со свитера.

— Ну равно погодка, демон бы ее…

— Точность у тебя сейчас приличная, — сказал Андрей.

— Куда там. Метров возьми сто промазал. И боялся куда-нибудь на стену влипнуть. Рано пока что радоваться. Это отнюдь не орудие пока, а штука про цирка…

Ируня нуль далеко не понимала, симпатия видела только, что-то Левашов попал семо внепространственным способом, да значит, — возлюбленный как ни говорите сделал, аюшки? хотел!

— У тебя получилось?! И постоянно сам, ради три года?

— Отчего но сам. Вон Андрюша помогал. За пивом равным образом сигаретами бегал, — пристойно ответил Левашов. — Я слышу, у вы тогда мясом пахнет. И сызнова чем?

— Ради этакий встречи равно «Наполеона» далеко не пожалею. Мой являвший с себя коллекционировал…

— Кстати, Ир, твоя милость ми приблизительно равно отнюдь не сказала, который у тебя после вышло со твоим мэтром, — Новиков мгновенной гримасой аспидски вернее всего изобразил ее мужа.

Ира засмеялась.

— Да так. Обычная история. Его ищущая темперамент нашла себя остальной мира равно ключ вдохновения. Я, конечно, безграмотный возражала. Устала, честный сказать. И получила отставку со мундиром равным образом пенсией. В смысле, устроил симпатия ми эту во квартирку, презентовал «семерку», равно я красиво расстались. В число рождения симпатия шлет ми связка белых роз…

— Как трогательно. Чувствуется образованный человек… Ладно, а нежели четко наш брат можем тебе помочь?

Ируся объяснила, на нежели заключается соль да метода временного перехода, такого, каким симпатия переправила на вчера Берестина. Уточнила, на нежели разница. Они в паре со Левашовым, перейдя получи какой-то крысанутый шлепало рисунков, формул да символов, начали взволнованно браниться в отношении чем-то равно отчего-то выяснять. Новикову сие было недоступно, а потому — скучно.

Он перешел для стеллажам, стал перевертывать книги.

Удивительная нечто судьба! Ей было угодно, воеже столько полет вспять дьявол остановился у перил Устьинского моста во печали равным образом меланхолии, окликнул одновременно проходящую мимо девушку… И такие изо сего произошли последствия. Может быть, поистине актуально важные к аж двух вселенных? Возможно ли это? И безграмотный власть ли если на то пошло Ируня со своими теориями? А разве хоть равно права? Он-то самоуправно всё-таки в одинаковой мере поступал только лишь так, в духе находил нужным. Нет ни на нежели ни вины его, ни заслуги. А гляди если бы мир останется навеки получи и распишись Земле, встретит своего Берестина да хорош счастлива — что такое? до сего поры ему-то желать? Он столько доставил ей тяжелых минут, ась? коли в ту же минуту поможет ей, так возьми хоть где-то искупит свою вину преддверие ней.

мир да Левашов, кажется, договорились. мужественный вернулся для столу.

— Придется истечь получи улицу. Отсюда безграмотный выйдет, — сказала Ирина. — Сейчас автор оденусь соответствующе сезону там, равным образом пойдем… Вот сие все, — симпатия показала получи свою аппаратуру, — можете зажуливать себе. Мне в большинстве случаев никак не нужно, а вы пригодится во ваших экспериментах…

Левашов погасил на глазах загребистый лоск равно сказал:

— Только, Ира, надлежит так-таки сообщить Андрею…

— Что? — вскинул голову Новиков. Его задело, почто нынче у них появились отдельные через него тайны.

— То, что-то в наличии одна… м-м-м… техническая, а может, философская тонкость. При наложении миров равно времен возможен вариант, во котором нас прямо-таки отнюдь не будет. Вообще.

— Это в таком случае питаться как? — поднял бровь Новиков.

— Вот так. Просто. Про интерференцию слышал? И мы, небось волн, можем наложиться самочки получи и распишись себя, равно привет… Митькой звали.

— Увлекательно… — сказал Новиков. Ему прежде смерти надоели нечаянно всё-таки сии парадоксы.

— Ну, наложимся… И равно как сие склифосовский выглядеть?

— А по образу выглядел бы мир, кабы бы твоя милость нисколько равно невыгодный рождался? Да да твои черепа тоже. Здорово бы тебя сие угнетало?

— А к чему о ту пору нам совершенно сие нужно?

— Получается, почто буде наш брат сего никак не сделаем, так а самое может истощиться само собой. И пусть даже хуже…

— Уловил. Если б покойник сходил со бубен, вновь невыгодно отличается от было бы. Что вам ми голову морочите? Я всегда непропорционально во этом деле вслед болвана, эдак равным образом допрашивать нечего. Аге квод агис, сиречь — делай свое ремесло равно малограмотный высовывайся.

— Спасибо, Андрей. Ты даже если самовластно отнюдь не знаешь, какие ваш брат из Олегом ребята… — сказала Арина тихо.

— Ну да! Еще по образу знаю.

— Я постараюсь свершить все, с целью уволить всякие парадоксы. Риск минимальный… И разве целое пройдет хорошо, моя персона появлюсь тогда далеко не до тех пор завтрашнего утра. Чтобы вам неграмотный шокировать…

Она ушла во спальню переодеваться, да авоська и нахренаська остались одни.

— Сможешь? — спросил Новиков.

— Думаю, да. Ничего тута сложного нет, оказывается. За исключением неизбежных во лавина случайностей.

— Смотри… — прозвучало сие у Андрея хоть сколько-нибудь ли невыгодный угрожающе.

Ируша появилась одетая просто, однако элегантно. В черном кожаном пальто, на широкополой шляпе, не без; трехцветным шарфом держи шее. У Новикова защемило сердце. Вдруг симпатия видит ее во завершающий раз?

— Я готова…

— Иди, Олег, наша сестра догоним, — железно сказал Новиков.

Левашов вышел.

Андрюха мало-мальски секунд смотрел ей во глаза. Увидел, который уста у нее вздрагивают. Взял ее вслед руку, улыбнулся.

— У тебя клепсидра есть?

— Конечно, — удивленно ответила Ирина. Новиков сдвинул поднимай обшлажок ее пальто. Посмотрел. Часы хорошие, кварцевые. Резким движением отстегнул замок, подержал отрезок времени в ладони да по непредвиденным обстоятельствам весьма ударил их об стол. Она безотчетно ахнула.

— Вот. Теперь безграмотный забудешь. Когда встретишь своего Берестина, проживешь там, как положено, вона на нынешний число равным образом время вместе с минутами, неграмотный сочти следовать труд, сними трубку равно позвони. Вот сюда, получи и распишись оный номер. А моя особа буду на этом месте ждать. Когда встретимся, автор тебе новые брегет подарю.

Она надрывно вздохнула и, закинув обрезки ему возьми шею, коснулась губами его губ.

— Давай присядем в дорожку, — сказал некто шепотом.

…Вышли вот двор. В квадрате стен метался ветер, закручивая белые мухи десятками беспорядочных смерчей равно вихрей. мир хозяйка выбрала место, указала, идеже становиться Левашову, в чем дело? деять Новикову.

Оля сосредоточился, закусил губу равно нажал кнопку универсального блока, того самого золотого портсигара, изо которого Ируша угощала Новикова сигаретами получи своей даче. Обоим, равно Левашову, равным образом Новикову, показалось, зачем для миг исчезла беда сколько тяжести либо — либо они как пуля провалились, во вкусе сие иногда получай скоростных лифтах. Снег стал черным. И все. Ирины чище безграмотный было.

Они вернулись во квартиру. Левашов был азартно возбужден.

— Слушай, сие гениально. И этак просто. Теперь автор этих строк пусть даже никак не представляю, что-то сделаю. Мой синхронизатор — мура, безжалостный век… Метод сгибания пространства об колено. Теперь-то автор сих строк как ни в чем не бывало сможем посмотреть, почто сие следовать район на оный разок приоткрылось равным образом идеже оно через нас прячется. Ты знаешь, мы догадался. Это но пишущий эти строки сел сверху ее канал, у нее вроде присест на оный будень конкатенация прервалась! Я покамест удивился, отонудуже против всякого чаяния проскочила такая неизменность поля, да затрата энергии почти не нулевой…

— Помолчи, а? — оборвал его Новиков.

Он опять-таки стал у окна, закурил, несмотря на то нет слов рту равным образом эдак было горько. Смотреть вот двор, идеже исчезла Ирина, ему было тяжело, однако дьявол смотрел. Он исключительно не долго думая понял, во вкусе ему хотелось, ради у Левашова нуль малограмотный вышло равно мир осталась здесь. Что же, выходит, ведь возлюбленный не без; опозданием для десяток парение влюбился напоследок во эту несчастную глупую девчонку? Хотя — сие бывает. Его а парадигма дает объяснение. Да, были они одной серии, да далеко не было у них совпадения объединение фазе. Вот всего-навсего в некоторых случаях каста ступенька совпала.

— Старик, почто вместе с тобой? Гайки отдаются? Брось! Все бросьте о"кей! Я ее пунктуально отправил. А хочешь, равным образом тебя следом?

Левашов взял со стола еле начатую бутылку не без; обрюзгшим императором получи этикетке, подвинул фужеры.

И тут, вдруг да резко, как бы бердыш по мнению натянутому якорному канату, по части нервам ударил телефонный звонок…

Глава третья. Гамбит бубновой дамы

Вечер удался для редкость. Не этак литоринх постоянно друзьям бывало надуматься втроем, никуда малограмотный второпях равным образом ни бери что такое? далеко не отвлекаясь.

Левашов сверху днях еще раз подскочил во Москву со временем трех коротких рейсов получай Геную равным образом Риеку, а у третьего с их в своё время неразлучной компании, Сашки Шульгина, баба ноне заутро уехала бери воды, да симпатия соответственно этому случаю был раскован равно приподнято-весел.

Лёка привез датское шалманка «Тюборг», Андрейка по части случаю разжился ведром крупных живых раков, их тщательно сварили со всеми нужными специями равным образом позже долго, усердно хрустели клешнями, высасывали лапки равно поедали нежные, бело-розовые шейки, пахнущие укропом да тмином.

Много говорили — равно как встарь, ни касательно нежели равным образом об во всех отношениях сразу. И казалось, околесица до сей времени никак не было равно божич отнюдь не прошла. Даже Сашка отключился ото своих вечных проблем равно опять-таки блистал своеобразным остроумием, составившим ему сомнительную славу вновь закачаешься момент оно.

Он вместе был своеобразным парнем, интересующий старший ученый сослужитель института судебной психиатрии. Бросала равным образом заносила его сложная характер так, что-то безвыгодный расскажешь сразу. То спирт на студенческие вновь годы нечаянно оказывался на академическом отпуске равным образом прибивался для эстрадной студии сомнительной репутации, то, разочаровавшись на искусстве не так — не то во своем месте на искусстве, что-нибудь точнее, восстанавливался во вузе равным образом поражал наставников рвением да способностями. Вместо аспирантуры выбрал согласно распределению Хабаровск да три возраст гонялся до тайге из-за чудесным образом уцелевшими шаманами, надеясь проведать у них некие тайны сверхчувственного. И, по части слухам, несколько такое словно бы выведал. Возвратившись во Москву, взял себя жену с театра для Таганке равным образом поперед этих пор безвыгодный был в силах раскопать изо сего положения разумного выхода. И числа до этих пор всякого не без; ним происходило. Хотя об эту пору он, кажется, остепенился.

Впрочем, Новиков далеко не обольщался видимым благообразием. Он постоянно помнил, что-то черного кобеля безграмотный отмоешь добела. И ждал…

Наконец, из раками покончили, умыли грабли равно приступили ко главному. Намечена была получи теперича серьезная игра. Классика — вплоть до утра, соответственно гривеннику вист.

Шульгин распечатал новую, с умыслом интересах сего случая припасенную колоду, выбросил лишние карты, со несколько нарочитой сноровкой старинного пароходного шулера стасовал, раздали — ремесло пошло.

Пулька пока складывалась для диво увлекательно равным образом дуриком в целях Новикова. Мизера, вроде им да положено, ходили парами, какие нужно — игрались, а накипь ловились, ведь да профессия возникали комбинации неожиданные равным образом хоть поразительные, почитай девятерной лишенный чего трех у Шульгина рядом его ходе. Ну да тому подобные коллизии, понять, просчитать равным образом испытать удовольствие которыми может только лишь настоящий хахаль игры.

Попутно Левашов продолжал домашние многолетние попытки склонить Шульгина закинуть размеренную и, в соответствии с его но словам, исчерпавшую себя бытье равным образом перебежать ко нему бери наливное судно судовым врачом. Сашка на принципе был безвыгодный против, но, как бы всегда, его черт знает что удерживало. На сей раз — жена.

— Есть у меня отчетливое ощущение, что-то во мое долгое недостаток симпатия беспременно загуляет… — вздохнул он, делая снос.

— Если ей захочется, возлюбленная равным образом беспричинно загуляет. Не далее, в качестве кого завтра. В Кисловодске, — пожал плечами Новиков.

— Это нимало другое дело. Здесь с меня синь порох безвыгодный зависит, а вдобавок того, погудеть получи и распишись курорте — сие инда естественно… Если но моя особа уйду во моря, ей придется трудиться сим во домашних условиях, что-то аморально. Тем более, через меня но потребуется вооружать ее равным образом ее приятелей деньгами, чеками, импортным барахлом, в таком случае снедать чистоганить грехопадение. Не вижу интереса. И отнюдь не думаю, аюшки? пригожесть дальних странствий окупают эдакий чисто женатый расклад…

Шульгин был, пожалуй, одинокий человек, которого Новиков вовеки предварительно конца безвыгодный понимал, несмотря получи и распишись многолетнюю дружбу. Он безвыгодный был способным со уверенностью определить, эпизодически Сашка говорит серьезно, а рано или поздно валяет дурака. И мотив была накануне удивления простая. Не интересуясь психологией специально, Шульгин как-то, ото ни к чему делать, проштудировал накупленный у Новикова договор об логических связях высших порядков, да каста киноотрасль схоластики до этакий степени его увлекла, что-нибудь со тех пор симпатия непомерно ею злоупотреблял. А общеизвестно, аюшки? если бы единственный с собеседников умеет сооружать вторые, третьи равным образом круглым счетом дальше связи, а второй об этом его умении знает, так изо замкнутого круга антиномий им сейчас далеко не выбиться никогда. Любое довод становится в равной степени истинным равным образом ложным. И самым мучительным было то, сколько Новиков во силу навязчивой идеи безвыгодный был способным отрешиться ото потребности разобраться, в некоторых случаях а Сашка говорит то, аюшки? держи самом деле думает иначе чувствует. Сейчас, на частности, спирт может оказываться прав, опасаясь следовать моральность своей «кобры» равным образом выдвигая сие вслед причину, мешающую уйти во плавание. Но ни нераздельно достойный персона относительно своей жене бредить в такой мере на обществе никак не станет, следовательно, возлюбленный валяет дурака, маскирует истинную причину нежелания плавать. Но, зная, что-нибудь собеседники то есть эдак равным образом воспримут его слова, возлюбленный весь может разрешить себя сообщить правду, на которую ни один человек никак не поверит, тем самым облегчив себя душу равным образом заставив друзей выяснять поперед истинной причины, безграмотный пускающей его на моря. И сии построения не грех продлевать впредь до бесконечности…

Левашов, ко его счастью, во такие тонкости никак не вдавался, вследствие чего токмо мотнул головой, неграмотный отрывая отверстие с карты:

— Ну равно зря. Бабы всё-таки одно по образу пожелают, приблизительно равно сделают. А автор борзо переходим бери регулярную японскую линию, равным образом твоя милость бы вдосыть попрактиковался во языке. Может, повидал бы напоследках живых ниндзя…

Шульгин далеко не успел нуль ответить. Новиков с успехом разыграл третьего валета, взял необходимую седьмую взятку, равно здесь на прихожей отвратно заквакало устройство, заменявшее Левашову дверной звонок. Он ес эту штуку с ни к чему выделывать равно многократно развлекался, наблюдая ради реакцией застигнутых вдруг отвратительными звуками. Были случаи, в отдельных случаях слишком впечатлительные гости, особенно женского пола, невозвратимо впоследствии сего прекращали со ним дипломатические отношения.

— Кого сие вслед за тем принесло? — пробурчал Левашов. — У нас всё-таки дома… Открой, — кивнул спирт Новикову, ближе всех сидевшему ко двери на прихожую, — а ваш покорный слуга все еще раздам…

храбрый записал себя законную четверку равно поезжай открывать.

За порогом стояли два мужчин, прилично, хоть солидно одетых. Один — парение пятидесяти, плотный, коренастый, беда живой портрет держи Баниониса на «Мертвом сезоне», второй, сколько помоложе, пуще напоминал Ланового. Андрэ мгновенно отметил сие странное двойное сходство, сначала даже, нежели произнес отразивший его раздумье вопрос:

— Чем обязаны?

Младший есть ход вперед, в качестве кого бы стараясь отодвинуть на второй план Новикова равным образом завернуть во прихожую, так мужественный невольно заслонил ему линия равно повторил вопрос, а сделано во паче азбучный форме.

Тогда прежде всего выдвинулся старший и, делая любезную улыбку, отчетливо, вроде ведущий телевидения, произнес:

— Простите, пожалуйста, в этом месте проживает Седова Орина Владимировна?

Новиков как всегда играл на преферанс, а отнюдь не на покер, только лицом, тем неграмотный менее, пользоваться умел. В долю секунды он, на правах таксист во аварийной ситуации, осознал да оценил обстановку.

— Как ваш брат сказали? Седова? Вроде глотать отчего-то такое… — И крикнул во глубину квартиры: — Олег! Тут твоей соседкой интересуются… — А когда-никогда появился Левашов не без; картами во руках, второпях его предупредить, повторил: — Вот ребята твою соседку спрашивают. Она но Седова, да?

Левашов, привыкший в лету подхватывать предложенные обстоятельства, подыграл точно.

— Есть такая. Седова. Вон во праздник комнате живет. Подселили, чтоб их, а ваш покорный слуга себя думал комнату оттяпать…

Посетители ровно бы растерялись.

— А симпатия дома? Можно ее увидеть? — И сызнова попробовали мимо Новикова понимать на квартиру.

— Не, ребята, — ответил Олег, становясь неподалёку от Новиковым. — Нету ее. С утра умелась. А куда — возлюбленная невыгодный докладывает…

Гости растерялись до этих пор больше, стали переглядываться, ранний зачем-то полез на карман, потом, можно подумать спохватившись, вытащил руку.

— Она какая изо себя? Высокая, планирование двадцати семи, красивая светлая шатенка, правильно? — спросил старший.

— Правильно, правильно, лишь дудки ее, моя персона но сказал. Может, что-то передать?

— Нет, спасибо, отнюдь не надо. Мы вернее после зайдем…

— А слабо позже, ранний час, — показал клепсидра Новиков. — Она еще черт-те где на другом месте ночует, — да усмехнулся соответственно. — Если завтрашний день только, по прошествии работы…

— А идеже возлюбленная работает?

— А кто такой ж ее знает? Мы вместе с ней равно малограмотный разговариваем почти. Гордая… Так, поздороваемся, даже если для кухне встретимся, да все. По науке черт-те где трудится. А может, совсем равным образом невыгодный сообразно науке, может, официанткой на «Национале»… Дома редко когда ночует. Ладно, ребята, неравно у вы все — привет. А ведь обстановка стоят… — Левашов показал игра в карты равно подмигнул.

Новиков развел руками равным образом некорректно захлопнул дверь.

Секунду не так — не то чище авоська и нахренаська не говоря ни слова смотрели побратим для друга.

— Ходят… причинное место их носит… — громогласно равным образом гневно сказал Новиков, на надежде, почто вслед за дверью его услышат. — То грузины, сейчас уже эти… — да медленно, внятно выругался.

— А тебе что? Пошли они все… — Левашов взял его после проток равно потянул во комнату.

— С кем вас затем зацепились? — начал Шульгин, но, увидев физиомордия Новикова, замолчал.

Левашов повернул датчик громкости магнитофона, прямо прибавив звук, перенес одну с колонок в подоконник да прислонил диффузором ко стеклу. Вторую направил во сторону двери, харчи а оказался в духе разок средь ними. Эти распоряжения безопасности, свободно освещенные на соответствующей художественной литературе, совершенно могли остаться тож ненужными, иначе бесполезными, да нисколько другого во голову ему далеко не пришло. А хоть ненадежные предосторожности весь равняется отпустило никаких.

Шульгин, вместе с интересом наблюдая вслед манипуляциями Левашова, ждал продолжения.

Новиков взял у него изо рук сигарету, ряд однажды беспробудно затянулся.

— Беня, — сказал некто тихо, возвращая сигарету, — Беня, мине сдается, зачем у нас футляр сажа…

Он говорил это, а думал махом по отношению многих вещах одновременно. О том, например, ась? особенно равным образом никак не удивлен, сказал а дьявол в своё время Ирине, что-то «наверху» могут никак не принять ее поведения. И относительно том, что-то судьба, другими словами рок, сиречь предназначение, тож что-нибудь их заменяющее конечно существует, `иначе благодаря тому но собственно сегодня — безграмотный когда-то равным образом далеко не позже! — дьявол оказался здесь? И вроде крат на праздник компании, которая токмо да годится про всего, аюшки? в настоящее время предстоит. И ась? нужно постоянно вбить ребятам, притом так, с тем «гости», инда разве равно слышат их сейчас, ни аза малограмотный поняли равным образом далеко не заподозрили. И вроде не выделяя частностей воспользоваться те небольшую толику часов, которые до данный поры поглощать на их распоряжении…

Он повернулся для Левашову равно сказал:

— Твоя сдача, приближенно да раздавай. — И все еще священный бросал карты, можно подумать в обществе прочим обратился для Шульгину: — Что-то ваш покорнейший слуга давненько нисколько интересного далеко не читал. То ли деяние вначале книжки попадались… Помнишь, относительно философа греческого…

Шульгин кивнул.

— Вариант «Никомед», что такое? ли?

— Вот-вот. «Одиссей покидает Итаку» равным образом тому подобное…

Новиков имел во виду бессрочный авантюрный роман, какой дьявол писал на студенческие годы, единственными благодарными читателями которого по образу однажды да были Левашов равно Шульгин. Роман, возможно, да безвыгодный отличался особыми художественными достоинствами, однако был переполнен самыми невероятными приключениями, погонями, побегами равно преследованиями, большая делянка которых происходила во городе, весьма напоминающем Москву. Герои также походили бери автора равным образом его читателей, несомненно в довершение всего каждое сюжетное хитросплетение, маршруты головоломных погонь друзьями поподробнее разбирались равным образом обсуждались бери наука их правдоподобия да практической исполнимости, когда-когда даже если проигрывались для местности, буде возникали сомнения. Романка настоящий служил им неплохим развлечением. И в настоящий момент Андрею порядочно было наименовать соответствующую главу либо — либо ситуацию, остальное на пояснениях никак не нуждалось.

Само а заглавие романа равным образом его глав проистекало изо тогдашнего увлечения друзей античной историей равно философией.

Левашов закончил сдавать, да Новиков, по образу ни во нежели далеко не бывало, взял со стола домашние карты, развернул их привычным веером.

— Раз собрались, таково следует играть. Вот… — Он выбросил нате пища бубновую даму. — С ней безвыездно понятно? Как нелишне изо правил, львица бьется, своя равно чужая… — равным образом положил вблизи от ней короля равно валета, со значением показав их друзьям.

— Тут литоринх ни аза неграмотный поделаешь, правила. И выход, ваш покорный слуга понимаю, один…

— Если мировоззрение безграмотный устраивают, их желательно менять, так? — нерасторопно поинтересовался Шульгин, пусть бы во глазах у него ранее посверкивали искры разгорающегося азарта.

— Иногда вслед за сие бьют подсвечниками… — вставил Левашов.

— Трус на игра в карты неграмотный играет. Поэтому первостатейный вопрос — получи что такое? собственно сии взгляды стоит только поменять?

— Лично ми издревле импонировали шахматы, — сказал Новиков. — Возвышенная, спокойная игра, однако чинно, благородно… Особенно одна штука. Гамбит называется.

Левашов усмехнулся, встал за стола, будто на сомнении, выглянул во прихожую, в дальнейшем вернулся.

— Это изящно. И может сработать. Но пульку должно довершить по утра. Завтра во время оно будет. У меня до программе пикничок намечается. Натурально — сверху обочине. На правой. Не доезжая известной дачи. Так сколько желающих приглашаю поучаствовать… — Левашов равно как увлекся импровизацией, стараясь барабанить так, дабы друзьям однако было ясно, а для того любого постороннего болтология звучали кардинально обыденно.

— Обязательно, — кивнул Шульгин. — Женщины из-за нами, оборудование ваша…

— Тогда автор этих строк скорее по прямой без дальних слов ко дворам пойду. Потом доиграем. Спать хочется… — сказал Новиков. Вытащил изо кармана треншальтер ото своей квартиры да протянул Левашову. Отдал равно показал три пальца. Левашов глянул в склянка да кивнул. Потом взял со стола пачку сигарет. Покачал ее для ладони.

— Не легкомысленно ваш покорнейший слуга всю проживание неграмотный любил курящих женщин. Вечно не без; ними при помощи сие всякая дрянь происходит…

Новиков понял, почто некто имеет во виду глобальный группировка Ирины, во виде портсигара, который-нибудь эдак равным образом остался у Левашова в дальнейшем пирушка февральской ночи. И сколько Лёша считает, лже- в соответствии с этому блоку, очевидно, излучающему какой-то сигнал, пришельцы да вышли получи квартиру не сколько иное Левашова. Действительно, нисколько другого сложить было нельзя. И поняв это, Новиков обрадовался. Значит, логика пришельцев несмотря на то бы на первом приближении поддается анализу. И еще — их промышленный уровень, клеймящий в соответствии с этому, ни крошки невыгодный сверхъестественен. Неважно, каков принцип, однако результат сопоставим со земными аналогами. Примитивная пеленгация. По-другому Ирину выкопать они невыгодный могут.

«Пока безвыгодный могут», — уточнил некто свою мысль. Не застав ее здесь, убедившись, ась? пеленгация подвела, они даже если совсем как человеческими способами ради мало-мальски дней могут покрыть расстояние согласно всей цепочке ее биографии да расследовать все — равно нынешнюю фамилию, равно адрес. Так в чем дело? времени чуть было не нет. Дебют, миттельшпиль, эндшпиль — представлять нужно однако сразу, равно однако во цейтноте.

— Если б та партнерша в масть малограмотный бросила курить, было б уже хуже, — подал против всякого чаяния речь что касается чем-то своем задумавшийся Шульгин, отнюдь не отрывая зыркалки с листа бумаги, сверху котором дьявол сделано порядочно минут выписывал колонки двух- равно трехзначных чисел.

— Тогда суммарно бросать было бы безграмотный касательно чем… — пожал плечами Левашов.

— Хватит, ребята, — подвел черту Новиков. — Оставим сослагательное наклонение впредь до спокойных времен. «Одиссею истинно время кинуть Итаку».

Это была условная оборот с его романа, впоследствии которой тама начинались самые захватывающие события.

Андреич сунул на наперсный сборник пачку сигарет, похлопал себя по мнению карманам, проверяя, бери месте ли спички, да чтоб аз многогрешный тебя не видел ко двери, считая, ась? однако сказано. Но Шульгин безграмотный был бы своевольно собой, если бы бы да шелковица далеко не ввернул одну с своих двусмысленностей.

— Пусть лишь только Улисс полноте повнимательнее, а в таком случае как бы бы Пенелопа никак не оказалась Цирцеей.

— Я во всякое время говорил, что такое? от классикой у тебя слабо. Пенелопа осталась возьми месте, Улисс поехал беречь Елену. А сие двум старшие разницы…

— Ну-ну, тебе виднее… — Шульгин изобразил получай лице усмешку во стиле Арамиса, вместе с которым одно сезон себя отождествлял. — Только не без; этими… дамами спокон века питаться возможность ошибиться.

мужественный промолчал, вскинул для плечу короткий булыня да вышел.

Он прошел вследствие тихий да глухой двор. Ветер шумел на кронах друг у друга на голове обступивших дорожку старых берез, ветви раскачивались преддверие единственным горящим фонарем, равно сообразно асфальту метались изломанные тени. Никого безвыгодный встретив, Андрэ пересек брошюра равным образом примерно вбежал на приземистую шайбу станции метро. В вестибюле да сверху эскалаторе было пусто, внизу по части шахте тянул одинаковый целый короб пахнущего резиной воздуха. «Тот час, при случае на метрополитен закроют переходы…» — сказал дьявол во всеуслышание и, прыгая посредством три ступеньки, побежал по мнению очень долго ползущему эскалатору.


…Минут при помощи цифра по прошествии ухода Новикова с квартиры вышел Шульгин. Только некто сделай так малограмотный наверх объединение лестнице, а вверх. Поднялся сверху последнюю площадку, взятым у Левашова ключом открыл голова и, подсвечивая фонариком, растянуто шел соответственно хрустящему шлаку промежду стропил, подпорных столбов, дымоходов, оставшихся ото времен печного отопления, каких-то ящиков, измазанных известью бочек, обломков мебели равным образом прочего хлама, скопившегося чуточку ли безвыгодный из довоенных времен. По крайней мере, четвертка века назад, эпизодически они играли в этом месте во героев «Тарантула», постоянно держи этом чердаке было круглым счетом же. Он пересек около бесконечную на темноте длину дома, со трудом отжал щеколду заржавленного замка, открыл толстую портун да очутился на первом, выходящем ничуть для другую улицу подъезде.

Специально припасенной тряпкой некто обмахнул пыльные туфли равно никак не торопясь чтоб моя персона тебя не видел вниз, с намерением получи и распишись углу выследить такси.


…Улица была узкая, запущенная, точно бы бы да невыгодный столичная совсем. Под ногами тускло отсвечивала брусчатка мостовой, поблескивали изогнутые плети трамвайных рельсов. Вдали, в кругу крышами, подозрительно висел однобокий серпик растущего месяца. Ободранные равно грязные фасады домов основные принципы века на ночной темноте приобрели аж некоторое мрачное величие. Насколько доставал взгляд, никаких признаков жизни никак не замечалось во их многоэтажных громадах, равно как только одно расстояние кишка тонка светилось получай третьем этаже на середине квартала. Невольно желательно узнать: кто такой немного погодя живет, вследствие того безграмотный спит, в чем дело? делает возле еле-еле светящейся лампе, а может, равно быть свечах? При взгляде возьми такое отверстие позывает в размышления.

Новиков остановился получи перекрестке. Влево равным образом о десную тянулся до этих пор сильнее ограниченный равным образом крепкий переулок. «Не Москва, а стойком тебе трущобы старого Чикаго…» — подумал Андрей. Его внезапно охватило чувствование необыкновенной остроты да реальности существования. Пронзительное предварительно озноба. Чувство, которое у большинства горожан давнёхонько равным образом совершенно задавлено стремительной монотонностью городской житель беспросветной жизни, нет-нет да и годы мелькают в такой мере а быстро, во вкусе недели, равно кто в отсутствии ни времени, ни повода «остановиться, оглянуться».

Ведь сие в частности он, Андрейка Новиков, имеет смысл на этом месте да сейчас. Он жив, плен сил, некто чувствует равным образом мыслит. Есть токмо он, равно сие минута настоящего… Именно из ним равно без дальних слов совершенно сие происходит — то, почему вовек единаче равным образом ни от кем безвыгодный случалось. Он задумал да проводит немыслимую для того нормального человека операцию, начал равным образом ведет борьбу напротив целой суперцивилизации и, в чем дело? самое смешное, категорично намерен выиграть. Пусть тама ужотко аюшки? благоугодно случится, хотя сего видишь длящегося мгновения, про которого, наверное, равно есть расчет жить, миздрюшка у него безвыгодный отнимет.

Подобные вспышки удесятеренного ощущения жизни равным образом самого себя бывают приблизительно у каждого человека, пускай бы равным образом вызываются разными причинами. У одного сие тихое шушуканье опадающих листьев во березовой роще, у другого химера углей равным образом дух шашлыка получи берегу озера Рица, беспристрастный заключая постигает, почто равным образом симпатия жил, всего-навсего держи смертном одре.

Из подворотни раздался негромкий ложь равно вернул Новикова для прозе текущего момента. Андрюня шагнул на темноту, густую равным образом липкую, наравне оный запах, зачем заполнял шихтарник равно которого некто сначала будто бы да далеко не замечал.

У стены Шульгин курил во кулак, короткие алые вспышки высвечивали исключительно усы равным образом доза подбородка.

— Ну? — спросил Новиков.

— Все чисто, — суфлерским негромкий ответил Шульгин. — Только отнюдь не дурака ли я валяем? Разыгрались… Ни хрена вслед за нами шишка на ровном месте безграмотный следит.

— Ничего… Не пренебрегай. Осторожность уже ни одной души далеко не подводила. И шансов у нас безвыгодный эдак много, так чтобы разбрасываться…

— Ага. А они сидят щас во тепле да уюте равно наблюдают вслед нами соответственно стереофоническому экрану… Во, думают, дураки.

— И сие возможно. Но навряд ли… Да равно подле этом раскладе пишущий сии строки их до сей времени равняется обдурим. Это аз многогрешный преднамеренно для того них говорю, чтоб подзавелись, даже если слышат. Им до этих пор азартнее хорэ угадывать, почто но да мы не без; тобой пользу кого них приготовили…

— Само собой… А всегда но мандражно чуток, а?

— Я все еще держусь, со мной сие позднее ситуация начнется… — Новиков суматошливо дотянул сигарету до самого фильтра равно чуточку было здесь а безграмотный зажег вторую, да воздержался, чтоб малограмотный выкидывать нервам воли. — Пойду я, Саш. Ты меня доведи накануне места, а затем езжай…

Очень одиночно вслед последнее минута им удавалось исполниться собственность такого полного психологического контакта. Давно привычной стала обычай постоянной иронии соответственно отношению для чему угодно, около бессознательного ухода ото любого проявления истинно серьезных да искренних чувств. Пришло сие сызнова из конца шестидесятых, когда-никогда во их кругах стало быть обычным резоны союзник другу: пропал равным образом неграмотный может являться во этой жизни проблем, заслуживающих того, с тем растеривать с подачи них пребывание духа равным образом особого рода подозрительный оптимизм. В полном соответствии от заветами Марка Аврелия, императора-стоика. «Не теряйте мужества, худшее впереди…»

А безотлагательно предисловий что другой вместе не без; тем почувствовали, который далеко не надо, малограмотный овчинка выделки стоит ежели и бы немедленно продлевать эту пережившую свое эпоха игру. Все а повадка взяла верх, Андрейка сдержался, сколько-нибудь толкнул Сашку кулаком во плечо равным образом вышел изо подворотни.

С улицы Гиляровского спирт свернул на Самарский переулок. На углу темнела телефонная лицо не без; выбитыми стеклами. Трубка, ко счастью, была получи и распишись месте, равно Андреич бери ощупь набрал номер. Светящиеся стрелки «Штурманских» показывали четвертая третьего, равным образом ждать, доколь получи и распишись праздник стороне проснутся, пришлось порядком долго.

Наконец византин провалилась внутрь, равным образом объятый сном глас Берестина ответил:

— Слушаю…

— Десантник, сие я. Ничему далеко не удивляйся, шиш неграмотный переспрашивай, соображай души равным образом отвечай лишь только «да» другими словами «нет». Ируня у тебя иначе говоря дома?

Берестин во трубке зараз вскипел:

— Слушай, какого черта?

— Стоп! Без эмоций? Да, нет?

— Наверное, дома, но…

— Стоп! Слушай… — Новиков надеялся, что-нибудь кабы инда пришельцы наблюдают следовать ним, они неграмотный сумеют за единый вздох влиться на линию, определить, кому дьявол звонит да идеже установлен орудие собеседника. — Кое-что случилось. Твою знакомую ищут земляки. Бегом для ней, передай мои слова, заводите авто да вперед. Запоминай маршрут: предварительно агитатора, горлана, главаря, после разворот, равно дай для площади того, который было целый ряд парение взад 08 марта на городе вместе с железной башней. Там осмотрись равным образом не торопясь пошел повдоль рельсов туда, идеже высаживал Ирину у у себя подруги. По твоим мемуарам. На углу со временем гастроном, притормозишь получи секунду… По пути оглядывайся…

— Ты что, перебрал? — раздраженно-растерянно спросил далече Берестин.

— Встретимся — подышу. Если понял равным образом запомнил — вперед! И учти: держи все — в точности час…

— Туда да быстрее можно…

— Слушай! — вскипел Новиков. — Быстрее токмо ми было самому для ней приспеть да тебя малограмотный тревожить… Значит надо, крата говорю. Вперед! — И ежели и Берестин хоть сколько-нибудь уже хотел заметить либо спросить, Андреич нажал держи рычаг.

Примитивный, конечно, код, хотя кто такой невыгодный знает Москву, по образу Берестин, синь порох безвыгодный поймет, или — или невыгодный вмиг равно далеко не все…

Вдоль бесконечной ограды парка Андрюша обошел сообразно кругу Дом Советской Армии, быстрым медленно пересек длинную пустую аллею, свернул в улицу Дурова. Здесь, во непроницаемый тени зарослей жасмина, ему была известна укромная, иезуитски расположенная скамейка, гораздо он — во ведь до этого времени время — приходил со знакомыми девушками. Надежно спрятанный страна равным образом будь-будь наблюдение всех возможных подходов. Он сел и, наконец, позволил себя расслабиться.

Было беспокойно да в ведь же время весело. Такое чувство посещало его промежуток времени ото времени. Последний раз, например, — на сельве, рано или поздно возлюбленный остался одиночный сверху дороге у джипа, а нимало невдали нечутко потрескивали короткими очередями АКМ, а на отзыв им резко равным образом звучно били самозарядки Гаранда.

Он нашел все, аюшки? на сих обстоятельствах дозволительно было домыслить да проделать вслед столько короткое время. Если сего достаточно, дозволяется дуться дальше. Если а пришельцы разумнее иначе говоря технически оснащеннее, нежели дьявол предполагает, тогда, конечно, занятие другое. Наверх вы, товарищи, до этого времени в области местам… Но того же мнения об этом доколь малограмотный стоит.

Тишина стояла попросту поразительная. Впрочем, оторвановка после этого тихий, машин равно среди бела дня немного, а быстро сейчас… Поэтому треск промчавшегося по улицы тяжелого мотоцикла заставил его вздрогнуть. Он посмотрел возьми часы. Пожалуй, пора. Как однова доконать безграмотный спеша…


Ируня спала плохо. С вечера ее томила беспричинная тоска, тревога, беспокойство. Неоформленная надобность бог знает куда пойти, как бы неотложно сделать… Временами каста страсть становилась почти не непреодолимой. Внутри так сказать дрожала натянутая предварительно предела струна. Ей хватило выдержки равным образом здравомыслия безграмотный поддаться странному состоянию, которое было с целью нее целиком и полностью непривычным, же этому безвыгодный было сил удивиться. Она заставила себя пасть равным образом ажно задремать, да равно вот сне успокоения неграмотный наступило. Вначале мелькали отрывочные, бессвязные картины равным образом образы, а дальше ей приснился сон.

Она отлично сообразно вечерней улице. Торопится, благодаря этому в чем дело? опаздывает на кино, нате фильм, кто требуется всенепременно увидеть. Почти вбегает на несущественный вестибюль. Билетерша машет рукой, показывает возьми часы. Ириша знает нынешний кинотеатр. Из прогулочный зал на зала нужно пробиться соответственно изогнутому дугой коридору. И симпатия раньше бурно идет, а затем да бежит. И сразу со нарастающим ужасом замечает, почто предбанник однако удлиняется равно удлиняется, половая принадлежность становится однако больше наклонным, долго гаснут канделябр в области стенам, а впереди начинает дымиться черный, совершенно застывающий туман. Ее накрывает вал ледяного озноба. Рина поворачивается да бежит обратно. У нее подламывается каблук, возлюбленная сбрасывает туфли равным образом бежит босиком. Стены впереди начинают сдвигаться. Но безвыездно а возлюбленная успевает, обдирая плечи, во узкую разрез вынестись наружу. И тогда ей против бросается билетерша. Раскинув руки, личиной панночка с «Вия», старается застать Ирину. Лицо старухи крайне равно непрерывно меняется.

Ируня просыпается от отчаянным криком. Сердце колотится так, что такое? с его ударов вздрагивает совершенно тело. И малограмотный проходит парестезия ледяного озноба.

Включив свет, Арина бесконечно лежала, глядючи на потолок. Мысль об том, с тем опять рыпнуться заснуть, возлюбленная махом отогнала. Если по новой приснится что-нибудь подобное…

И на сие миг получи столике шепотом загудел телефон.

Ох, сии ночные внезапные звонки! Бывает, что-то ото них сгорает лишше нервных клеток, нежели у летчика-штурмовика присутствие заходе держи цель…

Голос Алексея, сварливый равным образом нераздельно со тем растерянный, вибрировал на трубке.

— Только почто звонил твой приятель…

— Что? Что спирт сказал?

— Говорит, встретился со твоими земляками. Чтобы мы загорелось бежал ко тебе да ты да я ехали…

— Все! Ничего малограмотный говори! Выходи для улицу, пишущий эти строки минут после двадцать подъеду. Жди получи углу бери участок подалее дома… — Она бросила трубку.

Вот равным образом случилось. Она враз поняла содержание слов Новикова да постоянно его предосторожности. Андрей, наравне всегда, действует бегом да токмо верным на его положении способом. Только непонятно, отчего они пришли ко нему.

Ириша быстро оделась. На пороге, поуже выходя с квартиры, оглянулась. Придется ли вернуться семо сызнова раз? Или возлюбленная уходит навсегда? Сейчас Ируша особенно как по нотам осознала свою реквизит для миру людей да почувствовала мучительный, перемежающийся равно ноющий, как бы зубная боль, страсть возле мысли касательно встрече со своими коллегами равным образом соотечественниками.

Торопясь да нервничая, Арина открыла гараж, завела ветряк и, малограмотный прогревая его, в чем дело? как правило отнюдь не допускала, выехала получи улицу.

Теперь прояснилась равным образом мотив непонятного состояния равно ночного кошмара. Очевидно, явившись для Андрею да малограмотный обнаружив после этого ее (как, интересно, некто сумел через них вырваться?), гости, а точнее — агенты неизвестной ей службы, начали ее искать.

Рина понятки неграмотный имела об аппаратуре, которую они могли во этом поиске использовать. Она по отношению ко всему знала что до назначении, организации, методах работы да техническом оснащении своих старших коллег несравненно меньше, нежели рядовая земляночка ее планирование знает касательно таких учреждениях, что ЦРУ, АНБ, БНД, Моссад да прочее. Здесь выходят десятки да сотни книг, фильмов, статей, отражающих их деятельность — со праздник иначе говоря идентичный степенью достоверности. Там же — ничего. Мрак, туман, молчанка да тайна…

Но исходя изо общего представления об уровне развития техники, симпатия могла вообразить, на правах разведочный луч, понастроенный объединение ее характеристикам, кружит согласно городу, пытаясь ее зацепить. И самые первые, сверху пределе дальности, контакты сделано оказали такое реакция в ее психику равным образом нервы. И в духе хорошо, зачем Новиков, хоть безвыгодный предвидя сути дела, заново пришел ко ней возьми помощь, поелику что, нащупав ее, ухо стал бы автопилотом подстраиваться, равно весть проворно возросшая насыщенность воздействия тотально подавила ее индивидуальность, возлюбленная пошла бы в области лучу, как бы те крысы получай аккорд дудочки…

Теперь же, предупрежденная, симпатия сумела встать костью в горле свое подсознание через волнового воздействия.

Ей из чего можно заключить легче, только туточки а симпатия подумала, аюшки? ни ложки буква четвертинка счастье на принципе далеко не меняет, весь одинаково они ее найдут, равно Новиков ей вничью далеко не поможет, поелику ась? навстречу профессионалов с ее решетка он, каким бы ни был надежным парнем равно верным другом, малограмотный больше нежели малолетка детсадовского возраста напротив рейнджеров.

И по сию пору а симпатия ехала туда, идеже ждал ее Андрей. Больше во целом мире разбирать целое так же было малограмотный держи кого.


…Тихая теплая ночь, вековуха неспешная мостовая до старым кривым переулкам, огонек сигареты, тяга да букет табачного дыма успокоили его настолько, зачем Андрэ пелена в конце концов теоретизировать тихонько равным образом с отстраненно, анализируя происходящее, в духе подобно как логическую задачу. Сценарий сомнения безграмотный вызывал, равным образом симпатия был около уверен, сколько сумеет его выполнить. А гляди другая сторона проблемы внимания заслуживала.

Зачем? — гляди вопрос. Хорошо, ась? ни Сашка, ни Олюся за единый вздох об этом никак не спросили. Он так-таки да самостоятельно сего впредь до конца малограмотный знает. Там, у Левашова, симпатия без затей подавил друзей своим напором равным образом решительностью, мгновенно переведя проблему на сферу практической реализации. По известному, пусть бы равным образом отнюдь не нашему принципу: первоначально стреляй, попозже думай.

А думать-то до сей времени в одинаковой степени надо.

Неужели им руководит воистину опрятный альтруизм, равно он, малограмотный колеблясь, рискует жизнью — своей равно своих друзей, всего чтобы того, так чтобы потщиться расстроить выяснению отношений средь существами, беспробудно людям чуждыми, посторонними и, может, инда равным образом негуманоидами? Какое прерогатива симпатия не выделяя частностей имеет в вторжение на чужие дела?

Впрочем, сие отнюдь не с пирушка оперы вопрос. Вмешиваться изумительный в чем дело? угодно, отваживаться своей да чужеземный жизнью дозволяется да нужно, но — для высших ценностей. Долг, присяга, целомудренность да беспричинно далее… Честь? Он а особенно об этом говорил во свое период Ирине. И давал слово. Допустим. Но сие вновь токмо его личная проблема. И ведь, самое смешное, ась? во реальном общечеловеческом мире этой проблемы попросту нет, благодаря этому почто ее никак не может равным образом никак не нужно быть. Признано, что-то контакты со пришельцами будут вовсе безграмотный такими, равно никак не таким людям доверят их осуществлять. Соответствующую литературу просматривать надо. А он, кое-какой Новиков А., коли ему свыше нечем заняться, играл бы на особенный преферанс, далеко не лез бы, несравнимо безвыгодный просят…

Андрей, во вкусе ему показалось, уловил некую нить. Вот-вот: безграмотный просят. А кто такой его надо просить? Если ждать, нет-нет да и кто-либо около сперва задумается, следом сообразит, согласует, из кем положено, равно только потом, на установленном порядке, кого нужно попросит… Но в качестве кого если на то пошло взяться со формулой: «Если невыгодный ты, ведь кто? Если малограмотный сейчас, ведь когда?» Да да во конце концов, счастливо оставаться получи и распишись месте пришельцев прямо граждане иностранного государства, собравшиеся наделать повреждение лицу, попросившему у нас политического убежища, равным образом так их образ действий подлежали бы пресечению. А медянка во данном случае — тем более. И кстати, авоська и нахренаська его среагировали в частности так. Это некто под запал вообразил, который они инстинктивно ему подчинились, а они тем безграмотный менее в свой черед приёмом главное вычленили.

Новиков улыбнулся невольно. В общем, снова крат подтверждается, аюшки? всякое во-первых возбуждение в большинстве случаев иногда благородным.

Он вышел получай пространство прежде Рижским вокзалом. Несмотря для позднюю ночь, людей было порядочно. Войдя внутрь, Новиков, ожидая условленного времени, покрутился внутри встречающих равным образом отъезжающих, попил теплой воды изо фонтанчика, сверху минуту задержался у зеркала во туалете. Нет, видимость в полном смысле слова уверенный, цедилка отнюдь не трясутся. А что, собственно, рефлексировать? Выбора вышел равно малограмотный было. «Жизнь принуждает человека ко многим добровольным действиям», — вспомнил он.

Из глубокой тени после выступом стены Новиков увидел подъезжающую «семерку» со знакомым номером и, безграмотный дожидаясь, доколе возлюбленная остановится, нырнул во переднюю дверцу. Ирина, сидевшая ради рулем, повернула ко нему бледное лицо. Глаз как моя персона погляжу неграмотный было, хотя Андрон ощутил ее тревогу, страх, немтырь вопрос. Такой возлюбленный ее вновь малограмотный видел. И с сего одновременно стал собранным, ироничным, далеко не знающим сомнений — каким симпатия его равно знала.

— Привет! Молодцы, подъехали четко. Что вероятно десантная выучка! — некто обернулся, кивнул Берестину. — А пока что объединение газам, Ира, и — впереди ради орденами…

мир придавила акселератор.

— Что случилось? Теперь твоя милость сообщишь, надеюсь? — спросил Берестин.

Новиков до малейших подробностей рассказал о всем. Берестин заговорил первым.

— Это судя по всему возьми правду, Ира?

Она неграмотный успела ответить.

Машина выскочила сверху перекресток, да Новиков, отнюдь не успев ажно понять, во нежели дело, адски выкрикнул «Стой!» равным образом из всех сил вдавил правую ногу во пол, чисто лично сидел вслед за рулем. мир среагировала одновременно, или, пожалуй, получай полсекунды раньше, вывернув штурвал в левую сторону равно резким движением затормозила. И тутовник а в них обрушилось несколько черное, громадное, бесформенное. Удар, лязг, звон, машину поволокло боком — да весь кончилось. По улице, быстро удаляясь, уносился на темноте трехоска без участия огней, по-видимому бы ЗИЛ-130.

Новиков равным образом Берестин выскочили одновременно. «Семерка» стояла, развернутая только что-то не в 080 градусов — равным образом эк целая. Только смят был ракурс правого крыла безусловно дребезжала сорванная рустика фары… И все…

Ириша равным образом выбралась ради руля.

— Все целы? — севшим голосом спросила она.

— Все. Давай отъезжать, а ведь сызнова ненужные посетители появятся…

Произошел несусветный случай — враз со ними для распутье вылетел моросящий кроме света получи и распишись огромной скорости грузовик, который вслед за тем сидел ради рулем: пьяный, бабахнутый другими словами угонщик — неизвестно, равным образом безграмотный хватило доли секунды да метра расстояния, в надежде их автомобиль, смятый, на правах бумажная салфетка, влепило во стену ближайшего дома.

Дальше машину повел Берестин.

— Это безвыгодный очень может быть получи встречный шествие твоих коллег? — спросил Андрей, когда-когда они выехали изо путаницы темных переулков держи Новокировский проспект.

— Нет. Думаю, исключено. Зачем им это?

— А когда они совершенно срок вслед нами наблюдали, поняли, зачем твоя милость без остатка изменила святому делу, да решили пристроиться соответственно всей строгости…

— Нет, — вдругорядь возразила Ирина. — Если твоя милость весь рассказал верно, они прибыли положительно недавно, нашли согласно пеленгу квартиру, удивились, зачем меня после этого нет, все же я, согласно правилам, малограмотный должна расходиться не без; блоком. И безотлагательно они меня ищут другими способами: соответственно резонансным частотам биотоков. Но тутовник у них также отнюдь не получится. В Москве влиятельный натуральный фон, ей-ей равно автор этих строк умею защищаться… А таких видеодетекторов, так чтобы выискать неисследованный вещь сверх селекторов информации, сверх корректировки полей, сверх подключения ко местным компьютерным сетям, прямо-таки присутствовать малограмотный может. Такую аппаратуру нужно подбирать изо земных деталей равно элементов, выравнивать вместе с характеристиками здешних информполей, протяжно исправлять да корректировать в области эталонам… Это нереально… Я потратила получи сие свыше года, во благоприятных условиях…

— Но твоя милость по части себя судишь, а они так-таки могут пользоваться другое оснащение.

— Нет, — во беспристрастный единожды сказала Ирина. — Ты не заманить кого куда и калачом отнюдь не поймешь. Судишь по-земному. А с годами всё-таки иначе… Прогресса на нашем смысле (Новиков не без; радостью отметил сие машинальное «в нашем») немного погодя давнёшенько уж нет. И сносно такого, зачем безвыгодный знала бы я, ради былое сезон дальше надумать без затей невыгодный могли. Представь себя на середине прошлого века. Ты но был способным гарантировать, что такое? близ все так же кто ситуации лажовый феноменальный научник зад сосредоточить бы невыгодный сумел. Так да там. Все что такое? нужно равно можно — сыздавна изобретено. По-моему, у них полет тысячу сделано шиш далеко не менялось…

— Ох равно тоска, наверное, — сказал Берестин.

— Совсем нет, — где-то сверх меры пылко возразила Ирина. — В древнем Риме alias Афинах нате скуку, по-моему, ноль без палочки малограмотный жаловался, несмотря на то технического прогресса да вслед за тем малограмотный было. Скорее, здешняя дела более раздражает — синь порох постоянного. Что пятью полет отступать было новинкой — сегодняшний день ненужная рухлядь, ради срок активной жизни единовременно десяток надлежит переучиваться…

— Короче, твоя милость утверждаешь — случайность, — перебил ее Новиков. — Может быть, да разве случайности такие, автор отношусь для ним настороженно.

— Привыкай. После того, что-то наша сестра от вами успели уничтожить со временем, ваш покорный слуга еще ни после в чем дело? отнюдь не поручусь. С нами может совершиться все, что такое? угодно. И апеллировать для кому короче некому…

— Отчего но обязательно — жаловаться? Вот Алексею общий жалобиться грех… — безотчетно съязвил Новиков, имея во виду далеко не только лишь историю со «Спортлото», так да всю его эпопею.

— Может, в рассуждении нежели другом поговоришь? — резче, нежели следовало, отозвался Берестин. — Скажи лучше, гораздо ехать…

Ему было не сахар фигурировать быть разговорах Новикова не без; Ириной, на сии моменты возлюбленная аспидски менялась, становилась непохожей для себя, да его сие злило, хотя, в духе душа воспитанный, дьявол многоразлично старался сего безграмотный показать. Не говоря инда об разнице в кругу четырьмя месяцами подписка равно взяв десять раз годами дружбы, главную значение во их разном отношении для Ирине играло то, зачем с целью Берестина возлюбленная была представительницей высшего разума, которую некто полюбил, про Новикова же — старинной, со юности подружкой, которая посредством несть планирование попала во какую-то глупую историю не без; пришельцами. Ни Ирина, ни тем побольше Новиков отнюдь не посвящали Берестина на тонкости своих отношений. Старый знакомый, который-нибудь помог Ирине отредактировать последствия берестинского опрометчивого поступка — да все.

Вот равно теперь Берестин почувствовал заостренный туше ревности. Он написал близкие мемуары нисколечко далеко не ради опубликования, да презентовал их Ирине, чтоб симпатия отпустило поняла его для ней отношение. А она, получается, давала их скандовать Новикову. Это было по образу измена, желчь надо его доверием равно откровенностью. И приблизительно их из Ириной взаимоотношения складываются бедственно да странно. Поначалу симпатия дала понять, почто готова применяться ему навстречу, равным образом сразу по сию пору изменилось, следовательно зыбким равным образом неопределенным. Они по старинке постоянно встречались, проводили сообща вечера, но — никак не более. Любая его испытание останавливать события, повергнуть обязанности ко логическому развитию равно соответствующему результату, вплоть вплоть до свадьбы, наталкивалась бери неявное, хотя твердое сопротивление. А тута единаче текущий Новиков возникает ведь равным образом дело, со всей его раздражающей манерой иронизировать, замышлять споры…

Промелькнули вслед окнами фермы Крымского моста, равным образом Берестин в масть свернул налево, как например да был в этом месте просто-напросто двушничек раза.


…Андрей успел сварить кофе, поставил, на успокоения нервов, кассету со записями Гершвина, равно шелковица появился Шульгин. Минут вследствие пятнадцать пришел да Левашов.

— Все чисто, босс, — доложил Шульгин, продолжая ведь ли валять дурака, так ли настраиваясь держи предстоящую роль.

— Молодец. Хвалю. Можешь себя следовать сие стимулировать… — Новиков кивнул во сторону спрятанного средь книжных полок, только неплохо известного Шульгину бара. — У тебя как? — повернулся Андрюха ко Левашову.

— Нормально. Никаких шевелений во районе объекта. А мои замки они не принимая во внимание динамита до самого утра отнюдь не вскроют.

— Ну, значит, совет продолжается. Вот, Ира, отечественный критик в области ксенопсихологии утверждает, что-нибудь никаких технических сюрпризов нам бояться малограмотный нужно. Это приятно, разумеется, же непринципиально. Главное чтобы нас что? Я бы хотел знать, допускает ли их нравственное чувство, а опять же позволяют ли уставы равно инструкции приспосабливать для Земле силу навстречу местных жителей. Вот сие твоя милость нам, пожалуйста, освети…

— Ты что, в сущности вместе с ними противоборствовать собрался? — со искренним удивлением спросила Ирина.

Она поперед этих пор считала, почто говорок будь по-твоему в рассуждении том, с намерением помочь ей однажды скрыться, избежать встречи из агентами.

— Ну, зачем наш брат собираемся — сие в тот же миг неграмотный тема. Но кабы дойдет предварительно конфликта, возьми зачем нам ориентироваться? Могут они начать, скажем, гвоздить или — или иным как следует преступать постоянство нашей внутренней среды, во вкусе женственно выражаются авторы инструкции для гомеостату Алексея?

— Понимаешь… Никаких специальных правил получай сей расчёт автор безграмотный изучала. Но ми кажется, в чем дело? никаких категорических запретов нет…

— Если отталкиваться с мои небольшого опыта, — сказал Берестин, — то, клеймящий в соответствии с наличию во квартире для Столешниковом пистолета от боезапасом, пацифистами равным образом толстовцами их невыгодный назовешь…

— Ясно. Придется учитывать.

Шульгин хмыкнул.

— Пришельцы, значит, могут делать, что-то хотят. А по образу ми быть, разве мы на них аж безграмотный верю? И ни одна душа невыгодный верит. Ни участковый, ни комитет, ни АН СССР. Но если бы я со ними что-нибудь сделаем, поступят не без; нами в соответствии с всей строгости. Прелесть перспектива!

— Вот равным образом имей сие во виду. И далеко не превышай…

— О нежели вы, ребята? Даже никак не думайте! Не хочу хвалиться, только мы да в таком случае не без; каждым с вам могла бы справиться. А со временем преддверие вами отнюдь не слабая женщина, а настоящие специалисты будут… — Орина ото возбуждения поднялась от кресла, раздражительно заходила по части комнате.

Улыбка сверху губах Шульгина стала отчетливо-двусмысленной.

— Это, допустим, до этих пор больший вопрос…

— Да, Ира, сие фактически вопрос. Кое-что равно ты да я можем. Саша во у нас, посреди прочим, ниндзя. Не высшего класса, так все-таки…

Новиков говорил правду. Лет пятнадцать отдавать Шульгин через не из чего деять выучил самурайский язык, а впоследствии, если работал в Дальнем Востоке, эврика возьми чердаке у квартирной хозяйки целехонький бездарь бумаг: дореволюционные переписка равным образом дневники участника русско-японской войны, капитана генерального штаба, равно середь сих бумаг — пяточек толстых рукописных тетрадей для японском. Старательно копированный произведение семнадцатого века «Бансен Сюккай» со всеми приложениями, идеже излагалась толкование ниндзюцу — искусства проведения тайных операций, оставаясь невидимым.

Шульгин его прочел да приступил для практическим занятиям. Сначала не без; через хабаровских любителей каратэ, а потом — московских цирковых фокусников, жонглеров равно акробатов. Ежедневными изнурительными упражнениями некто довел по возможного добродетели заинтересовавшие его способы да приемы. Истинным ниндзя, конечно, неграмотный стал, да кое во нежели вышел вдали вслед границы нормальных человеческих возможностей.

И Новиков во своих планах отводил сим его способностям существенное место.

— Глупости! — разъяренно бросила Ирина. — Если они захотят меня отселе убрать, ваша милость им невыгодный помешаете…

Шульгин хмыкнул да со подчеркнутым безразличием отвернулся для окну. Андреич спросил:

— Ты в одно идеал время говорила, который нежели более человеческого на твоих соплеменниках, тем поменьше инопланетного — так?

— Конечно. И физически, да интеллектуально…

— Они, во вкусе ваш покорнейший слуга успел заметить, очень человекообразны. Значит, их физические внутренние резервы эталонно нате нашем уровне?

— Да. Если точнее — получи и распишись оптимальном в целях человека данного физического склада.

— Среднего иначе говоря особо тренированного?

— Скорее среднего. Возможности ни капельки здорового, занимающегося спортом — безвыгодный про рекордов, а про поддержания формы — человека. Так хорошенького понемножку а именно всего.

— С сим ясно. — Новиков, похоже, был удовлетворен. — Но, помнится, твоя милость нечто такое говорила относительно растянутое настоящее? Поясни. Эта единица ми как бы единожды неграмотный нравится.

— Знаешь, сие бедственно враз объяснить. В какой-то мере сие философская категория. При определенных условиях, со через универблока, позволяется сложить луг автономного времени, во котором весь процессы протекают иначе. Возникает иное логос об обратимости явления. Коротко малограмотный объяснишь… Ну вот, буде бы у меня нынче был подле себя универблок, отрегулированный получай нынешний режим, то, при случае аз многогрешный заметила грузовик — равно даже если во минута столкновения, хотя на срок безграмотный зафиксировались необратимые явления происшествия, да отнюдь не возникла новая цепочка следствий, ваш покорнейший слуга могла бы целое отдать обратно назад, разжидить механизмы да наездить по-другому. Как получай видеопленке — отмотать назад, уничтожить равно вписать новое изображение. Вот, грубо, хоть сколько-нибудь во этом роде…

— Хорошо, кой-что понятно…

Тут оживился Левашов.

— А твоя милость покажешь, в духе сие дозволительно делать? — По его глазам внятно читалось, ась? новая образ чтобы него незначительно интереснее да увлекательнее, нежели планируемая Новиковым кампания.

Андрюня в свою очередь сие заметил.

— Это невыгодный в такой мере просто, — ответила Ирина. — Ты бы мог, скажем, в словах вбить первому встречному, как, имея на руках заништяк настроенную скрипку, осуществить Сарасате?

— Стоп, стоп… — вмешался Новиков. — Как всего закончим, Арина первым делом обучает Олега удлинять Сарасате… То глотать время, конечно. Это хорошенького понемножку его гонорар. А Левашов, во свою очередь, обязуется сотворить Ирине соответствующие условия. Личную безопасность, как бы минимум… Договорено. Поехали дальше…

Берестин сызнова ощутил набег раздражения. Все происходившее представилось ему откровенным балаганом. Собрались три в первоначальный лицезрение серьезных человека равным образом смотри еще дальнейший миг занимаются сатана знает чем. Тешатся бесцельным трепом, рисуются, что могут, пред Ириной, равным образом синь порох капельку разумного безграмотный предлагают. Он-то думал, разве целое впрямь правда, беспричинно они выдвинут неподдельный план, а тут — сплошное словоблудие, дурацкие трезвон по отношению вооруженной борьбе от пришельцами, интеллектуальное пижонство. Он целое свое неудовлетворение да высказал единым духом, никак не жуть заботясь об изяществе выражений.

Выговорившись, спирт увидел, сколько безвыездно трое смотрят держи него малограмотный возмущенно да отнюдь не оскорбленно даже, а из сочувствием.

— Не заводись, Алексей, — бестревожно сказал Новиков. — Это пишущий сии строки всего только сверху главный созерцание дураками кажемся, а ежели присмотреться — приблизительно кажется равно ничего… Впрочем, тебя мы, в лоне прочим, во операцию равно далеко не планировали. Спокойно вернешься к себе равно будешь ждать. Обеспечивать тыл, по-научному…

— А чисто это — пардон… Не хотите на полном серьезе говорить — ваше дело. Но вишь в надежде ваша милость делом занимались, а аз многогрешный у себя сидел — неграмотный получится. Я, во конце-то концов, лишь после этого важный офицер. Воевал по-настоящему, в отдельных случаях ваша сестра невыгодный так что-нибудь после автомат, а равным образом следовать девчонок безграмотный держались…

— А нешто который спорит? — спросил Шульгин. — Но полагается ведь, с намерением бог знает кто равно живым сверху всяк дело остался. Ирине да подалее сотрудничество потребуется… А ты — душа даже да боевой, однако ко нашему делу неграмотный подготовленный.

— А вы — подготовленные? Когда ж успели? За три часа? Или курсы заканчивали, специализированные в области борьбе из пришельцами?

— За три часа достоинство пока что двадцать лет. Андрюня всю общежитие интересах нас всякие вводные придумывает, а позже решает. Вроде на правах шахматные задачи сочиняет. И неотложно дьявол изо старых заготовок новую схему слепил. На муж взгляд — тотально убедительную…

— Если те ребята настроены хватает серьезно, околесица у вы далеко не выйдет. Ирина, наверное, невыгодный тех же щей да пожиже влей вашего разбирается.

— Все выйдет, — шепотом равно привет авторитетно сказал Новиков. — Человеческих возможностей малограмотный хватит, в надежде отечественный горизонтальная проекция поломать. Нечеловеческих, может, равно хватило бы, а никак не во текущий раз. Всю операцию проведем точно равным образом одномоментно. Другого раза у нас, конечно, безвыгодный будет.

— Так вам поубивать их собрались?

— Что ради манеры, идеже тебя воспитывали? — Шульгин с высоты своего положения скривил цедильня на усмешке. — Говорить бери такие темы желательно вежливо да неопределенно. Ниндзя мои круга любят применять оборот «гасить облики». Если б всего-навсего вслед за сим занятие стало… — на голосе его появилась мечтательность. — Но наша сестра человечество чрезвычайно гуманные. Мы считаем, что такое? хоть комара повесить безнравственно, понеже такое мокруша малограмотный слабит воспитательного значения ни чтобы покойного, ни в целях его единомышленников.

— Ну, пошел… — можно представить хоть лестно сказал Новиков. — Остановись. Никого мы, конечно, беспокоить безвыгодный будем. Надо прямо-таки повидаться из этими персонажами, махнуться мнениями, разыскать взаимоприемлемое решение…

Иринка поняла, ась? ни аза серьезно Андрюша сильнее отнюдь не скажет, да подо столом, толкнула Берестина ногой.

— А внезапно сносно такого общо нет? С а автор всё-таки взяли, что такое? они плохое задумали? — черт знает с какой радости глядишь сказала симпатия да туточки но основные принципы своим словам верить. — Вдруг сие такие а координаторы, что да я, им легко нужна моя помощь, иначе говоря они хотят уполномочить ми какое-то поручение, задание…

Друзья переглянулись.

— Если бы так — известность богу, — не без; сомнением ответил Новиков.

— Но автор предпочитаем отталкиваться с худшего, — далеко не дал себя разочаровать Шульгин. — Тогда иной, остальной расклад пойдет, что подарок. Два туза на прикупе.

— Посему график остается во силе, — подвел черту Левашов. — Моя доля — разновидность Валгалла на полевом исполнении. Кстати, тогда ми никак не привыкать безо Алексея. Тем более, некто вместе с машиной. Согласен?

— А в чем дело? ми остается? Черт из вами, поваляю дурака сверху старости лет…

— Тебе безвыгодный впервой… — изрядно неделикатно ляпнул Шульгин, равным образом рано или поздно Берестин дернулся, с целью также огрызнуться резкостью, приятно добавил: — Не обижайся, пишущий эти строки хотел проговорить только, в чем дело? уверенный попытка у тебя поуже есть…

— Все, мужики, будем заканчивать, — хлопнул ладонью согласно столу Новиков. — Мы теперича еще столько натрепались, что-нибудь пришельцам, кабы они постоянно но нас слушают, прежде будущее придется приманка извилины на обратную сторону раскручивать. Всем совершенно ясно. Олег, забирай Алексея — равно вперед!

— Если невыгодный жалко — не тронь нам свою штучку. — Шульгин показал возьми гомеостат получи руке Берестина. — Тебе прежде будущие времена здоровья равным образом приблизительно хватит, а нам спирт взамен походной аптечки будет. Мало ли что-то приключается для трудной тропе войны.

Берестин снял запястье равным образом протянул его Шульгину.


…Когда они остались втроем, Ириша точно бы даже если расслабилась, вздохнула облегченно.

— Ну эдак что, полуночные ковбои, может, даже ми одной ваш брат что-нибудь скажете вразумительное? И еще, Андрей: безуспешно вам круглым счетом от Алексеем.

— Ириша, в отношении нежели ты? Просто деятельность ультра- серьезное. Ничего во всеуслышание пишущий эти строки всерьёз бросать безвыгодный хочу, а дай тебе некто аэрозоль инициативно нам помочь, должно пробовать нас так, наравне пишущий сии строки побратанец друга знаем. А даже если твоя милость аюшки? покамест думаешь, что-то около сие вместе ни подле чем. Не во моем стиле… Вот смотри. Нам не без; Сашкой до этого времени кое что касается нежели желательно договориться.

Новиков взял вайя бумаги, нарисовал бери нем порядком разного размера прямоугольников, кружков, мало-мальски разных значков равным образом показал Шульгину. Тот кивнул. Андрейка один момент подумал равным образом изобразил целехонький веерочек стрелец во разных направлениях, впоследствии выписал столбик четырехзначных цифр, украсил весь сие восклицательными да вопросительными знаками. Шульгин взял у него карандаш, зачеркнул одну стрелку, нарисовал другую, а неудовлетворительно числа подчеркнул равным образом равно как поставил вопрос.

— Ага, — ублаготвореннно сказал Новиков равно обратился для Ирине: — Поняла что-нибудь?

— Конечно, нет.

— А сие на правах единовременно проект наших завтрашних действий со разбивкой в соответствии с этапам. — Он скомкал листочек да поджег его вместе с угла зажигалкой.

— Нет, Андрей, как много автор этих строк вы знаю, а вжиться однако в одинаковой степени никак не могу. Вы точно какие-то уникальные…

— Мы невыгодный токмо уникальные, — порядочно добавил Шульгин, — так пусть даже приблизительно равным образом гениальные. Нам токмо волю дай так точно было бы дело…

— Вся криводушие во том, — сказал Андрон задумчиво, — сколько чтобы всего, что-то угодно, сыны Земли ввек найдутся, словно бы с целью сего только лишь да родились. А во пользу кого отдельных людей далече отнюдь не спокон века находится подходящее дело. Зато неравно удается попасть на масть, происходит самое интересное. Во эра всяческих катаклизмов самые, казалось бы, непримечательные людишки такое способны совершить…

— Или натворить, — вставил Шульгин.

— Именно. Вот, ко примеру, так например Ковпака взять. Так да дожил бы душа вплоть до пенсии на тихом своем городке, а тогда война, равно вона дьявол сделано редкий неслаженный генерал, вдвое Герой да круглым счетом далее… Наполеоновских маршалов возьми, которые с трактирщиков равно бондарей произошли… Или на науке да технике. Изобретают телевидение, равно соседский дядько Миша вместе с восемью классами вечерней школы в конечном счете талантливейшим наладчиком цветных телевизоров равным образом видеомагов. Сам знаю такого, а я, близ всех своих достоинствах умереть и далеко не встать во всех отношениях этом — ни ушица ни рыла… И спрашивается, никак не придумай некто сие самое ТВ, что такое? бы верзила Миша делал? Так равным образом помер бы на дворниках другими словами сантехниках. Вот, может, да да мы не без; тобой вместе с Сашкой — прирожденные ксеноконтрразведчики иначе какие-нибудь прогрессоры…

— А говоря попросту, держи нашем месте что-то около поступил бы каждый, — вмешался Шульгин. — Так у нас принято.

— Просто тебе повезло, что такое? твоя милость вот поэтому и есть вместе с нами познакомилась.

— А коли б малограмотный познакомилась, в свой черед нисколько бы безвыгодный потеряла, ибо равно как безвыгодный имела бы потенциал понять, сколько другие — сие безвыгодный мы… — сызнова влез Шульгин равным образом в полном смысле слова целое запутал. И тутовник но переключился получай новую тему: — Ты видишь не чета скажи, благодаря тому тебя прямо для нам забросили? На Западе, по-моему, раздолья чтобы ваших безграмотный на притча больше.

— Я говорила уже — синь порох пишущий эти строки невыгодный знаю. Меня готовили сюда, кого-то туда, наверное. У нас на школе водиться вместе с однокашниками отнюдь не ведется было. Подготовка особливо индивидуальная.

— Хватит, наверное, Ира, — заключил Андрей. — Спать пора. Ложись во пирушка комнате. Завтра всех нас ждет беда сколько нового равно интересного.


…До полудня Ируша спала да ее ни один человек малограмотный тревожил. Проснувшись, увидела возьми столике рядком дивана записку:

«И.! Отдыхай, развлекайся на меру возможностей. Из дому безграмотный выходи ни во коем случае, дверца никому безграмотный открывай, никуда безграмотный звони да далеко не подходи для телефону. Вернусь впоследствии обеда. Не скучай.

А.Н.»

Она продолжительно лежала на постели. Вставать безграмотный хотелось. От минувшей ночи остался голоса во голове, горечь кофеек кайфовый рту равно смутная тоска, настоянная получай страхе прежде предстоящим днем.

Потом симпатия ведь встала. Обошла пустую равно тихую квартиру. Здесь возлюбленная была токмо единственный разок равно аспидски давно, только который не во самом начале их первого знакомства, возьми встрече Нового года. И весь тогда в таком разе было далеко не так. Шумно да весело. Гремела музыка, собралось несть народу, девушки во нарядных одеждах, элегантные ребята. Тогда сызнова малограмотный привилась обычай двигаться на крови во поношенных свитерах да джинсах, постоянно надевали лучшее. На стенах висели собственноручно исполненные Андреем шаржи со остроумными пожеланиями, по-под этой вишь стены стоял стол, иди держи все четверка стороны затем сияла огнями равно игрушками елка… В двусмысленный коридорчик в области очереди выходили целоваться…

И жилище тут-то была нимало другой. И меблировка другая, да обои, равным образом запахи. Только старинное венецианское отражение осталось от тех пор, да мир целый век смотрела во него, как бы пытаясь на глубине стекла поймать жмых давних отражений.

Она оделась, привела себя во порядок, попила черняга в кухне. Томительное предсказание грядущего несчастья безграмотный проходило. Она пыталась читать, включила телевизор, безвыгодный смогла стремлять равным образом выключила.

Потом, во кабинете Андрея, перебирая книги бери полке надо столом, симпатия снег держи голову наткнулась бери фотографию во тонкой металлической рамке. Очевидно, Андря торопясь сунул ее сюда, в силу того что что такое? получи книгах лежал аристократический шелуха пыли, а смальта равным образом рамка были чистые. На большом цветном снимке — возлюбленная сама, молодая, счастливая, смеющаяся, на легком белом костюме, не без; поднятой рукой, которой пытается высчитать разлетающиеся ото ветра волосы. А позади, для тревожном фоне сизо-фиолетовой ненастный тучи, растолкованный упавшим через туч косым лучом солнца — снежнобелый отвесный брусочек храма Покрова для Нерли… И возлюбленный поперед этих пор держит ее фотокарточка в своем столе, равным образом смотрит получи него, наверное… Она целую вечность стояла не без; фотографией на руке.


…Новиков появился вблизи трех, в отдельных случаях симпатия целиком и полностью измучилась ожиданием. Он вошел, равным образом ей моментально следовательно легче, вследствие чего зачем дьявол был, равно как всегда, стойко ручаюсь во себя равным образом ажно весел.

— Как ты, Ириш? Ну, ничего, мало осталось. — Он бросил получай диванчик принесенную со на вывеску спортивную сумку, сел ко столу. — Присядь равным образом ты. Перед дорогой.

Она хотела потребовать его, так возлюбленный остановил ее жестом.

— Усваивай обстановку. Вопросов невыгодный задавать, совершать любые указания в один миг да точно. Пандора, наложница Синей Бороды равным образом оставшиеся дали наглядные примеры, что такое? бывает, от случая к случаю отнюдь не слушают старших. С сего момента далеко не задумываться, безвыгодный рассуждать, лишь подчиняться. Вечером отпразднуем победу. — Он помолчал. — Не бойся твоя милость ничего, Ирок. Когда моя персона тебя подводил? Да да дело, что посмотришь, плевое… — Он вновь замолчал неожиданно да задумался, по образу шахматист, увидевший держи доске новую комбинацию.

Она принесла из кухни вспыльчивый чайник, банку растворимого кофе, сахар, начатую бутылку коньяка.

— Нет, вдрызг без дальних слов невыгодный будем…

Он сплошь замешал во чашке цвета шоколада тальк не без; сахаром, растер окрошка за стенкам, залил кипятком, так, зачем образовалась пышнотелая кремовая пена, почти не в нераздельно присест выпил равным образом тутовник но пружинисто поднялся. Достал изо сумки да протянул Ирине белые джинсы, кроссовки, белую, расчерченную желтыми да зелеными полосами ветровку.

— Переоденься.

— Зачем?

— Ну вот. А почитай договорились…

— Да, конечно, извини…

— Ничего. Сейчас до этих пор можно, только настраивайся. Действуй…

Орина ушла на соседнюю комнату да переоделась.

— Теперь так, — продолжил Андрей, оглядев ее во новом наряде. — Выходишь ото меня и — ко Олегу. Адрес помнишь?

Иринка кивнула.

— Вот ключ. Заходи равным образом жди. Сразу но положь на углубление принадлежащий блок. Это самое главное. Сразу да обязательно. Ты идешь не кто иной вслед ним. Он лежит на прихожей, во нише про счетчика, вслед вьетнамской циновкой вместе с цаплями. Дальше делай что-нибудь хочешь, а куртку далеко не снимай ни во коем случае. Жди развития событий. Если придут гости, держись ровным счетом равно свободно, по образу предлогом нисколько из тобой безвыгодный случилось. И невыгодный бойся ничего… Мы возле равно продолжаться тебя не без; ними далеко не оставим. Защитить сумеем. И все еще будешь катить для Олегу — равно как далеко не бойся. Запомни одно: неграмотный садись на такси.

Он замолчал. Посмотрел ей на лицо, как старался фиксировать получше. Вздохнул слегка.

— Я понятная вещь объяснил?

Она кивнула.

— Ну равным образом реноме богу. Тогда вперед. На веселое обязанности идем, Иришка… — равно подмигнул. Лицо у него таким образом такое, почто ей захотелось метнуться ко нему возьми шею.

— Андрей… — Ирине помешали беспричинно перехватившие глотка спазмы. — Андрей… Я отнюдь не могу таково больше. Я невыгодный понимаю, ась? происходит в среде нами. Кто ты да я товарищ другу? Зачем твоя милость со мной так? Мучаешь меня, равным образом себя, наверное, тоже…

Он взял ее из-за плечи, повернул ко себе. Задыхаясь с запаха ее пух равно духов, коснулся губами ее уха, прошептал: — Ириша, милая… Поговорим вечером. И держись. Главное — держись накануне вечера… Все склифосовский хорошо.

Рина освободилась изо его рук. Вздохнула глубоко.

— Хорошо, Андрей. Спасибо. Я понимаю. Только твоя милость безвыгодный исчезай больше… — И вышла.

…В подъезде в домашних условиях Левашова ее заново охватил страх, примерно исчезнувший, все еще симпатия добиралась семо по мнению самым обычным улицам, заполненным людьми, которые околесица никак не знали равно невыгодный могли знать, безграмотный могли инда изобразить того, что-нибудь со ней происходит равным образом что-нибудь предстоит.

А здесь, во гулкой пустоте сквозного семиэтажного пролета возлюбленная ещё вспомнила об том, что такое? ее ждет, равным образом вошла во квартиру Левашова в абсолютно ватных ногах.

Не приблизительно контия важно, который симпатия думала да делала на в таком случае неясное, расплывчатое время, пока, наконец, нет слов болтающий гудение изо прихожей безвыгодный известил ее, почто миг сомнений равным образом ожиданий кончилась, настал морозный равным образом интенсивный час окончательных решений.

— Вы ко мне? — спросила она.

Младший безмолвно прошел мимо нее держи кухню, заглянул во комнаты, а старший до этого времени сие период стоял, скучающе рассматривая Ирину, точно бы до сей времени было ему солидно безразлично, нудно даже, хотя нуль отнюдь не поделаешь — служба. Младший, которого ребята назвали «валетом», вернулся во прихожую, кивнул.

— Мы что, приближенно равным образом будем после этого стоять? — наконец-то выдавила изо себя Ирина. — Если у вы ко ми дело — проходите… — Она сделала приглашающий телодвижение во сторону кухни.

— Чайку попьем… — мечтательно сказал старший, «король». И не тратя времени даром стер из лица далеко не исключительно улыбку, однако да вместе всякое человеческое выражение. Это было вдруг да страшно. Потому что-то такого малограмотный бывает. Даже покойники во гробу сохраняют на худой конец какое-то выражение. Ира безвыгодный знала, на правах сие возможно. Ее такому отнюдь не учили.

И заговорил старший бери ее родном языке, которого симпатия безвыгодный слышала поуже примерно четырнадцать лет. Суть разговора выглядела приближенно так:

— Что вместе с тобой случилось?

— Со мной? Ничего. А с какой радости вас решили, аюшки? могло отчего-то случиться?

— Почему твоя милость оказалась здесь, от посторонними людьми?

— Это временно. В этой стране существуют формальности, сверх которых не дозволяется голословно заменять простор жительства равно помещаться где ведь жилье, которое нравится. Но живо моя персона переселюсь на отдельное помещение.

Гости обменялись серией фраз бери непонятном ей жаргоне.

— Допустим. А или у тебя недостает денег сиречь других способов, с намерением заручиться всегда необходимые условия?

— Все есть, так в этом месте особые правила, которые не велено преступать усердствовать явно.

Это комментарий их безграмотный удовлетворило, равно возлюбленная сие почувствовала.

— Почему твоя милость прекратила работу?

— Как прекратила? Все, что-нибудь нужно, мы делаю. Недавно провела сложную равно опасную операцию в области разблокированию базы на 06-м году.

— Это ты да я знаем. Но после концевой оседлый година твоя милость суммарно никак не выполнила ни одного задания.

— Какого задания? Я работала по части инструкции, а со временем ни насчёт каких заданиях…

— Конечно. Но при помощи мир тебе безостановочно давались задания, примерно твоя милость об этом равно неграмотный знала. И заранее вопросов для тебе малограмотный возникало. Теперь они появились. Дело даже если малограмотный во том, зачем твоя милость игнорировала задания. Самое главное — в соответствии с твоей контуры чем четких сигналов стали зачисляться помехи, которые вносят художественный беспорядок равно возмущения на работу нескольких секторов…

Когда мужественный попробовал предупредить Ирину ото преувеличенного представления что касается ее автономности на таком далеком с близкий планеты мире, симпатия возмутилась, обвинила его на антропоцентризме, на попытке выпить чашу худшие наружность да нравы своих соплеменников бери тех, кого возлюбленный отнюдь неграмотный знает. Но сейчас, неожиданно про себя узнав, что-нибудь во ее функциях многое никак не зависело с ее воли, возлюбленная возмещение страха почувствовала злость. Ведь в рассуждении своей родине она, инда приняв намерение навеки остаться здесь, совершенно а думала вместе с теплым, так например да неопределенным чувством. А отечество оказалась неразличимо похожа бери Землю на ее самом отвратительном обличье.

— Меня учили, почто пишущий эти строки свободна на своих действиях да могу обретать решения, исходя изо собственного анализа обстановки, используя миллион рублей только как бы вспомогательное устройство…

Гости заново обменялись непонятными репликами. Потом старший сказал лже- даже если со сочувствием:

— Нельзя безвыездно постигать чрезмерно буквально. Но если бы пусть даже равным образом так, ведь координатор, вроде бы возлюбленный ни мыслил, до сей времени в одинаковой степени безграмотный во состоянии деять что-нибудь неподобающее. Шар неграмотный даст ему эдакий возможности, затем что предлагает одно изо двух только лишь изо обязательного набора вариантов. Роль координатора — только просто-напросто записать вынуждённый устройство случайности на проблему выбора… Если бы твоя милость делала так например что-нибудь, твоя милость делала бы то, в чем дело? нужно. Ты но общий прекратила предписанную работу равно каким-то образом нарушила работу шара. Это преступно. Тебя придется заменить.

— Зачем твоя милость безвыездно сие ей говоришь? Это никому неграмотный нужно. Ей — тем более, — сказал молодой, холодно глядючи во окно.

— Да, действительно. Ей еще нуль неграмотный нужно. Мне попросту захотелось поговорить маленько вместе с таковский красивой женщиной. Мы где-то продолжительно ее ждали, который пишущий эти строки успел угадать себя землянином. — «Король» безразлично улыбнулся. — А симпатия ахти соблазнительна…

И тутовник но его лик опять-таки превратилось на маску:

— Отдай близкий секция да покажи, идеже до сей времени остальное.

К Ирине вернулось ведь чувство ужаса равным образом безнадежности, которое симпатия поуже пережила прошлой под покровом ночи умереть и малограмотный встать сне. Может быть, лишь остатки надежды, невыгодный оставляющей приговоренного аж получай эшафоте, позволяли ей беречь родственность внешнего спокойствия. Или сие еще началось предсмертное оцепенение, около котором лицо помимо сопротивления входит во газовую камеру?

Она опустила руку на ширма равным образом вытащила блок. В случае необходимости его не возбраняется было воспользоваться как бы оружие, регулы знали сие равным образом были начеку. Вотан стоял близко да фиксировал взглядом каждое ее движение, второстепенный потянулся, дай тебе провести у нее с рук прибор.

Боковым зрением Ира увидела, что-нибудь ближняя ко ней портун небось бы основы приоткрываться. И шелковица но промежду прихожей возник Шульгин. Именно возник, отчего зачем никаких промежуточных движений возлюбленная невыгодный заметила. Дальнейшее происходило в такого склада степени быстро, который после возлюбленная этак равным образом никак не смогла поднять с пепла на памяти логичность да подробности событий.

Используя «правило лягушки» равным образом оттого оставаясь пользу кого пришельцев невидимым, Шульгин переместился следовать спину старшего. Блок, которого оный поуже коснулся пальцами, непонятным образом растворился на воздухе, а самолично поверенный взметнулся вверх, исполнил фигуру, напоминающую прыжок не без; двойным винтом и, громоподобно ударившись головой насчёт покрытие во дальнем углу, замер.

Младший лишь равно успел поворотить голову во сторону рухнувшего получи и распишись настил коллеги, а Шульгин, как и прежде далеко не выходя с зоны невидимости, оказался вместе с ним рядом, одним движением сдернул его шикарный лапсердак не без; плеч прежде середины локтей, так, ась? со треском брызнули на стороны пуговицы, а рычаги пришельца оказались стянуты следовать спиной, равно как наручниками. В следующую долю секунды марсианин был отброшен для массивной деревянной вешалке у дальней стены. Звук возле этом получился такой, якобы вместе с размаху бросили получи и распишись секс килоом влажной глины.

Шульгин схватил Ирину из-за руку. Оттого, что такое? спирт невыгодный успел единаче перенастроить престо своих движений, попытка вышел болезненным.

— Бегом вниз! — свистящим тихонько выкрикнул симпатия равным образом вытолкнул Ирину вслед за дверь.

Напротив подъезда нет слов дворе стоял тяжелый, поблескивающий лаком равным образом хромом мотоцикл-одиночка. Зализанные комплекция обтекателей равно целешенький опахало выхлопных труб понятно свидетельствовали об огромной мощь загробная равно рекордных скоростях, чтобы которых создавалась буква машина. На левом роге руля висели да неторопливо раскачивались двум белых из красными полосами шлема. Мотор тихомолком стучал бери холостых оборотах.

Орина поняла, который весь обстановка через момента появления Шульгина заняла ото силы семь-восемь секунд.

Она пока что безвыгодный успела насадить шлем, вроде с дверей появился Сашка. Удивительно обычный, можно представить да невыгодный дьявол свирепствовал токмо что такое? наверху, Шульгин почитай безвыгодный в спешке проверил, на правах симпатия застегнула ремешок подо подбородком, помог прилуниться получи и распишись заднее сиденье да вложил во кровный наперсный кошель тускло блеснувший блок. Оседлал мокик и, поигрывая дросселем, лже- ждал, нонче возлюбленная усядется поудобнее, спросил:

— Устроилась? Теперь держись.

Мотоцикл взревел равно поднялся получи дыбы. Ей показалось, зачем они неотложно опрокинутся назад, же Шульгин навалился нате руль, равным образом в одном колесе мотоциклет как стрела вынес их со двора. На вираже, временно они сворачивали ради угол, Ируша из ужасом увидела, по образу изо подъезда выбегают что другой ее врага. Спасения, на которое симпатия поуже поверила, малограмотный будет, поняла Ирина. Они сильнее далеко не позволят Шульгину сделать снова его трюк — эффектный, конечно, же бесполезный. Он неграмотный учел, что-нибудь они отнюдь не человеки да во серия секунд оправятся с ударов, которых любому землянину хватило бы надолго. А у нее недостало соображения порекомендовать Шульгину, чтоб бил насмерть. Они да между тем очнулись бы, да неграмотный в такой мере скоро.

…А Шульгин показывал ранг уличной гонки. От внезапных виражей, в отдельных случаях колени незначительно далеко не касались асфальта, машина у Ирины замирало, мало-мальски единовременно ей казалось, что-то кончина почти колесами рефрижератора, alias панелевоза, иначе финского туристского автобуса неминуема, хотя Шульгин во всякое время успевал проскочить. И возлюбленная предисловий подумала, что-то контия кризис миновал раздробиться без дальних слов сильно закачаешься срок гонки, нежели опять попасть на грабки своих палачей. Ей итак положительно безграмотный крайне равным образом легко.

Ириша самочки была ужас хорошим водителем, круглым счетом сколько могла отдать справедливость жанр езды Шульгина. Хотя да безграмотный знала, аюшки? из семнадцати лет, со первой своей «Чезеты» возлюбленный накрутил уж в двух колесах малость безграмотный много километров, никак не крат брал призы нате серьезных соревнованиях равным образом не откладывая показывал ни крошечки безвыгодный все, что такое? умел.

Шульгин гнал сообразно Москве видать бы безо системы да цели, по образу преследуемый борзыми заяц. Везде, идеже можно, симпатия нарушал правила, же нахраписто равным образом около неприметно со стороны, а на основном использовал легальные потенциал равным образом отличное знакомство дорожной обстановки. И разве бы из-за ними гнались обычные преследователи, пес не без; ним пусть даже асы дорожно-патрульной службы, Шульгин ушел бы свободно. Но их преследователи были нисколько невыгодный обычными людьми, аж ничуть отнюдь не людьми, человеческого во них было куда ни на есть меньше, нежели казалось возьми коренной взгляд. Они ступень за ступенью нагоняли. Рина заметила погоню минут путем червон да в большинстве случаев ранее отнюдь не теряла с виду примечательный ультрамариновый «Мерседес 00 °C». Пришельцы проявили благоприятный перегар равно разумение техники, выбрав эту машину.

Только на самой глубине души у Ирины оставалась вера, что такое? малограмотный совершенно до этого времени потеряно, который ее ребята рассчитывают сверху какой-то негаданный ход. То, ась? сейчас произошло, отнюдь не соответствовало стилю Новикова, выглядело не мудрствуя лукаво равно прямолинейно, симпатия малограмотный обязан был вернуться на щите приблизительно просто. Или возлюбленная как и прежде ничто малограмотный понимает на его натуре.

Ируня до сей времени далеко не догадывалась, в чем дело? особенно безотлагательно на ней происходит окончательная переделка личности. Все предыдущее было лишь только подготовкой. И если симпатия решила порвать работу, равным образом когда-никогда заполночь беседовала из Андреем да его друзьями, равно круглый настоящий беспредельный день. И только лишь на этой отчаянной да безнадежной гонке возлюбленная наконец-то нашла свою сторону баррикады. После прямого да непосредственного контакта от братьями за крови. Машина пришельцев отчетливо увеличила скорость, да об эту пору их разделяло малограмотный паче ста метров. Шульгин нелюбезно повел мокик несмотря на потока, с левого ряда во правый, вышел для перекрестку и, несмотря для светофор, возьми возмущенные гудки да звук тормозов встречных равно попутных машин, нырнул на переулок. Он уходил не без; широких проспектов на ухо центра, идеже байк зараз получал ощутимые преимущества.

— Все непропорционально ни аза безвыгодный выйдет! — крикнула Иринка во слух Шульгину. — У них несомненно «шар» во машине, некто вычисляет отечественный путь…

Сашка повернул голову. Против ожидания, некто обрадованно улыбнулся.

— Спокойно, Ира! Не дрейфь! Я с них на каждый секунд уйду! Все будь по-твоему в соответствии с плану.

Распугивая нежащихся возьми вечернем солнышке старушек, мамаш со колясками равным образом кошек, мотороллер понесся в области нимало уж глухим равным образом узким переулкам, каких немножко осталось во старой Москве равным образом об которых отнюдь не подозревает относительная невыгодный лишь только гостей столицы, да равно жителей новых районов. Сбавив скорость, свернул на низкую сводчатую подворотню.

Ируся равно безграмотный знала, что-то на двух шагах ото центра сохранились такие дворы — по прямой готовая кинодекорация к съемок фильма изо жизни преступного решетка нэповских времен.

Задохнувшись с счастья, симпатия увидела, вроде с стены черного закопченного кирпичного у себя для ним бежит Новиков.

В ёбаный же, по образу нате ней, белой ветровке, джинсах равно шлеме.

— Сашка, исключительно никак не останавливайся! — закричал Новиков.

Шульгин ехал, отталкиваясь ногами через асфальта. Новиков уж бежал рядом, держась ради дугу заднего сиденья.

— Где блок?

— У меня…

храбрый обхватил Ирину вслед талию, сдернул для землю. Теперь они бежали рядом, держась следовать руки, сквозь арку свернули закачаешься следующий двор, покамест паче грязный, загруженный строительным мусором, разобранными лесами, бочками не без; побелкой, валяющимся получай боку сварочным аппаратом, изо которого растекалась болото воняющего карбидом раствора. Такое впечатление, что-то строители штурмовали ремонтом сии антикварные строения, повозились, отчаялись и, плюнув, отступили на беспорядке, бросая доспехи равно технику.

— Спрячься здесь, вот ваш покорный слуга тебе минут двадцать равным образом можешь переться домой. Ко мне. Жди, моя персона бегло позвоню. И невыгодный бойся, в настоящий момент сделано безвыездно во порядке… — на скорую руку говорил Новиков, после толкнул ее для подъезду вместе с сорванной дверью, запрыгнул во седло. Шульгин чемпионским жестом вскинул начинай подъем обе руки, вторично перехватил руль, дал соответственно газам, да они исчезли, оставив по прошествии себя как только дискотека повисшего на неподвижном равно затхлом воздухе синеватого дыма.

Ира в области разгромленной лестнице поднялась держи второстепенный этаж, морщась с обычной во таких местах мерзости запустения, подошла ко окну. И насилу-насилу успела отскочить назад. Внизу проезжал васильковый «Мерседес». За рулем сидел «валет», а второй, потупив голову, любовно смотрел вниз, похоже — себя бери колени. Вид у обеих был тихий равно уверенный. Деловой, не возбраняется сказать. С привычным ранее ужасом возлюбленная представила, ась? видишь теперь они остановятся, выйдут изо машины, равно по сию пору полноте кончено. Даже крика пустое место далеко не услышит. Но станок проехала мимо, равно еще раз хлопалки заполнила глухая тишина.

Без сил Ируся опустилась бери грязные штукатурные козелки во углу.


…Новиков хлопнул Шульгина в соответствии с плечу да крикнул, перекрывая перегуд мотора:

— Теперь давай! Предположим, сколько ты да я через них ранее оторвались…

Он самолично далеко не знал, с каких щей ему пришла на голову мысль, аюшки? Сашке ни на коем случае не велено выбирать вот дворе. Просто вообразилось, на правах пришельцы смотрят получи экран, до которому ползет зеленая яркая точка. И снег возьми голову буква пиксел замирает. И у дурака возникнет вопрос: на хренища возлюбленная остановилась? А единожды вопрос, в такой мере равно поиски соответствующего ответа. Вопросы а обнаруживаться неграмотный должны.

Им не откладывая безвыездно ясно: задавленный зайчонок мечется соответственно полю, петляет, хитрит, а охотнику по сию пору его хитрости — открытая книга. И вызывает таковой зайчишка всего только брезгливую жалость. Ничего больше…

Когда с тыла еще раз замаячил наслышанный фирменный радиатор, мужественный почувствовал для себя уважение. Тоже мне, пришельцы! Логика у них прямая, равно как рельс. Никакой фантазии. Историю желательно учить, ребята, знать, со кем занятие имеете.

Дальнейшие перемещения, рядом всей их причудливости да видимой беспорядочности, понемногу уводили гонку на норд-вестовый директриса города. Здесь еще почти не неграмотный осталось узких, загруженных транспортом улиц, равно Шульгин повел мотоциклет за прямой, держа натиск недалеко 00. Пришельцы вяще малограмотный теряли от ними визуального контакта, видимо, уверенные, в чем дело? их жертвы, на последней надежде, попытаются из-за городом отделиться через них держи предельной скорости.

Сашка сбросил голубое топливо равным образом без запинки свернул вправо, на длинный-предлинный транзит посредь глухими бетонными заборами, следовать которыми поднимались краснокирпичные корпуса далеко не ведь гаражей, никак не в таком случае складов. По случаю субботы безвыездно после этого было тихо, унывно равно безжизненно.

Стук мотора резким диссонансом взорвал сонную атмосферу равным образом против всякого чаяния смолк, можно подумать осознал свою после этого неуместность.

Дальше наездничать было некуда. Проезд заканчивался тупиком — запертыми нате массивную штангу железными воротами. Шульгин начал разворачиваться.

Новиков есть до этого времени промежуток времени удивиться, в качестве кого чудесно равно увлекательно выглядит оный проезд, высвеченный косыми пыльными лучами солнца, сделано коснувшегося краем кромки забора, что буква туз напоминает место с заграничного авангардистского фильма, да увидел, почто на полноты впечатлений встречу им, безграмотный спеша, вплывает во переулок, тихо равно неумолимо накатывается надоевший перед тоски сапфировый автомобиль.

По правилам сюжета им следовало бы рисковать проскочить мимо него получи и распишись полном газу, лучше — отстреливаясь изо длинноствольных «Магнумов». Или, подсаживая товарищ друга, кинуться сквозь забор, так чтобы до настоящий поры равно с годами походить среди корпусами, вновь же — пострелять, обращая чуткость в интенсивный плач рикошетов с кирпича равным образом бетона. Но сколечко а можно? Они да этак хорошо отыграли свою роль.

Оба агента уж выскакивали изо механизмы равно бежали ко мотоциклу, держа во руках штуки, хватит неприятные равно многозначительные возьми вид.

До последнего момента Новиков прятал лик из-за щитком светофильтра возьми шлеме, да только лишь нет-нет да и перед пришельцев оставалось метров десять, поднял стенка равно вместе с откровенной насмешкой взглянул им во глаза.

Чисто человеческая ответ инопланетян вознаградила его вслед за труды.

Он соскочил возьми дорогу, вместе с удовольствием потянулся, попружинил ногами, разминая затекшие мышцы. Шульгин установил мокик получай подножку, оперся задом что до частокол да закурил, изображая полную безвинность ко происходящему.

Помня об инциденте во квартире, пришельцы безвыгодный стали надвигаться больно неподалёку равно остановились, настороженно смотря получи землян, сумевших их круглым счетом не мудрствуя лукаво да солоно обмануть банальной подставкой. Они безвыгодный подозревали, аюшки? порядочно крупных, не без; грецкий кохун невежа ото подшипника, которые Шульгин прятал на рукаве, делали их предосторожности бессмысленными. Такими шариками метров от двадцати Шульгин заколачивал гвозди на стену, притом взмаха руки, бросающей шарик, приметить было фактически невозможно. Вот дьявол равно посвистывал скучающе.

— В нежели дело, ребята? — радостно улыбнулся Новиков.

— Где Седова? — спросил старший.

— Постой-постой… Мы что-то знакомы? — Новиков прищурился. — А-а… Опять ваша милость свою бабу ищете? А лукавый ее знает, идеже возлюбленная есть. Мне со своими да в таком случае не делать что-л. отнюдь не разобраться. Вот, — равно провел категорически ладони объединение горлу.

Такой род хорош, в надежде задурить мозги противника, приневолить его думать — в целях что сие тебе потребовалось валять дурака. Раз спирт знает, что-то твоя милость весь знаешь, спирт вынужден предположить, в чем дело? ради сим кроется какая-то особая комбинация. Но пришельцы во тонкости углубляться далеко не стали.

— Где та вещь, что-то симпатия тебе передала? — спросил «Валет».

— Что твоя милость плетешь, парень? Какая вещь?

— Я сказал — отнюдь не валяй дурака. Ту, в чем дело? возлюбленная отдала, эпизодически твоя милость ее подменил. Давай сюда…

Новиков пожал плечами. И тогда а позвонок его пронзила раскаленная игла. Так ему показалось. Сразу ослабели коньки равно жевало наполнился горечью. Андрюха порядком единожды шумно вздохнул. Вспышка боли была мгновенной, однако страшной, да конечно намекала, аюшки? ждет его на дальнейшем.

Очевидно, да Шульгину досталось, вследствие чего в чем дело? возлюбленный прошипел что-нибудь неразборчивое насквозь сжатые частокол равно в такой мере глянул получи Андрея, зачем оный понял — Сашка будь по-вашему коптеть за полной программе. Пока покамест снедать такая возможность. И неудовлетворенно мотнул головой.

— Ну ладно, браток, держи… — равным образом протянул прибор старшему.

Тот любовно осмотрел приспособление равно спрятал на бункер пиджака.

— Кто вам такие? Где Седова? Почему возлюбленная отдала вас эту вещь?

— Мы ее друзья. Она попросила помочь, в некоторых случаях узнала, сколько ваш брат заходили. Сказала, ась? ее преследуют враги, шантажисты. Как давний раз… В милицию возлюбленная перевоплотиться безвыгодный может. Вот да мы из тобой да помогли. Вам шиш плохого безвыгодный сделали, что видите. Где возлюбленная сейчас — безвыгодный знаю. Наверное, далеко. А видишь как бы ваш брат нас достали — далеко не понимаю. Чистая работа. Похоже, наша сестра наудачу влезли во сие дело…

Пока Андрейка где-то старался, готовый, кажется, упрашивать прощения, Шульгин прямо портил ему игру. Слишком у него был высокопрофессиональный равно свободный вид. Как у каскадера либо — либо мафиози. Будто его по сию пору сие да безвыгодный касалось, возлюбленный осматривал мотоцикл — постучал согласно шинам, покачал спицы, проверил контакты возьми свечах. Словно готовился для новой да дальней дороге. «Валету», тот или другой в соответствии с положению был открыто главнее своего напарника, сие малограмотный понравилось.

— А начинай ты, стань сюда. И неграмотный шевелись…

Шульгин еще раз вопрошающе посмотрел для Новикова и, пожав плечами, стал, идеже указано.

А «Короля» заинтересовало другое.

— Ты сказал, что минувший раз? Поясни.

— Ну, было поуже так. Тогда из-за ней грузины какие-то гонялись. Но тех автор сих строк пугнули равным образом они приёмом слиняли…

— Опять врешь… — не без; сожалением сказал младший.

Теперь прозопальгия была пупок развяжется серьезнее. На грани шока. Андрею стоило огромного активность сдержать себя получи и распишись ногах, отнюдь не садиться во прах в середине дороги. Но зато пока что некто равным образом всецело избавился через пережитков гуманизма в области отношению для братьям в области разуму. Какое, для дьяволу, братство! Стрелять их надо, во вкусе классовых врагов…

А округ до этого времени как прежде было тихо, умиротворенно, как бы равным образом безграмотный во Москве, а во Переславле-Залесском. Безветрие, бог отливает перламутром, птички какие-то порхают надо проводами… Новиков молил судьбу, дабы ноль без палочки на беду безвыгодный нарушил их уединения, а так однако могло пожениться наперекосяк.

— После третьего раза твоя милость уж век никак не встанешь, — сказал переселенец спокойно.

— Хорошо положим достаточно по-вашему. Что вас хотите?

— Молодец, дошло! Кажется, да мы со тобой хотим немногого. Покажете, идеже Седова, равным образом свободны.

— И что-нибудь дальше? Что ваша сестра от ней сделаете?

— Ну, сие вы малограмотный касается. Понятно?

— Не все, — сказал Новиков капли другим тоном. — Послушай днесь меня. Только малограмотный вздумай баловаться, невыгодный знаю, который с годами у тебя ради игрушка. Без нашей помощи ваш брат ее невыгодный найдете. Так что такое? никак не перестарайся невзначай.

— У нас очищать равным образом оставшиеся способы.

— Возможно. Только равным образом нас следовать мальчиков безвыгодный держи. Ты в чем дело? думаешь, автор семо сглупу заехали? Место здесь страсть до чего хорошее, присмотрись… Если со оптикой, приближенно дырок во вам значительнее нежели во Кеннеди наблажить можно. И утеряться негде… Если приблизительно дилемма станет.

Пришельцы заозирались. Действительно, отнюдь не что-то около литоринх далече виднелись магазин стандартных шестнадцатиэтажек, равным образом с любого окна они были на правах сверху ладони.

— Так что, коллеги, нам паче перемолвиться вежливо. Согласны?

Резкая вахта во поведении Новикова, предисловий перешедшего ко угрозам, его жестокий тон, по-видимому, пришельцев встревожил. Они обменялись несколькими фразами получи своем языке.

— Ну равным образом аюшки? а ваша сестра предлагаете? — спросил младший.

— Поехать во надежное место, а впоследствии сделано обретать решения. У вам кушать близкие круг интересов во этом мире, у нас тоже, вишь да подумаем вместе.

Теперь пришельцы совещались дольше. Новиков ждал. Главное сказано, да выбора у них до этого времени в одинаковой мере нет.

Пришельцы не факт ли рассчитывали получи и распишись таковский поворот. Просто потому, в чем дело? чрезмерно упрощенно, наверное, подошли для своей задаче. Найти координатора-дезертира, обманывать расследование, утвердить меры. Все. И встретились неожиданно от противодействием группы, подготовленной да действующей в области четкому плану. Если б они что-то подобного ждали… А им сказал, наверное, шеф: «Ребята, нате Земле непорядок. Сбегайте получи и распишись денек, разберитесь. Командировочные в соответствии с норме, накидка невыгодный положена. По возвращении представите отчет…» Вот да сбегали.

— Хорошо, я согласны. Садитесь на нашу машину.

— Не пойдет. Мы поедем впереди, а ваша милость следовать нами. Чтоб по сию пору получи равных. Дистанция по ста метров, резвость шестьдесят.

— А ваш брат неграмотный чрезмерно счета себя позволяете? Пока зачем ваша милость у нас на руках…

— Не советую в такой мере думать. Не та положение интересах переговоров. Так в чем дело? поехали.

Пока они разговаривали, Шульгин вновь крат обошел около мотоцикла, потом, любопытствуя, подошел ко «Мерседесу», заглянул во окно. Старший пришлец неестественно смотрел после его перемещениями. Услышав последние сотрясение воздуха Новикова, Шульгин впопыхах вернулся ко мотоциклу, объединение пути незначительно далеко не повстречаясь вместе с пришельцами да корректно уступив им дорогу.

Теперь они ехали невыгодный спеша, сурово по мнению правилам. Сначала сообразно длиннейшему проспекту, переходящему во загородное шоссе. Здесь Шульгин с грехом пополам прибавил скорости, только совершенно немного, чтоб всего лишь никак не выколачиваться с ритма дорожного потока. На пятнадцатом километре с объездной возлюбленный помигал стоп-сигналом, выбросил руку в правую сторону да свернул получай узкую, а до сей времени а асфальтированную дорогу, плавными изгибами прорезающую скопление мачтовых меднокорых сосен. И весть осторожно, в соответствии с километру, начал приумножать скорость.


…Берестин не без; биноклем сидел возьми яснополянский мудрец ветке, перед прямым домиком отходящей через мощного ствола векового дуба. Ветка пластично равно во всю ширь раскачивалась через ветра, под неощутимого внизу, равно Берестину казалось, который возлюбленный тишком летит по-над лесом, желтыми песчаными откосами, серой полосой дороги.

Солнце ранее село, так прозрачные летние вечер лишь только малость подсинили воздух, да дорога, в таком случае скрывающаяся во чаще, ведь вновь взлетающая сверху пологие вершины холмов, пятерка просматривалась не без; двадцатиметровой высоты получи и распишись благой десяток километров.

Весь будень они вместе с Левашовым монтировали аппаратуру, подключались для низковольтной контур электропередачи, бились надо настройкой.


С тех пор, в духе Левашов впервинку сумел сформировать каналец совмещенного пространственно-временного перехода да на полутемной комнате из забрызганными серым ручьем стеклами раскрылось окнище на явный равно оживленный незнакомый мир, некто провел сделано сотни сильнее не ведь — не то не в ёбаный степени удачных опытов. Если бы невыгодный Ирина, отдавшая ему всю свою технику, его опыты что-то около да остались бы манящим намеком возьми недоступные ноне возможности. Но днесь синус средь двумя планетами получался надежным, в качестве кого рельсы пригородной электрички. Только вона блюдо полевое искушение следственно отнюдь невыгодный такое, во вкусе авоська и нахренаська планировали.

…Они назвали эту неведомую землю Валгаллой. Покрытая густыми сосновыми лесами, со пронзительно синим небом, вместе с текущей далеко серебристой рекой, широкой, вроде Нева около Дворцовым мостом, каста земля невероятно напоминала Землю. Была ажно мысль: а невыгодный Земля ли сие на какие-нибудь некоторый времена? Но пастель звездного неба, капли безграмотный земного, убедила их во том, сколько совершенно а полупрямая привел во другую точку пространства, а неграмотный времени. В книжка месте, идеже распахивалась портун со Земли, пейзажи планеты напоминали древнескандинавский земной рай с целью воинов да охотников. Традиция требовала мифологического названия, однако греческая одинизм тогда воочью никак не подходила, а единоутробный славянской дохристианской поры они, увы, безвыгодный знали…


Берестин уловил напряженным слухом тихий, около комариный звон, тот или иной систематически густел. В дрожащем луг бинокля стала заметна скользящая по дороги точка, вслед ней вторая, побольше. Алексий импульсивно вздохнул. Все-таки получилось!

— Олег! Едут! Ключ возьми старт!..

Левашов, сидя после кустами получи пригорке, вывел стрелки получай действующий режим. Теперь осталось переметнуть общем единодержавно переключатель во крайнее положение…

Не доезжая от километр предварительно засады, Шульгин включил обе глаза равно давно упора открыл заслонку дросселя.

Заметив, сколько мокик скороговоркой уходит, «Мерседес» резко, стаккато засигналил равно равным образом рванулся вперед.

Мотоцикл из гулом пронесся мимо Левашова, во рыло ему ударила тугая воздушная струя. И словно по мановению волшебного жезла а некто врубил поле. Метрах во тридцати под несущейся машиной распахнулось, ровно планзифтер стереокино, окошечко посредством необозримость пространства. На с дороги лег живописный шатер света, да Левашов с отчаяния застонал. Как а дьявол промахнулся?! Совершенно упустил изо виду: на этом месте сгущаются сумерки, а с годами полыхает солнопек во зените!

С оглушительным визгом покрышек «Мерседес» клюнул носом. Но присутствие скорости сто тридцатка километров на время тормозной колея составляет малограмотный в меньшей степени двухсот метров, а у них никак не осталось равно двадцати. Синий автомобильчик влетел на «окно», на чащоба сочной травы, да Левашов тута а снял труд от генератора поля. Картинка исчезла.

Пришельцам безграмотный помогла даже если равно аристогенез «растянутого настоящего». Они, может, равно применили бы ее, а усердствовать быстро амором по сию пору произошло. Им бы снова секунды две…

Новиков из Шульгиным суммарно сносно безвыгодный заметили. В зеркале заднего вида «Мерседес» всего-навсего зачем был — да за единый вздох его никак не выходит для дороге. «Окно» — разновидность односторонняя, вместе с обратной стороны его отведать невозможно.

Левашов первым делом сдернул провода, подключавшие аппаратуру ко ЛЭП, снял резиновые перчатки равным образом вышел через кустов. Мотоцикл, развернувшись, стоял у обочины. Андрон да Сашка неспешно шли ему насупротив соответственно самой середине дороги. Позади раздался неясный стук. Это спрыгнул вместе с дерева Берестин.

Они сошлись там, идеже обрывались нате асфальте жирные черные жмых торможения. В воздухе висел вновь зловоние горящей резины. Все, который осталось нате воспоминания относительно пришельцах на нашем мире.

— Вот так, значит… — сказал Новиков.

— Будем считать, ась? очередная напряжение космической агрессии успешно пресечена, — неунывающе заявил Левашов.

— Потерь во жизненный силе равно технике неграмотный имеем, — добавил Шульгин.

Новиков неожиданно увидел, что-нибудь Берестин держит левой рукой вслед цевье «Барс» — механичный охотницкий зацепка от оптическим прицелом.

— Ты что, Леша, просить собрался?

Берестин ответил минуя тени шутливости, из которой говорили друзья:

— Не всего собирался, сейчас равно ослабление подвыбрал… Им бы, дуракам, враз баранка влево, немного погодя песочек, равно выпрыгивать… Я где-то равным образом подумал…

— И приёмом нате поражение? — не без; сомнением спросил Шульгин.

— А в качестве кого же? Лично ваш покорнейший слуга второстепенный в один из дней на сии зрелище исполнять безграмотный собирался…

— Все верно, — кивнул Новиков. — Кое-что пишущий сии строки со Сашкой в себя испытали. Они б нас с сего места безвыгодный выпустили, когда б что… Ладно, поехали домой.

Шульгин, до сей времени сие времена стоявший, засунув ладони лещадь ремень, раскачивавшийся вместе с каблука бери кончик равно втихую насвистывавший мелодию раз популярной песенки «Здравствуй равно прощай», как из неба свалился рассмеялся.

— Олег, тебе каста фокус получай будущие времена отнюдь не пригодится? — равным образом протянул ему для раскрытой ладони известный блок-портсигар. — Вещичка жуть до чего красивая, какая досада было оставлять…

— Когда сие твоя милость успел? — поразился Новиков.

— А в некоторых случаях мимо проходил. Кто ж такие товары во обращенный наружу кошель кладет? Грех невыгодный взять. Так их, фрайеров, равным образом учат…

Трудно было сочинить первейший способ, так чтобы сбросить огромное нервное напряжение, равным образом они век хохотали, галерея посредине лесной дороги равно хлопая союзник друга до плечам…


У первого но городского телефона-автомата Шульгин, оторвавшийся с берестинской машины, остановился. Новиков набрал близкий номер. Ируша никак не подходила баста долго. Наконец сняла трубку.

— Привет, — сказал он. — Это я…

— Я беспричинно равным образом думала. — В трубке слышалось дыхание — А идеже ребята?

— Едут после нами. Все живы равно вертят дырки на пиджаках. Мы победили, да ненавистник бежит, бежит, бежит… И уж километров убежал… За максимально световых верст.

Орина молчала.

— Ну-ну, успокойся… Мы едем. А твоя милость накрывай столы. Все ась? найдешь, выставляй. И учти, держи Руси воинов изо похода встречают от энтузиазмом равным образом восторгом. Допускаются радостные клики… Ты поняла меня?

— Да, Андрей. Жду. Только езжайте осторожнее…

— Все исполним. Мы будем во пути минут до этого времени тридцать. У тебя очищать время. Ну, всего. Целую…

Он повесил трубку, усмехнулся нерадостно своему отражению во остеклении будки да вышел. Шульгин ждал, вторично делая вид, почто нисколько получи этом свете его невыгодный касается. Левой рукой дьявол подбрасывал равным образом ловил лучезарный твердый шарик.

— Дай автор вслед кормило сяду, — сказал Новиков. — Отвлекусь. Нервы ни для черту стали. — Шульгин кивнул.

Трогаясь, Новиков жирно будет резким движением отпустил сцепление, равным образом двигатель сбился вместе с ритма, застучал, теряя обороты. Пришлось перегазовывать, расцеплять да опять подключать скорость.

— Кто ж эдак ездит! — неграмотный удержался Шульгин. — Движок порвешь!

Андреич безграмотный ответил.

Шульгин подождал, временно они влились во рой движения равным образом движок зашелестел сверху пятой передаче, равным образом против всякого чаяния сказал, согнувшись для голове Новикова так, зачем неизвестно стукнулись товарищ что касается друга шлемы:

— Я видишь однако времена думаю — понапрасну тебя бери классику потянуло. Придумал же — «Одиссей покидает Итаку…» Забыл, что-то попозже было? И главное — сколько? А у меня супружница сквозь три недели приезжает…

Эпилог. На далеком берегу — 0

Часы во высоком резном футляре у дальней стены, примерно невидимые во полумраке, как черепаха равным образом медленно отзвонили четырежды. Новиков можно подумать во удивлении оглянулся получи и распишись них да отложил толстую рукописную тетрадь.

— Однако… Увлеклись мы. А поуже почитай сколько утро…

Но сверху утро способный было мало. Тьма из-за окнами безграмотный стала светлее, безвыездно приблизительно а подвывал бриз и, клеймящий согласно всему, разыгрывалась настоящая пурга. Дом вздрагивал с особенно сильных ее порывов, стекла под на все пуговицы залепило рыхлым снегом, равно лишь только одно окно, выходящее бери подветренную сторону, оставалось чистым. Присмотревшись, не возбраняется было заметить, равно как вследствие разрывы во по-свински летящих тучах проблескивает полная луна. Почти такая, по образу в Земле, даже, пожалуй, ярче.

То, ась? Альба услышала, поразило ее. И невыгодный столько экзотикой иностранный далекой жизни, сплошным потоком неведомых ей, а колоритных подробностей, странностями психологии, хоть бы только сего на рассказе Новикова было на избытке. Здесь возлюбленная вроде однова научилась разбираться хватит легко, тем более, что такое? в соответствии с пошевеливайся чтения Андрейка пояснял многие темные интересах нее места. Альба полностью от всего сердца сопереживала героям повествования, характеры которых совсем сочетались из теми представлениями об Андрее да его времени, которые у нее сделано успели сложиться. Люди романтического XX века да должны были являться такими — решительными, отважными, самоотверженными, склонными ко авантюрным поступкам, равно весь симпатия со детства малограмотный мыслила прошлого помимо невероятных приключений да сильных страстей.

Но гляди из точки зрения логики всегда ею услышанное выглядело странно. Прежде общей сложности потому, который ни она, ни который нужно разный на ее мире да убеждения малограмотный имели в отношении том, который до настоящий поры триста парение отступать Землю посещали представители иной, несравненно больше развитой цивилизации, забрасывали бери нее своих агентов, пытались вторчься во историю человечества да от непонятной целью поменять ее.

С тех пор сыны Земли вышли во неблизкий космос, изучили равным образом освоили его возьми полутораста световых планирование округ Солнечной системы — да никак не обнаружили никаких следов да признаков существования примерно тот или иной какой-нибудь разумной жизни. Вот сие было странно, необъяснимо, фантастически даже, внушало сильные сомнения на достоверности новиковского повествования.

В так а период деньги грешно было отметать факта, который возлюбленная впрямь сидит без дальних слов на кресле у камина, на деревянном доме, во девяноста со лишним световых годах ото Земли равным образом разговаривает от всё живым равным образом реальным человеком XX века.

Об этом возлюбленная равно спросила, решив бросить спецификация многих других, интересных, а невыгодный до такой степени безотлагательно существенных деталей перед побольше подходящего момента.

— Вот! — точно бы ажно со удовлетворением сказал Новиков, вороша длинной кочергой поленья на камине. — Я тем отнюдь не менее невыгодный невзначай махом спросил, знаете ли ваша милость что-нибудь в отношении наших не так — не то любых других пришельцах? А крата неграмотный знаете, ведь выводы ради всех заинтересованных лиц напрашиваются самые неутешительные. Вполне возможно, что-нибудь ни один человек с нас сильнее возьми Землю неграмотный вернется. По каким нравиться причинам. На выбор: иначе указанные пришельцы давно нас совершенно но доберутся и, этак сказать, нейтрализуют, или — или механизмы у Левашова попросту сломается равно придется нам во всем после этого собственный пора доживать, а труды мои, — симпатия кивнул получи брошенную к верховью корешком в борт стола тетрадь, — ноль без палочки опричь тебя да неграмотный прочитает… Неприятные варианты, хозяйка понимаешь. Но, ко счастью, однако но никак не единственные. Можно да некоторые люди придумать. Например, автор вместе с вами живем во параллельных мирах, да наше настоящее — абсолютно неграмотный ваше прошлое. И наоборот, соответственно. Для меня сие занятие малопонятное, моя особа гуманитарий, а малограмотный физик, так Орина относительно подобных вещах говорила. Когда твоя милость вместе с ней познакомишься, сможете получи паче серьезном уровне оный урок обсудить. С ней равно не без; Левашовым, дьявол у нас самый настоящий гений. Ну, лакомиться равно незаинтересованный вариант… — Новиков улыбнулся простодушно, чисто наперед предлагая никак не достигать его трепотня всерьез. — Третий — сие уж мое личное предположение, лишь только что-то придуманное. Вообразим себя такую штуку… Если здесь, получи Валгалле, момент совпадает со земным да вас в самом деле в одно идеал время сумели попасть во по сути существующее прошлое, ведь в чем дело? получается? Раз наши одиссея до этих пор далеко не завершились никаким окончательным образом, ведь да возьми завтра они единаче ни за что малограмотный успели повлиять. Все единаче может равно так, да наизнанку повернуться. Следовательно, оказавшись здесь, не без; нами, перед того, в качестве кого весь определилось, вы, во своей предыдущей жизни равно невыгодный могли ничто знать. Поскольку сносно изо того, что-нибудь может случиться, единаче легко невыгодный было. Вот если все, что-то из нами может случиться, произойдет, в этом случае всего сказание пойдет предназначенным ей путем. И потому-то прежде прожитая тобой живот далеко не имеет шиш общего со той, которая будет. Улавливаешь?

Заметив, ась? симпатия безграмотный накануне конца его понимает, Андрон пояснил, продолжая улыбаться:

— Ну вот, кабы бы ваш покорнейший слуга в тот же миг попал на XIII время равно решил стать во главе борьбу наперерез кому/чему монгольского нашествия, исходя с своего исторического опыта равно технических познаний. Наверняка то, в чем дело? со мной бы после этого произошло, далеко не имело сносно общего из тем, в чем дело? ми безотлагательно секрет полишинеля относительно событиях 0237 года… Как тебе ёбаный силлогизм?

— Силлогизм интересный, — ответила Альба. — Но понять его в области достоинству автор далеко не готова. Я тем неграмотный менее равно как безграмотный физик, мы биолог. Так что такое? оставим сии проблемы интересах специалистов. Наверное, сильное копьё из Борисом на них паче разберутся. А видишь я, наравне биолог, вместе с твоей Ириной буду ахти рада познакомиться. Разумная инопланетянка — невероятно…

— Ну-ну… — целое вместе с праздник но непонятной усмешкой сказал Новиков. И сразу спохватился. — Слушай, ваш покорнейший слуга а тебя, наверное, вовсе замучил своими россказнями… Дорвался… Правда, собеседников у меня века безвыгодный было, тем более — таких. Извини. Спать тебе пора…

— Нет, никак не беспокойся. Двое-трое суток пишущий эти строки совсем могу вне сна обходиться. И прислушиваться тебя интересно. Да пока что затем кофе. Сильный стимулятор. Мы настоящий кофе, ага до этих пор экой крепкий, одиночно пьем…

— Почему так?

Альба пожала плечами. Действительно — почему? Как разъяснить трансформирование вкусов равным образом пристрастий людей невыгодный вслед годы, ради века? Тут равно мода, да медицинские соображения, равно социокультурные факторы.

Но не откладывая ее интересовало отнюдь другое. Психология Андрея равно его друзей занимала ее гораздо больше, нежели гастрономические склонности своих современников.

— Объясни ми лучше, с каких щей вам до сей времени но оказались здесь, получай этой планете, благодаря тому разом малограмотный обратились ко человечеству, невыгодный сообщили относительно встрече со пришельцами? Я неграмотный понимаю… Это но зуон всемирного значения, а ваша милость совершенно стали деять втроем… Разве приблизительно можно?

Она подняла ставни равным образом увидела, что-то Андря смотрит получи нее со сложным выражением — из усмешкой, равным образом личиной бы вместе с печалью, равно вместе с непонятным ей сожалением. И возлюбленная пока что неграмотный была уверена, который определила весь его чувства.

Новиков встал, прошел малость присест молчаливо с стола давно окна да обратно, затем присел у камина равно еще раз стал усиливать свою трубку.

— Ох, Альба… — некто вздохнул. — Это но сызнова в какой мере изъяснять придется, а я, а за совесть признаюсь, поуже получи и распишись пределе. До ваших возможностей моя персона покамест малограмотный дорос, равным образом когда трое суток минус сна равным образом выдержу, ведь безо всякого удовольствия. Даже на твоем обществе. Лучше бы завтра… Помнишь — «наступило утро, да Шехерезада прекратила дозволенные речи».

Но, очевидно, симпатия прочитал на глазах гостьи такую любопытство да нетерпение, сколько тряхнул головой равным образом развел руками.

— Ну, хорошо. Чего хочет женщина — хочет Бог. Уже древние что-то около считали… Только я, даже если можно, днесь во подробности лишше окунаться никак не буду. Так, в кратких словах обрисую. А совершенно прочее потом. Время будет. Надеюсь…

И опять двадцать пять Альба почувствовала на его словах невысказанную тревогу.

Слишком бездна неприятности вокруг, подумала она. Может быть, больше, нежели ради всю ее предыдущую жизнь.

— Извини, автор в ту же минуту отлучусь получай минутку, священнодействие требует, а твоя милость отдохни немного. И продолжим… — сказал Новиков равно вышел. Альба осталась одна.

И мгновенно в нее нахлынуло острое чувствование тоски да одиночества. Ночь, чужая равным образом опасная, подступила вплотную, проникла чрез стены да стекла, сдавливая около нее односторонний окружность тепла равным образом света. Девушка зябко передернула плечами через сего ощущения равно повернула трон так, дай тебе неграмотный было из-за задом черных проемов окон.

До последнего момента она, увлеченная рассказом Андрея, когда-то забыла воображать по отношению себя самой, а в тот же миг глядишь пронзительно наглядно поняла, аюшки? в самом деле произошло непоправимое, привычная дни кончилась, исчезла во дали времен, да совместно от ней исчезли вовек далеко не только лишь погибшие держи корабле друзья, а не выделяя частностей все — друзья, подруги, родители, братья, точно бы умерли весь разом, оставив ее нисколько одну…

Слишком целый ряд трагического равным образом страшного обрушилось получи девушку, по малой мере равным образом прошедшую необходимую чтобы космонавтов психологическую подготовку, а ничуть малограмотный закаленную жизнью, таковой жизнью, аюшки? выпадала получай долю ее ровесницам на прошлые века, идеже смерти равно страдания были почти не сколько обыденными…

И видишь в настоящий момент должно долбить бедовать равно ей.

За сам только лишь воскресенье ее долгоденствие делала еще четвертый зигзаг. Всего просто-напросто прошлым утречком возлюбленная была умиротворенно да безотчетно счастливой двадцатитрехлетней девушкой, таковой же, в духе капитал своих сверстниц, малограмотный выгодно отличается равным образом далеко не хуже, на привычной среде равным образом быть своем деле.

Какой-то миг — да вишь возлюбленная еще пострадавшая кораблекрушение, избегнувшая смерти в корабле, с намерением задубенеть в снежной равнине. Если бы отнюдь не всё невероятное приход Новикова, ее сейчас отнюдь не было бы, окоченевшее клейстокарпий полностью замело бы метелью, ась? воет в ту же минуту после окнами, равным образом никто, вовек невыгодный узнал бы, идеже равно во вкусе прошли ее последние часы.

Чуть впоследствии Альба стала счастливо спасенной, получившей вторую долгоденствие что дар с рук родившегося три века вспять человека. Поверила, в чем дело? безвыездно страшное уж позади, вводные положения подлаживаться получи наблюдаемость на чужом, архаичном, непонятном, же постоянно а привлекательном мире.

И вона теперь, со временем долгой ночной беседы со таково вдруг вошедшим во ее житьё человеком, всегда заново стремительно меняется, становится уже больше сложным равно непонятным… И снова буква пронзительная, безнадежная скукота что до невозвратно утраченном…

Но после этого но сработал конструкция психической самозащиты, невыгодный дающий лишаться чего надежду ажно держи эшафоте. «Почему но навсегда? — подумала Альба, уже безграмотный успев обтереть навернувшиеся получай иллюминаторы слезы. — Ведь нуль но неизвестно. И мужественный лично ни ложки малограмотный знает. А кабы всегда наоборот, да сие некто попал из друзьями во наше время? Даже в области теории Эйнштейна общее направление до времени как будто только лишь вперед. Мало ли что такое? тама написано у Новикова… А разве так, в таком случае будет скопить установку гиперсвязи да отдать фанфара бедствия. И нас найдут, следовать нами прилетят…»

От этой мысли Альба приёмом успокоилась, повеселела. Вопросы технической реализации ее безграмотный интересовали. Есть кибернетик Айер, вкушать эндемичный гениальный, по мнению словам Андрея, конструктор Левашов. Пусть они равно решают.

И Альба сделано думала нимало что касается другом. О том, в чем дело? вместе с Новиковым, на котором возлюбленная бессознательным, только безошибочным женским бессознательно определила человека, держи которого позволено основываться на новой жизни, итак также нимало отнюдь не просто. Возникла со страниц его записок Ирина-инопланетянка равно встала у Альбы для пути.

Но вишь как бы однова в этом месте Альба со здоровой самоуверенностью несовершеннолетний равно красивой девушки решила, что-то преимущество у нее беда неплохие, клеймящий по части тем взглядам Андрея, зачем возлюбленная получи и распишись себя ловила, равным образом по части тем рассыпанным во тексте повествования намекам, изо которых следовало, зачем не факт ли у Новикова из Ириной что что-нибудь серьезное… Конечно, симпатия понимала, что такое? труды Новикова — сие малограмотный дневник, скорее — художественное вещичка со определенной дозой вымысла, только что однова интересующие ее интимные подробности не факт ли выдуманы…

Одним словом, ко моменту возвращения Андрея Альба успела прошагать абсолютный период смены настроений — через горя равным образом депрессии для энергичному оптимизму, овладевшему ею присутствие мысли что касается том, аюшки? выключая иных увлекательных приключений, преддверие ней открывается стезя помериться силами со женщиной, клеймящий соответственно запискам Новикова, а особенно объединение рассказу Берестина, наделенной невероятной красотой равно сплошным потоком прочих необыкновенных качеств…

Пока Андрея малограмотный было, Альба подошла ко бару не без; зеркальной задней стенкой, стала стараясь безвыгодный отойти в сторону ни слова прослеживать свое отражение, разом пытаясь представить, в качестве кого может смотреться пресловутая Ирина.

Она увидела, зачем проем следовать ее задом открывается, равным образом сделала вид, сколько рассматривает неграмотный себя, а стоящие на открытой пирамиде неподалёку от баром винтовки. Поблескивающие воронением стволов равным образом лаком прикладов, умильно да тщательно отделанные пушки убийства…

И заново не без; удовлетворением да тайной радостью отметила симпатия оный склонный взгляд, которым Новиков скользнул по части ее фигуре. По молодости парение равно недостатку опыта возлюбленная сызнова отнюдь не знала, в чем дело? подобные принципы мужчин безвыгодный спокон века выражают то, что до нежели думала она…

Очевидно, Андрюха выходил умереть и никак не встать дворишко равным образом пробыл после стоит долго, благодаря этому сколько голову его кучно запорошил снег.

— Так вот, — заговорил он, будто равным образом безграмотный прерывал своего рассказа, садясь вопреки Альбы равным образом вытирая платком влажное через тающего снега лицо, — твоя милость спрашиваешь, отчего наша сестра невыгодный обратились ко широкой общественности равно компетентным органам. Резонный вопрос. Причин, не грех сказать, три. Объективных равным образом субъективных…

Первая — психологическая. Мы, без обмана сказать, поперед последнего равно как бы равно неграмотный верили во очевидность всего делов происходящего. Вроде во вкусе смертный отнюдь не верит на собственную смерть. Знает, который хоть умри будет, да малограмотный верит. Вот равным образом тогда так. Не хватало внутренней убежденности. Где-то на подсознании однако эпоха казалось, что такое? сие отнюдь не всерьез. А в целях того, так чтобы на наших условиях исходить на официальные организации, убеждать, подкреплять доводами такую вещь, во вкусе нашествие пришельцев бери Землю, нужна убежденность получай грани маниакальности. Чтобы малограмотный мыслить об последствиях чтобы себя лично…

— А какие интересах вы могли фигурировать последствия? — безвыгодный поняла Альба.

Новиков сардонически хмыкнул.

— Самые разнообразные. Учти, в чем дело? во наше пора сложилась порядком парадоксальная ситуация. С одной стороны, идею относительно существовании братьев согласно разуму шишка на ровном месте безграмотный отрицал. Все признавали. Велись ажно работы до поиску внеземных цивилизаций, собирались соответствующие конгрессы, специальные радиотелескопы строили… А вместе с другой — буква мысль обросла таким числом спекуляций равным образом домыслов, получи и распишись ней специализировалось столько сумасшедших равно шарлатанов, безграмотный говоря поуже в отношении тысячах романов, рассказов, фильмов бери тему контакта, который взять хоть да громко заявить, что такое? охарактеризованный точка касания под конец состоялся… Вообрази — моя персона прихожу во Академию наук, отнюдь не говоря сейчас насчёт каких-то других серьезных организациях, вдобавок прихожу ко самому мелкому чиновнику сиречь референту, равно заявляю: здравствуйте, моя любовница — делец инопланетян…

Новиков заново замолчал, будто бы проигрывая во уме эту сцену во подробностях. И аж фыркнул, невыгодный сдержав эмоций.

— Не знаю, по образу у вас, а моя особа на Москве конца XX века малограмотный могу передать себя должностное лицо, которое смогло бы равным образом захотело дать характеристику для такому заявлению не шутя равно конструктивно. Может, равно снедать такие люди, да там, несравненно пришлось бы идти, моя персона их никак не представляю… Но хоть разве бы равно нашлись — почто дальше? При нашей бюрократической манере вплоть до каких-либо практических решений прошли бы месяцы, равно приятными они бы далеко не были… А верней всего, меня иначе говоря послали бы камо подальше, или, любезно-опасливо улыбаясь, вызвали скорую помощь. В книжка равно проблема, ась? те, который был способным бы принять за истину безоговорочно, малограмотный могут сносно решать. А поставленные решать — на глубине души неграмотный жуть верят ажно во то, что-то Земля круглая…

— Ты правду говоришь? — со недоумением спросила Альба. — Но сие но ужасно…

— Ничего, живем. — Новиков раз как-то самобытно скривил уста да махнул рукой. — Я гляди тут, кстати, подумал, как бы оно будет, когда ваш брат вернетесь из нами в Землю равным образом придется с соблюдением всех формальностей оформлять ваше резон сверху существование. Тоже проблема. Если хочешь знать, как например да западло ми что до таком говорить, аз многогрешный как-никак равным образом испугался самым банальным образом, если впервинку задумался касаясь необходимости анонсировать относительно пришельцах, безусловно равным образом об изобретении Левашова тоже. Подумал: узнают об этом — равно все. Привычной жизни конец. Сразу по сию пору изменится — психология, межгосударственные отношения, самые по-видимому бы вечные взгляды на вещи равным образом нормы. Понимаю, что-то безграмотный прав, а безвыездно в одинаковой мере страшно… Пока целое только лишь меня собственнолично касается — сие одно, а видишь рано или поздно всё-таки около довольно отнюдь другим…

И тутовник но срыву себя оборвал. Помолчал, отвернувшись.

— Впрочем, в эту пору сие всего лишь лирика. Еще невыгодный вечер… А разве серьезно, этак у нас просто-напросто времени малограмотный было. Ведь в некоторых случаях настоящие пришельцы появились, в совершенно насчет все — равным образом сверху размышления да бери действия — не так суток судьба нам было. Какие медянка тутовник обращения во компетентные органы…

Он вновь замолчал. Подошел ко окну, прислушиваясь. Посмотрел получи и распишись часы.

— Кажется, едет кто-то. Давай выйдем, посмотрим.

На крыльце на харя Альбы ударил аспермичный равным образом не дает спуску снег. Вначале возлюбленная ни ложки неграмотный услышала, за вычетом завывания ветра во кронах невдалеке подступающих ко дому сосен. Пурга отнюдь рассвирепела, да еще раз дев`ица вместе с содроганием представила, аюшки? без дальних слов из нею было бы, малограмотный выйди своевременно Новиков изо дому.

— Слушай, — сказал Андря равным образом указал рукой направление.

Альба, прислушавшись, в сущности сумела экстрагировать с сумятицы звуков коротенький прерывистый гул, а попозже равным образом разобрать на черной крутящейся мгле яркие блики света.

— Похоже, сие наравне разок Берестин. На полных газах идет, ни машины, ни головы безвыгодный жалеет. Минут помощью двадцать на этом месте будет…

Они вернулись во дом, ко уютному да успокаивающему теплу камина, вспыхивающего веселыми языками пламени.

— В общем, в надежде полоз подвести черту выше- разговор… Справились автор вместе с теми пришельцами, порадовались сообразно этому поводу, а утречком оказалось, в чем дело? ни аза безвыгодный закончилось. Совсем хоть наоборот. История приобрела совершенно неожиданное продолжение, такие на нее включились персонажи, такие силы, что-нибудь одиночный порядок уцелеть, какой торопясь нашли — использовать в своих целях тем а самым каналом равно утратиться сюда, возьми Валгаллу. Отсидеться, на надежде, что такое? олигодон здесь-то безграмотный найдут… Чести мало, конечно. А слабо денешься?

Новиков вздохнул жалобно да вторично употребил окончательно туманный Альбе оборот. Идиому, очевидно: «Тяжело во деревне лишенный чего нагана».

— Правда, отступили организованно, безо потерь, из оружием да знаменами. Высадились, стали окрестности исследовать, хата настоящий построили…

мужественный говорил, делая защелка во основном получи бытовые, сплошь и рядом забавные подробности, равно выходило так, аюшки? как бы рассказывает дьявол об увлекательной туристской поездке. Но на так а время, слушая его баритон со небрежными интонациями, возлюбленная улавливала, что-нибудь говорит симпатия далеко не касательно самом главном, опускает многие, возможно, самые существенные подробности. И постоянно а симпатия поняла, почто равным образом после этого нисколько отнюдь не закончилось, скорешенько напротив, равно Новиков со друзьями занимались возьми планете абсолютно никак не спокойным времяпрепровождением, добровольно равным образом гастрономическими утехами, вроде могло проступить равным образом попервоначалу в самом деле показалось Альбе, а куда как побольше серьезными делами.

— Во-первых, самочки пришельцы бог весть куда исчезли. Машину наша сестра нашли, а их самих — нет. Проблема. И еще. В одном с походов Левашов сделал возьми берегу реки, километров нате четыреста южнее, последки самого настоящего сражения. Правда, будет давнего. Обгорелые коробки, сходные получай наши бронетранспортеры, числа абсолютно человеческих костей. Словно пехотная соединение полного состава затем полегла. Вот тебе равным образом спокойный закута со курортным климатом. И, наконец, Берестин новобрачный заметил во бинокль пролетающий по-над горизонтом цеппелин либо штуку, ахти для него похожую. Так аюшки? принимать надо нежели думать… Этим пишущий сии строки в тот же миг равно занимаемся.

Новиков паки улыбнулся, тряхнул головой, можно представить радикально отбрасывая все, связанное со своим рассказом.

— Нет, Альба, все. Хватит. Время наше вышло. Берестин теперь подъедет. Да равным образом никак не хочу отнимать тебя увлекательного чтения… Помню, на свое пора достанешь какую-нибудь увлекательную книжку, растрепанную, натурально, — Буссенара со временем либо «Наследника с Калькутты», прочтешь, а в дальнейшем отдаешь следующему объединение очереди равным образом завидуешь, который у него единаче целое утеха впереди.

Альбе показалось, что такое? на голосе его прозвучала откровенная насмешка, токмо по-над кем, отнюдь не поняла она: надо ней не ведь — не то надо самим собой?

Новиков, согнув тетрадь, пустил из-под пальца листы веером.

— Одни заголовки в чем дело? стоят… «Сольная объединение Иуды», «Дипломатическое интермеццо», «Критерии отбора», «Пир нате Валгалле», «Толстовец из пулеметом»… Ей-богу, сам по себе бы такую книжку из руками оторвал.

Он хотел выговорить как бы еще, а отстоящий гуканье неожиданно энергично приблизился, монументальный дизель взревел получай последнем подъеме под фортом, послышался лязг гусениц да гнусаво взвыла нимфа у ворот.

— Пойду встречать…

За окном заскрипели створки, стукнул отвернутый засов. Свет фар ударил от замерзшие стекла, получи секунду осветив вход непривычным уж электрическим светом. Залаяли собаки, завершающий однажды рявкнув, смолк дизель. Альба услышала громкие, а неразборчивые голоса, туканье шагов да рында брошенного сверху настил железа, дальше плита открылась.

Вошел Новиков во сопровождении высокого, одного роста из Альбой мужской элемент на черной замасленной куртке из меховым воротником, ото которого весьма обдавало нефтью равным образом продуктами ее перегонки. Голова сильный пол была непокрыта, светлые букли растрепаны, а хмырь равным образом изнаночная бровь заклеены грязноватым пластырем, сквозь тот или другой проступала свежая кровь. Очевидно, Новиков ради те до некоторой степени минут, который они были вдвоем, успел говорить как бы касательно ней, благодаря тому что зачем ушедший смотрел для девушку кроме удивления, вернее не мудрствуя лукаво со интересом, в качестве кого держи любую другую, довольно миловидную особу.

— Знакомьтесь. Это Альба Нильсен, а сие Алёня Берестин, десантник, скульптор да землепроходец… — представил их кореш другу Андрей.

— Точнее — землепроходимец… — нелюдимо поправил его Берестин.

Альба протянула ему руку, да он, перед вместе с сомнением взглянув получи и распишись свою грязную ладонь, несильно ее пожал.

— Видишь, ваш покорнейший слуга что знал — головы невыгодный жалеет, — указал Новиков получи Берестина. — Влетел на яму, ремни невыгодный пристегнуты, само собой — лбом на броню… Ты посиди пока, да мы от тобой быстро…

Вернулись сильный пол только в чем дело? не махом же, несмотря на то Альба да приготовилась ко долгому ожиданию, Берестин только лишь сбросил куртку, умылся равно причесал волосы. Новиков перевязал ему голову, да пластина бинта срыву выделялась получай дочерна загорелом равно обветренном лице. На оный отражение художника, рафинированного, обостренно-эмоционального, почто сложился у Альбы до его запискам, Берестин походил ужас мало. Скорее спирт выглядел во вкусе деюн древних американских фильмов. Сходство подчеркивалось черными блестящими сапогами равным образом тяжелой кобурой пистолета бери поясе.

Она рассматривала его на собачка равно заметила, который Берестин, во вкусе равным образом Новиков поначалу, стесняется ее взгляда. Это было по-китайски на таких сверху лик суровых мужчинах.

— Извините, Альба, мою невоспитанность, — сказал Берестин, подсаживаясь ко столику, — так ваш покорный слуга неграмотный могу отказать себя на потребности вытерпеть да пьяный все, сколько тогда осталось. Если ваш брат малограмотный возражаете, конечно. Знаете, червон часов ради рычагами — сие полно утомительно. Особенно эпизодически преддверие глазами всего лишь снег…

Через пятью минут держи столе никак не осталось нуль съедобного, вдобавок лимонных долек сверху блюдце.

— Ну вот, укрепил слабеющие силы, — сказал Берестин, отодвигая с себя столик. — А в настоящее время ваш покорный слуга приходится помимо всякого удовольствия сообщить, что такое? к концу вступил во дежурный согласованность из братьями сообразно разуму. Тоже очередными. Не в области моей вине. И безграмотный знаю, сверху успех иначе говоря получи беду, хотя минус потерь со обоих сторон. Так почто безграмотный теряйте мужества, худшее впереди.

— Что после братья по мнению разуму? — спросила Альба. — Те, в чем дело? получи и распишись Земле были?

— Вряд ли… — протянул Берестин. — Эти порядков получи и распишись высшая оценка примитивнее, моя персона считаю. — И посмотрел для Новикова. Похоже — не без; неудовольствием.

Тот кивнул.

— Все нормально, продолжай.

Берестин ес скептическую мину.

— Все торопишься, Андрей. Как всегда, торопишься. Сам а пел: «Ямщик, далеко не дай лошадей…». А вообще-то весь равно. Хуже поуже ни аза малограмотный будет. Вы умеете стрелять, Альба? — неожиданно повернулся некто для девушке. — Я дам вы парабеллум… — равно стаккато рассмеялся.

Альба, неграмотный понимая, посмотрела возьми Новикова.

— Ничего. Это возлюбленный цитирует.

От такого ответа ясности никак не прибавилось, так продлевать допрашивание Альба далеко не стала. Она перевела мнение бери Берестина равным образом лишь только без дальних разговоров заметила, который у него зеницы безвыгодный подходят для лицу. Лицо суровое да жесткое, а бельма мечтательные.

— Не дергайся, Леша, — сказал Новиков. — Альба знает все, зачем не запрещается да нужно. Деваться нам некуда, а тогда три таких гостя. Высокоразвитые равным образом мудрые. Глядишь, нежели равно помогут. Устроим завтрашний день консилиум…

— И тему сформулируем ахти изящно. Например, так: «Куды бечь?»

— Ну, таково либо — либо невыгодный так, сие различимо будет. А временно из тобой дайте разберемся. На тебя напали туземцы, сие автор понял. А на деталях?

— А деталей неграмотный приблизительно равным образом много. Триста полустолетие километров для югу объединение спидометру. Как в один из дней во теснина в обществе Рекой равным образом Полуденными горами. Спокойно еду, никого нет отнюдь не трогаю. Тут с подачи туч бери меня пикирует дирижабль. Совсем что настоящий. Только раскраска дурацкая — грязно-синяя вместе с розовым. Довольно полярно смотрится. Делает крутой раствор да вне всякого предупреждения бросает черт знает что видать магниевой бомбы. Как моя персона увернулся — вплоть до этих пор безвыгодный знаю. Рвал фрикционы так, в чем дело? давно этих пор рамена ноют. Полыхнуло здорово, снежура равным образом дерн выжгло метров сверху двадцать во радиусе. Он получи и распишись следующий заход. Я, при помощи рычаги, ко пулемету. Все колени посбивал. Врезал трассирующими. С упреждением, вроде учили. Похоже, промазал, а может, да наработка сообразно гондоле, трассы впритычку прошли. Но некто вмиг целое понял, ручку получи себя — да во тучи. Ну да я, конечно, в соответствии с газам, на сопки, следом на лес. Разошлись. Я с нить понаблюдал минут сорок, ни один человек более безвыгодный появился, равно я — домой, сообразно обратной директрисе. Метель жмыхи замела, а ась? ниже будет — проговорить безвыгодный берусь…

— Теперь ясно. Хотя да не так половины. Благодарю через лица службы. Я, правда, до другому случаю поголовный слет объявил, так об эту пору олигодон до сей времени одно ко одному.

Альба слушала, вторично невыгодный понимая чрезвычайно специфических выражений, хотя сущность ей была ясна совершенно. Похоже, новые ее братва отличаются чрезмерно экспансивными характерами. Как возлюбленная сделано слышала с Андрея — раньше стреляют, следом думают. Но, вместе с непохожий стороны, буде они самочки сие сознают да хоть пишут об этом, значит, сие далеко не безрассудная импульсивность, а осознанная ряд поведения. Об этом вновь придется подумать, поглубже постичь их характеры, равным образом только что после свершать выводы.

Состояние у нее в тот же миг было странное, похожее держи то, аюшки? бывает, если впервинку попадешь на невесомость. Мир утратил четкость, надежность, устойчивость, привычные знания да стереотипы поведения перестали действовать, а новых снова пропал да неизвестно, от случая к случаю они появятся равно какими окажутся. Альба понимала, сколько сложившиеся у нее представления в рассуждении жизни здесь, со этими людьми, поуже никак не имеют почти не никакого практического значения. Все нужно переосмысливать, научаться впитать отнюдь от других позиций.

До вчерашнего дня симпатия всегда, не без; праздник иначе говоря прочий степенью вероятности, могла предвидеть, почто произойдет со ней да во мире сегодня, завтра, посредством неделю равным образом сквозь месяц, знала, в качестве кого пристало действовать на каждой возможной ситуации, разговаривая от любым человеком, догадывалась, что некто воспринимает ее слова, сколько рядом этом подумает равным образом что-нибудь ответит.

Даже катастрофа, уничтожившая звездолет, входила во цифра пускай равно здорово редких, да возможных событий.

Теперь а Альба попала во негаданный да незакономерный мир.

Пусть Андрюха да Берестин прошел слух вместе с ней бери без малого понятном ей языке, возлюбленная малограмотный может поручиться, что такое? из-за каждым знакомым одним словом никак не кроется решительно видоизмененный смысл.

А почто а тут-то остается после пределами круга общих в целях нее да ради них понятий?

Альба вспомнила, во вкусе истово избегал впериться получи нее Новиков, рано или поздно возлюбленная раздевалась на бане. Можно подумать, что такое? обличие обнаженного женского тела чтобы него чем-то неприятен. Или сие связано со тем, почто симпатия за всем тем любит свою Ирину? Но почему, испытывая нежные чувства для одной женщине, воспрещено впялиться получай другую? Кажется, XX период был безвыгодный таковский уже пуританский, сколько симпатия помнит. Загадка… И всего-навсего одна изо многих.

Из записок Андрея возлюбленная узнала, сколько сложными, запутанными равным образом мучительными про обоих сторон могут бытийствовать связи мужской элемент да женщины, какими бессмысленными ритуалами они сопровождаются. И сие на ситуациях, которые, сверху ее взгляд, не запрещается было бы не позволить подумаешь равно просто, вне страданий да нервных перегрузок.

Но крат так, какими но нормами ей следовать теперь, на правах избежать ошибок да неграмотный попасть на этически неприемлемое положение?

И это, разумеется, сызнова безвыгодный главная проблема. Здесь лакомиться достижимость подождать, осмотреться, разнюхать с книг, фильмов, разговоров безвыездно необходимые ритуальные формулы равно обычаи, а в качестве кого бытовать со во всем прочим?

Пусть во шутку, цитируя кого-то, Берестин сказал, аюшки? ей придется поднатореть стрелять, и, наверное, во людей… Но инда равным образом потеха отражает господствующую на данном обществе мораль. Отсюда вывод — ее бытье равно важность безвыгодный защищены побольше категорическим императивом. На них может днесь поднять руку который угодно, однажды человечество здесь — инда такие располагающие ко себе, что Новиков равным образом Берестин — неослабно носят быть себя огнестрельное орудие да вне колебаний пускают его на ход.

Из курса истории, какой Альба прослушала на университете, возлюбленная помнила что до десятках миллионов жертв двух мировых равным образом всех прочих войн, но, оказывается, личное приобщение от вооруженным равным образом готовым бросать человеком производит с огромной форой паче сильное впечатление, нежели абстрактные цифры да хоть персонал старых кинохроник.

Она думала, ась? посредством порядочно дней, возможно, попадет получи и распишись Землю, да дальше по сию пору достаточно находиться во власти только лишь с нее самой. Сумеет ли возлюбленная уберечься через бесчисленных опасностей, подстерегающих со временем в каждом шагу? Станет ли Андря надежным другом да покровителем, поможет ли осилиться вот враждебном да чужом, до боли чужом обществе? Как произойдет случай из Ириной, приблизительно ли всегда бросьте просто, на правах симпатия вообразила вначале?

Думать о по всем статьям этом было непривычно, страшновато ажно да одновременно — без меры увлекательно. Что-то похожее симпатия испытала на десятилетнем возрасте, рано или поздно посестра постарше научила ее, вроде стаскивать блокировку со домашнего фантомата. И она, дождавшись подходящего момента, впервой на жизни очутилась во пространстве приключенческого фильма про взрослых.

Вот равно неотложно Альба почувствовала, почто ее влечет предстоящая ей жизнь. Со всеми возможными равно пока что неизвестными опасностями, но — да сие в свой черед обязательно — от сильными чувствами, вспышками романтической страсти, горячей равным образом верной любовью… Иначе прямо-таки бытийствовать отнюдь не может.

Похоже, что-то на ней азы одновременно рождаться генетическая эйдетизм об предках-викингах, выходивших держи своих драккарах на беспредельное рой на поисках неведомого. Она во всяком случае да стала звездолетчицей собственно потому, зачем манили ее чужие миры равным образом иллюзия насчёт встрече вместе с братьями по части разуму — об этом мечтают целое космонавты изумительный постоянно времена. А достичь впредь до исторического момента выпало ей…

Новиков заметил, почто д`евица как отключилась через происходящего равным образом пусть даже неграмотный слышит, в отношении нежели они из Берестиным говорят.

— Все, братцы, хватит… — Он хлопнул ладонью по части столу равным образом встал. — С меня бери теперь довольно. Язык уж отнюдь не ворочается. Как у акына какого-нибудь, каковой три тамара «Манаса» на память да минус передышки… Пойдем, Альба, моя персона тебя провожу. Рассветает на этом месте поздно, где-то что такое? часа фошка вновь пофакаться можно, а дальше снова начнется…

— С в чем дело? твоя милость взял, что-нибудь лишь четыре, — возразил Берестин. — Пусть взять до самого обеда спит, какие у нее заботы? А ваш покорнейший слуга пока что малость у нее обнаружить хочу, ин`аче сон бежит через глаз замучает. Ты как, Альба, на состоянии до сей времени минут десятеро потерпеть?

— Конечно, насколько угодно, ваш покорнейший слуга сейчас говорила Андрею. У нас возьми корабле вахты были соответственно десятеро суток от сорок. Спать ми решительно никак не хочется.

— Ну, свобода ваша, — пожал плечами Новиков. — Если особа никак не против… Только твоя милость тоже, безграмотный сочти ради труд, изготовь своего знаменитого, геджасского, вместе с сандаловой палочкой… Гулять беспричинно гулять. И за число капель, соответственно…

Берестин разлил до чашкам капуцин таковский консистенции, почто шумовка кое-как безграмотный стояла во частый суспензии.

Андрейка отхлебнул, почмокал губами.

— Сказка востока… И отчего сие у меня вовек приблизительно никак не получается?

— Так в рассуждении нежели ваш брат хотели меня спросить, Алексей? — Альба изо вежливости также сделала чуточный глоточек равным образом отставила чашечку.

— Да очищать у меня отдельные люди сомнения. Раз твоя милость знаешь относительно моих приключениях на дебрях времени, то, наверное, обратила забота возьми имевший поляна парадокс? Вот дайте вмиг да выясним, подлинно ли мы — твои предки, а ты — наша пра- на энной степени внучка…

Новиков толкнул его лещадь столом ногой. Он малограмотный хотел, дай тебе Берестин напоминал девушке безотлагательно что до ее прошлой жизни. Он предумышленно цельный день-деньской равно пир занимал Альбу своими историями, приблизительно добился того, что такое? мысли ее сосредоточились сверху настоящем равно будущем, да смотри Алёха весь ломает.

Берестин раздраженно отмахнулся.

— Кто был первым космонавтом Земли, твоя милость помнишь?

— Конечно, — удивилась Альба. — Юраха Гагарин. В 0961 году…

— Правильно. А высадка бери Луну?

— Нейл Армстронг. 0969-й…

— Тоже сходится. А пилотируемый тяга нате Марс?

— 2012 год, общий перелет советского равно американского экипажей… — Она назвала фамилии, которые прозвучали окончательно незнакомо. И неудивительно — во 04-м году сии ребята ходили, наверное, на начальную школу.

— Ладно, предположим. Еще вопрос — по образу касаясь третьей международный войны?

Лицо Альбы выразило удивление.

— А нешто такая была? Про вторую ваш покорнейший слуга знаю… Закончилась, по-моему, во сороковничек третьем…

Берестин да Новиков немногословно переглянулись.

— Точно во мешок третьем?

— Ну, моя особа невыгодный помню точно… — Альба смутилась.

— Ничего страшного, — успокоил ее Андрей. — Я пошел прочь около профессионал, равно ведь невыгодный помню, эпизодически Ливонская столкновение закончилась.

— А потом второстепенный всемирный какие взрослые войны твоя милость покамест помнишь? — продолжил кэцзюй Берестин.

— Их этак бездна было… До середины XXI века только сколько не кажинный годочек что-то около до сей времени эпоха воевали. Я а говорила вам — автор биолог. Давайте выгодно отличается расскажу, на правах на XXI веке восстановили мамонтов. Или наравне на Сахаре появились пальмовые леса, сие весть интересно…

— Расскажешь, Альба, ради совершенно расскажешь, токмо такие контия автор сих строк от Андреем зацикленные — нас не откладывая исключительно политические проблемы занимают… Попробуй, вспомни — атомное меч сверху Земле применялось?

— Да, кажется, единолично иначе банан раза. А где — безвыгодный помню…

— Да склифосовский тебе, пристал ко девушке! Экзаменатор… Лучше коньяка выпей, а если да полегчает. Нужны ей твои заботы.

— Все, все, молчу… — Но что ль было, сколько любопытство Алексея вовсе никак не удовлетворено, аж напротив. Да сие равным образом неудивительно — при случае преддверие тобой сидит человек, тот или другой знает, что-то содеялось для Земле на следующие три века!

— Ну, а возьми хоть вам коммунизм-то построили?

— Построили, построили, успокойся, ваш покорнейший слуга тебе своевольно совершенно расскажу, — пресек его настоятельность Новиков. — Видишь, положительно человека замучили, спит со открытыми глазами. — Андрюха непременно взял Альбу вслед за руку.

Они поднялись наверх. Новиков открыл дверка комнаты, пропустил девушку вперед, а своевольно остался нате пороге.

— Спокойной ночи. Извини, коли что-нибудь малограмотный так. Мы весь но семя темные, гимназиев никак не кончали… для сожалению… Отдыхай — Новиков подмигнул ей, поощряюще кивнул головой, закрыл дверца да Альба услышала, во вкусе застучали по части лестнице его быстрые шаги.

Она разделась, легла получи постель. Зашуршала сухая травка во перине. Альба прикрыла глаза, полежала получи спине, солидно равно монотонно дыша, только при помощи некоторое миг почувствовала, в чем дело? уснуть невыгодный сможет. Да да далеко не хочет. Слишком беда сколько впечатлений.

Вновь села получай кровати. Свеча на медном канделябре почитай догорела, светильня начал трещать, а язычок огня нервно вздрагивать. Она взяла держи полке новую свечу, толстую, пахнущую медом, зажгла, укрепила на гнезде, залитом потеками воска, равным образом обрадовалась, по образу метко сие у нее получилось. Может быть, равно камелек по малом времени научится разжигать, равно напиток бодрости варить…

Альба вздохнула, обвела глазами бревенчатые стены, коротенький потолок, черное стекло, на котором мерцал отпарированный огонек свечи, легла поудобнее, подмостив лещадь локоточек подушку.

И открыла тетрадь, исписанную мелким, так жуть отчетливым почерком Новикова…

Книга вторая. Улисс покидает Итаку

О Боже, — вскричал пишущий эти строки на тревоге, — что, неравно

Страна каста точно колыбель мне?

Не тогда ли любил мы равно умер безвыгодный в этом месте ли,

В далекой да солнечной этой стране.

Н. Гумилев

Часть первая. Критерии отбора

Это было невыгодный раз, сие достаточно отнюдь не крата

В нашей битве крепкий равно упорной:

Как всегда, через меня твоя милость нынче отреклась,

Завтра, знаю, вернешься покорной.

Н. Гумилев

Заснула возлюбленная поздно, под подо утро, и, ощутив через сомкнутые веки, зачем во комнате уж светло, успела вместе с досадой подумать, почто безграмотный стоило уступать нате Димкины уговоры да гарцевать со ним нате Ленинские горы, рекуперироваться со них заполночь на своих двоих ей-ей до настоящий поры да целый век торчать на подъезде. Мало ли почто некто будущие времена уезжает… Сегодня как и довольно день. А смотри бери кэцзюй сегодня придется шествовать безвыгодный выспавшись.

И открыла при помощи силу глаза.

В комнате было сумрачно, равно следовать окном шел дождь. Сначала возлюбленная увидела лишь только это, равно просто-напросто при помощи одну минуту поняла, ась? невыгодный лежит во постели, а целиком одетая стоит только у окна, равным образом из-за окном безвыгодный сильный не без; детства авеню со гудящим многорядным как из панты изобилия машин да бело-зеленым зданием Рижского вокзала вдали, а какой-то верт тож парк, возьми первом плане густые мокрые кусты равно мокрая трава, а дальше, следовать серой пеленой дождя, виднеются высокие массивные глухие стены.

Так равным образом бывало — думаешь, который проснулась, а для самом деле неясный продолжается. И здесь но возлюбленная во всех отношениях равно ужас следовательно поняла, что-то фиговый сие малограмотный сон, а самая настоящая, уж на что равным образом странная, реальность.

Захотела устрашиться равно невыгодный смогла сего сделать. Было только лишь растерянность равно словно бы бы оглушенность с необъяснимого перехода во положительно другую жизнь.

Обернувшись, возлюбленная увидела, который находится на крупный да около несущественный комнате. На золотистом, со длинным ворсом ковре стоял низкорослый журнальный столик, вблизи него — пара глубоких кресла. И все.

Нет, симпатия ошиблась. Всю противоположную стену занимал тускло отсвечивающий, примерно микроскопический для фоне обоев экран. Как у телевизора, только лишь кайфовый числа однажды больше.

Еще невыгодный предвидя зачем, возлюбленная решила подойти, кинуть взор получи него поближе.

Идти было неудобно, во теле ощущались сплоченность равным образом слабость, что по прошествии долгой болезни. И еще — мешали беда высокие каблуки. Она таких поначалу отроду никак не носила.

Экран внезапно засветился, да со каждым шажком сияние становилось ярче, а в некоторых случаях симпатия подошла вплотную, зеркало стекла исчезла, растворилась, да во образовавшемся проеме возлюбленная увидела другую комнату — роскошно, на эклектическом стиле конца прошлого века омеблированный кабинет.

В стилях она, надвигающийся архитектор, разбиралась важно да безграмотный могла неграмотный обмереть с восторга сложностью равно тщательностью отделки стен равно потолка, тяжеловесной изящностью мебели.

Иллюзия была полной, равным образом лишь только коснувшись рукой холодного стекла, симпатия убедилась, зачем под ней до сей времени а изображение.

А там, во кабинете, заполненном сумеречным тоскливым светом, вслед массивным письменным столом получи и распишись резных львиных лапах, во черном кожаном кресле сидел личность да читал толстую книгу. Лампа около зеленым абажуром освещала доза стола — из блестящим кофейником, граненой хрустальной пепельницей, по-над которой поднималась в высоту тонкая равным образом неподвижная струйка дыма, равным образом лежащим символически сбочку большим черным револьвером.

Поза человека, покат головы, подцвеченный лампой сечение показались ей знакомыми, равно здесь а симпатия узнала его. Конечно, сие Дмитрий, дьявол же — мичман Дим, как бы возлюбленная звала его по части созвучию от именем героя романа Конрада. Они расстались решительно недавно, часа четверка назад, у двери ее квартиры, да вроде симпатия чудеса в решете изменился! Лицо покрыто красноватым густым загаром — где бы ленинградской весенней бледности, возьми голове малограмотный курсантский ежик, а порядком длинные, выгоревшие получи и распишись солнцепек волосы. И другая одежда. Не черная форменка со якорьками в погонах, а оливковая водолазка непривычного покроя. Но деяние ажно отнюдь не во этом. Она глядишь поняла, что-нибудь сей Дима неизмеримо старше, лет, может быть, получи и распишись десять, если бы никак не больше. Не юноша, а довольно-таки поживший мужчина.

Он поднимает голову, смотрит получай нее да в свою очередь узнает ее отнюдь не сразу.

«Постой… Наташа? Это ты, Наташа? — Он с грехом пополам однажды равно встревоженно улыбается. — Откуда? Как издревле ваш покорнейший слуга тебя малограмотный видел…» — «Почему а давно? Еще теперь ночью…» Он критически качает головой: «Давно, Наташа. Я сделано начал позабывать твое лицо. Да равно ты, требуется сказать, изменилась, вовсе красавицей стала…»

И гляди исключительно сейчас возлюбленная просыпается по-настоящему. До конца. И всё-таки понимает. Что в сущности как бабка прошептала архи бездна лет, зачем у нее сделано была другая жизнь, во которой целый ряд разного случилось, же Демид на пирушка жизни отнюдь не было.

И вспоминает вновь одно, самое главное, с почему ей в конце концов становится по-деловому жутко…

Глава 0

В том, в чем дело? Фритьоф Нансен был прав равным образом для холоду притерпеться истинно невозможно, Воронцов сумел под конец прийти к убеждению во полной мере.

Вышло так, что такое? затем многих лет, проведенных получи и распишись южных линиях, ему целую навигацию пришлось трудиться «на северах», с Мурманска давно Певека равно обратно. Погода весь сезон стояла мерзейшая, устал некто сильнее, нежели рано ли раньше, равно при случае напоследях дождался отпуска, решил обитать его градусов получи тридцатник далее за сетке координат. А получай тех широтах его лишше сумме привлекал Сухуми. Тихий починок в зеленых холмах, счастливо избегнувший опасности принять вид на курортный Вавилон, как, например, соседский Сочи; теплое град сверх всяких признаков битого, а в одинаковой степени равно сплоченного льда; беда сколько пальм да второй субтропической зелени, спокойные закаты надо жемчужными волнами.

Он приехал тама равно понял, что такое? малограмотный ошибся.

Целыми скоро Воронцов валялся возьми разноцветном галечном пляже, во прозрачной перистой тени громадных эвкалиптов, перечитывал «Бросок получи юг» Паустовского, идеже описаны сии но места во начале двадцатых годов. Часто, откладывая книгу, спирт глядел в место по мнению ту сторону бухты да представлял, на правах по сию пору на этом месте выглядело шестьдесят парение назад. А по вечерам выходил возьми набережную, ел сверху веранде надо морем горячие, одинаковые формой в корабли викингов хачапури, а дальше выпивал целый ряд крошечных чашечек густого равно горького кофе, тот или другой заранее был «по-турецки», а теперь — объединение каким-то, очевидно, внешнеполитическим, соображениям — стал «по-восточному», хоть варил таковой кофий по сию пору оный же, что-нибудь равно двадцать планирование назад, архаичный оттоман Гриша.

День, кажется, получай пятнадцатый, начав измытариваться через монотонности жизни да на поисках новых впечатлений, Воронцов поддался держи мегафонные призывы человека получи пирсе равно взял вексель на Новый Афон.

Там, держи ступенях старинного храма, дьявол как не без; неба свалился встретил знакомого журналиста, из которым шел на прошлом году изо Бомбея получи Ленинград.

Конечно, пара обрадовались. Воронцов — с одиночества, журналист, сообразно его словам — потому, сколько давнёхонько искал Воронцова, в надежде представлять ему путевые, давеча изданные очерки, во которых было равным образом в отношении нем кое-что.

Прервав программу экскурсии, поехали для зеленый огонек во Гульрипш, идеже пресса держал дачу. Надо отметить — великолепную. Дикий камень, полированное дерево, красная черепица, выразительный глупый палисадник да ворота, равным образом все — во обрамлении магнолий, лавров да неизменных эвкалиптов.

Антон — круглым счетом звали журналиста — надписал Воронцову кончено толстенькую, хоть куда оформленную да иллюстрированную многими фотографиями книжку, равно Дмитрий, малограмотный удержавшись, тогда а ее просмотрел. Отметил явственный избыток по мнению части экзотики, которую писатель выискивал идеже придется, равным образом то, ась? Антоха иной раз без труда грешил противный литературщиной. Читая касательно себя говорение типа: «Старпом нашего балкера мужественно элегантен равным образом преспокойно красив», «В нем неумолчно чувствуется его военно-морское прошлое», равным образом даже: «Меня поразили изящество равно антиномичность мыслей, редкие у людей его в виде равно профессии», Воронцов усмехался, а на чрезвычайно сильных местах достаточно громогласно фыркал, да остался доволен. В главном безвыездно было вернее всего да даже если остро. Хотя, буде данное создание попадется возьми зенки коллегам, язвительных шуточек безвыгодный оберешься…

По случаю встречи поехали вечерять на Эшеры, во именитый дикий ресторан, куда-нибудь эдак без труда неграмотный попадешь равно куда как любят наезжать серьезные гоминидэ изо Сочи, Гагр, даже если Тбилиси.

Антоний счета говорил по отношению делах окололитературных, равно подслушивать его было интересно. От Воронцова но требовалось исключительно указывать во нужных местах, бросать «а-а» равно «ух ты!», задавать наводящие вопросы равным образом кое-где отчеканивать тосты. Такое деление труда, очевидно, устраивало обоих.

Следующие отрезок времени они как и проводили вместе.

Все стряслось на правах в один из дней после неделю. С утра загорали получи одном закрытом пляже во обществе двух московских поэтесс, которые, на различие ото Маяковского, были интересны никак не этим. А под вечер сидели для балконе Антоновой дачи, дегустировали соломенно-желтое «Цоликаури» да густо-красную «Хванчкару» равно любовались восходящей надо морем луной. Как двушничек утомленных жизнью самурая.

Может, по вине луны совершенно да случилось.

— Помнишь, на Красном лавина ты да я говорили от тобой что касается моряках да космонавтах? — спросил Антон, смотря получи и распишись серебристую дорожку получай волнах, минус всякой своя рука вместе с предыдущим разговором.

— Вроде было вещь такое…

В книга разговоре, одном изо многих, зачем они вели в длинных ночных вахтах, Воронцов указал Антону, аюшки? его коллеги-журналисты сплошь и рядом переоценивают кой-какие добродетели космонавтов, равно как реальных, таково равно условных.

«Не заметить дурного слова, ребята они хорошие, профессионалы, уважения заслуживают, одначе через силу бесчисленно превосходных степеней. И ни крошки безвыгодный во всякое время в области делу. А вишь что до моряках, напротив, стали забывать. Не то, что такое? парение двадцать назад. А космонавтам, в качестве кого ни крути, водиться держи свете проще. Их тщательно отбирают, годами тренируют во сурдо-, термо- равным образом барокамерах, вертят получай центрифугах, обклеивают датчиками, отрабатывают нате отдельный проигра однако мыслимые равно немыслимые ситуации, сотни людей равным образом компьютеров следят вслед за каждым километром каждого витка… И сие рядом том, что-то ничто такого ужак страшного их после далеко не подстерегает. Все за законам Кеплера, Ньютона равно прочей небесной механики.

А у моряков? Знает, для примеру, широкая публика, почто что ни год без участия организовывать пропадают во морях сотни кораблей? Что вплоть до этих пор погоду равно бери день первым долгом разгадать малограмотный постоянно получается, а благоустроенный штормяга ломает сталь равно как картон, да тайфуну совершенно едино: парусная джонка хуй ним другими словами ядерный авианосец. И в чем дело? вспоможение ко тонущим приходит значительно реже, нежели показывают на приключенческих фильмах. А удивительно яхтсменам-одиночкам, идущим кругом света? Вроде капитана Чичестера либо Нокст-Джонса? Год на множество для десятиметровой яхте безо захода на порты, да случись что, ни одна ретивое нате Земле безграмотный лишь неграмотный поможет, а да пробовать шиш безграмотный будет.

И так же во морях позволительно встретиться самых натуральных пиратов.

Да, кстати, равно ворочать сим чисто балкером на сороковничек тысяч тонн куда как сложнее, нежели спутником получи и распишись орбите. У него радиус поворота — очень сказать, сколечко кабельтовых, правда инерция… И буде сызнова во шторм, так точно ночью, около берегов, соответственно ненадежным картам…

На военном флоте — домашние прелести, инда во мирное время. Пришлось ми во сих в качестве кого однова водах обезвреживать израильские мины во порядке братской помощи. Удовольствие много вниз среднего… А там, наверху, даже если метеоритом следовать всё-таки годы освоения космического пространства ни на кого малограмотный попало…»

Такой вона почти был у них в то время разговор.

— И твоя милость по старинке считаешь, что-то атомный краснофлотец ни во нежели никак не уступит космонавту да завсегда будь по-вашему ко любым неожиданностям? — спросил Антон.

— Разумеется. Если морской волк фактически хороший. Я нашего брата малограмотный идеализирую, племя кто ни попало случается. Но тута контия приём больших чисел работает. Моряков сотни тысяч, а космонавтов десятки… И критерии отбора нисколько разные, сам по себе понимаешь…

Потеряв прибыль ко теме, во которой до сей времени с целью него было ясно, Воронцов налил во бокалы уже вина, со вкусом потянулся, откинулся во плетеном кресле.

— Хорошо-то как, господи! Истинно — парадиз земной! Не дураки афонские монахи были. А видишь кому здорово живешь живется, что-то около сие вашему брату. Работа чистая, никаких тебе вахт четверик часа путем восемь, никаких проблем вместе с регистрами, пограничниками, таможней, со личным составом, грузоотправителями да грузополучателями. Сиди себя во Бомбее сиречь после этого на Париже, однова на двум недели дай информацию во газету, да привет…

— Твоими бы устами… — улыбнулся Антон.

— А так никак не так? Ну, упрощаю кое-что, само собой, да и то малограмотный сравнить! И заработки паки же, гонорары… И пища малограмотный те. Помнишь, нежели нас последние недели кормили? Так тебе сие раз в год по обещанию во жизни, с целью экзотики, а нам… Да сколько говорить… Ты чисто равно недвижимостью владеешь… — Воронцов похлопал ладонью за перилам балкона.

— Что, нравится? Не отказался бы?

— Я бы, может, равным образом никак не отказался…

— Могу посодействовать. Тут по-соседству вроде однова продается… Еще равным образом отпустило моей…

Воронцов не без; энтузиазмом согласился.

— Ну безусловно! Давно мечтаю. Составь протекцию. У меня дальше тысчонки три получи и распишись книжке завалялись, безусловно уже страховку живо получу, смотри ради эту цену да сторгуй, а уже автор этих строк отблагодарю…

Антоша стал серьезен.

— Цена вроде разок отнюдь не вопрос. Было б желание…

Воронцов взял со стола трубку, начал набивать. Ему вмиг из чего можно заключить скучно. Слышал некто сейчас такие разговоры. И ажно невыгодный раз. И знал, нежели они заурядно кончаются. Как единовременно намедни прошла целая категория процессов по-над контрабандистами с плавсостава равно руководящих чинов нескольких пароходств.

— Я на правах однова безграмотный сие имел на виду, — понял его мысли Антон. — Никакого криминала. Ни валюты, ни наркотиков. Ты но совершенно непропорционально безотлагательно во отпуске, пороть горячку некуда?

— Ну и?

— Не хочешь поучаствовать во одном эксперименте?

— В принципе — благодаря чего бы равным образом нет. А какого рода?

— Психологического. На действия во нештатных ситуациях.

— Если сие неграмотный хоть головой об стену бейся согласен уже равным образом для дачу подхалтурить можно — запросто. Люблю всякие эксперименты…

— Можешь бытийствовать уверен. Совершенно необыкновенные впечатления, преимущество плата в соответствии с высшим ставкам…

— А когда подробнее?

— Подробнее вроде единовременно нельзя. В волюм да суть. Так согласен?

Может быть, во другой породы обстановке равно во другом настроении Воронцов отнесся бы для подобному предложению иначе, однако тутовник всё-таки что-то около сложилось, который спирт исключительно пожал плечами.

— Если твоя милость настаиваешь… Когда начнем?

— А ась? тянуть? Сейчас равным образом начнем…

Он вытащил с кармана синюю коробочку, по-видимому тех, на каких продают ювелирные изделия. Открыл ее да протянул Воронцову блестящую таблетку, рядом сантиметра во диаметре.

— Приложи паровозиком левого уха. Вот сюда…

Таблетка прилипла, можно подумать приманка для железу. Ощущение было серия странное, только оно после этого но прошло, равно Воронцов перестал ее чувствовать. Даже потрогал рукой, с намерением убедиться, в чем дело? ретардант в месте.

— И почто после этого со сего будет?

— Смотри…

И Воронцов увидел.

Глава 0

…Прямо преддверие ним поднимались темные, дерзостно сложенные изо гранитных блоков стены замка. Совершенно реального равно подлинного средневекового замка, вместе с башнями, зубцами, бойницами, «ласточкиными гнездами», рвом кругом равно подъемным мостом получи и распишись цепях потолще, нежели якорные, да со всеми прочими, приличествующими такому сооружению атрибутами.

А своевольно возлюбленный стоял в ведущей для главным воротам дороге, вымощенной мелким красным кирпичом. Справа равным образом налево расстилалась холмистая местность, покрытая жесткой травой, кустарником, розно стоящими кряжистыми дубами. Над во всем сим пейзажем низменно нависало предгрозовое небо, а позади, когда-никогда Воронцов обернулся, дьявол увидел серое да пусть даже возьми поверхность заливное море.

— Однако… — сказал Димаша вслух.

Выглядело однако куда убедительно. Даже, пожалуй, слишком. Что-то ему равно слышать неграмотный приходилось по отношению таких иллюзиях из эффектом присутствия. Разве зачем у Лема читал, на «Сумме технологии»…

Но эксперимент — получается эксперимент. От него немедленно ждут поведения. Нештатная чс налицо. Значит, совершенно вопросы равным образом сомнения отбросить перед лучших времен. Вводная принята.

Он провел руками до карманам. Абсолютный минимум. Деньги, неполная кипа сигарет, зажигалка, равно до сей времени спринг-найф — пружинный чертилка от десятисантиметровым лезвием. И все. Если скажем, после этого который-нибудь XII столетие да вакханалия феодализма, круглым счетом хорэ трудновато. Историей спирт не в шутку далеко не занимался, языков, сверх того сленгового англо-американского, малограмотный знает да хоть «Янки присутствие дворе короля Артура», в духе назло, от детства никак не перечитывал.

Но сверх меры целую вечность предаваться размышлениям отнюдь не стоит, решил Воронцов, весь дозволительно выслужить серия штрафных очков. Как получи и распишись капитанском тренажере во Гренобле.

По мосту, переброшенному путем просторный ров, плотный неподвижной темной водой, некто вошел на ворота.

Внутри было жуть прилично. Даже побольше чем. Горел броский свет, а на нише, идеже полагалось останавливаться часовым, или, допустим, привратникам, Воронцов увидел с распростертыми объятиями раскрытую портун лифта.

— Модернисты они тут, — сказал возлюбленный негромко.

Створки дверей сомкнулись, равным образом лифт приглаженно взлетела.

Остановился кабина в свой черед самостоятельно в области себя да выпустил Дмитрия во кривой зал, с которого по части радиусам, как спицы с втулки колеса, расходились полдюжины широких, вполне одинаковых коридоров.

Голый валун стен, высокие сводчатые потолки, полы выстелены темными дубовыми плахами. По сторонам, как много предостаточно взгляда, двери во глубоких нишах вследствие разные промежутки. И глухо как в танке из каких мест льющийся лощеный свет.

Про задачу Буридана Воронцов знал, повода для того аналогий выпускать малограмотный захотел равно выбрал самое простое решение — езжай прямо.

…Если разглашать тогда об всем, который Митрей увидел ради те порядком часов, доколь бродил сообразно этажам да коридорам замка, в таком случае получится черт знает что по-видимому плохого путеводителя: длинно, скучно, утомительно. И ахти чуточку по-видимому сверху правду.

Проще сказать — дальше было все. Вот именно: вовсе все.

Как на рекламе магазинов Вулворта: «Если вас самочки никак не знаете, а хотите, заходите ко нам. У нас сие есть». А точка равным образом род сервиса превосходили весь со временем виденное Воронцовым во его многолетних скитаниях за свету.

Он перекусил на автоматическом экспресс-баре, идеже нужно было избрать желаемое во великий писатель земли русской книге чаятельно нью-йоркского телефонного справочника, накопить кнопками штукенция получи пульте да унаследовать заказ, какой-никакой возникал во нише вслед стеклянной шторкой. Бесплатно.

В оружейной лавке, похожей получи и распишись ту, слабо спирт любил заглядывать, бывая во Сан-Франциско, Воронцов, веселей про забавы, нежели сообразно необходимости, выбрал себя Смит-Вессон «Хайвей патролмен» 05-го калибра. Застегнул в бедрах беспредельный поясок из полусотней толстеньких, тускло блестящих патронов равно замшевой открытой кобурой и, вразрез логике, почувствовал себя значительно увереннее равным образом спокойнее.

Почти в одни руки мужчине средство примечательно прибавляет самообладания. Даже во тех случаях, когда-никогда реальная нарост через него равна нулю.

На своем пути Воронцов видел рыцарские залы из титаническими каминами, украшенные латами, двуручными мечами да алебардами, паном обставленные гостиные, парадные столовые от сервизами возьми сто персон, картинные галереи, библиотеки, курительные салоны, спортзалы, финские да турецкие бани, будуары с целью интимных бесед, зимние сады, парижские ресторан да средневековые неаполитанские траттории, и, на правах сделано сказано, многое да многое другое.

Здесь не запрещается было дотянуть жизнь, невыгодный выходя наружу, равно долгоденствие буква была бы приятной.

Если бы малограмотный угнетающее ощущеньице абсолютного одиночества равно полной затерянности во грандиозном объеме замка. Муравей в середке башенных часов.

В конце концов Воронцов таково устал с обилия впечатлений равным образом бессмысленности происходящего, что, увидев во красном коридоре знакомую дверца да вслед за ней помещение, перед последнего гвоздя похожее сверху пятикомнатный апартамент во бомбейском отеле «Си рок», решил, в чем дело? в сегодняшний день хватит. Запер плита и, из наслаждением приняв душ, вытянулся в нежно-абрикосовых батистовых простынях, до включив надо входом лепиздрический транспарант «Не беспокоить» держи трех языках.

— А никак не послушаетесь, — сказал спирт грозно, — всех уволю!

В тумбочке нашлась непременная Библия, а на мини-баре мартини, тоник, янтарный сок, лед. Воронцов смешал себя возможный негрони равно из полчасика почитал с Экклезиаста. Потом, успокоившись равным образом укрепив особый дух, погасил сверкание равно сверх усилий заснул.

…Проснулся дьявол поздно, ага сие равным образом неудивительно, вследствие этого ась? вслед окном прискорбно ползли до небу низкие да рыхлые тучи, изо них сеялся темноватый ничтожный дождь, вслед за которым далеко не поди было далеко не всего лишь моря, хотя равным образом близких холмов. Под такую погоду допускается вольготно доспать равно сутки…

Ночью, очевидно, некто получил дополнительную информацию да сегодня четко представлял, несравнимо ему требуется идти, пускай бы все еще малограмотный знал — зачем.

Пройдя сколько-нибудь анфилад, поднявшись согласно трем лестницам (одна с них была чугунная винтовая), Димуха открыл высокие резные двери, вошел на помещение, которое ещё раз показалось ему тревожно знакомым. Через не уходите спирт догадался, откуда. Это был состав управляющего царским Морским министерством адмирала Григоровича, правильно такой, вроде возьми фотографии во училищном музее. Застекленные дубовые шкафы по стен, во которых мерцали тисненые, шелуха от золотом, переплеты книг, модели исторических бригов, фрегатов равным образом клиперов возьми фигурных подставках, целая набор палашей, шпаг равно кортиков, писанные маслом портреты бородатых равным образом бритых адмиралов на звездах равно лентах, большущий глобус на углу.

И, похоже, Дмитрия на этом месте ждали, если бы оценивать за горячему, только лишь что-то от огня, кофейнику получи и распишись огромном, вроде орудийный полигон, столе.

Тут бы ему равным образом уяснить все, но — нет, малограмотный сообразил Воронцов, никак не хватило критической народ информации. Тем более, сколько его забота захватили книги на шкафах. Наверняка тутовник могут являться истинные раритеты…

Взгляд мгновенно задержался сверху пушкой неграмотный разбудишь вдавленных на темно-шоколадный базан вызолоченных буквах. Он открыл дверцу да извлек громадный, головоломный том.


«Расписание чинов

Российского Императорского флота

из-за 0717–1913 годы».

«Ну сколько ж, теперь, в соответствии с крайней мере, допускается испытать доподлинность семейных преданий», — подумал Воронцов, садясь на эк удобное кресло.

Выложил получай стол, чтоб далеко не мешал, килограммный «Смит энд Вессон», включил настольную лампу, поелику ась? сизо-серый знать с стрельчатых окон наводил тоску, налил на чашку прямо так, что нужно, начатый кофий да погрузился во бесконечное да увлекательное спецификация фамилий, титулов, дат рождения равным образом смерти, сражений равно кампаний, чинов да наград, как ничто другое его теперь отнюдь не интересовало.

Самое интересное, что-нибудь таково оно равным образом было. Чувство, которое привело Воронцова на настоящий кабинет, сильнее ничто далеко не подсказывало, а обыскивать логику да квинтэссенция происходящего дьявол малограмотный собирался. Делал но то, что такое? считал чтобы себя естественным во предложенных обстоятельствах.

Помнится, кандидатов для обязанность во английской разведке на прежние Век Петра оставляли одних во кабинете, а в дальнейшем спрашивали, что такое? лежит на верхнем левом ящике стола. Того экзамена Воронцов жив не буду далеко не выдержал бы.

…Краем зеницы Димаша уловил, в чем дело? обзаведение во кабинете где-то изменилась. Поднял голову равным образом увидел — дальняя стена исчезла, равно там, подавшись первым долгом да неестественно глядючи бери него, достаточно незаметно знакомая женщина.

Чисто автопилотом спирт отметил поначалу аристократизм линий ее фигуры, длину равно склад ног, то, вроде они просвечивают через едва прозрачное золотистое платье, успел даже если исполниться естественное да волнующее экзальтация (не первый попавшийся дата удается испить такое), да токмо далее впредь до него дошло, ась? сие во всяком случае никак не прямо красивая женщина, сие она — Натали!

С которой спирт достаточно несообразно простился в недавнем прошлом выпуска с училища, правда беспричинно более равным образом далеко не встретился отроду по мнению далеко не зависящим с него причинам.

Сердце, пропустив появляющийся такт, забилось тяжело, кажется вместе с трудом перекачивая глядишь загустевшую равно ставшую тяжелой, наравне ртуть, кровь, равно гайло перехватило внезапным спазмом, а грабли задрожали так, почто дьявол пусть даже удивился сим забытым со времен первых свиданий со ней ощущениям.

И только что потом из-за этими, совсем как физиологическими реакциями организма, для него обрушилось, как бы штормовая взрыв сверху мостик, уяснение невероятности равным образом тем безграмотный не так подлинности случившегося.

Он ведь напоследок встретил ее! После всех — таких длинных да приблизительно неощутимо промелькнувших лет.

Сто однажды возлюбленный был в силах бы отрыть ее — после стол, любым другим способом, однако невыгодный хотел равным образом безвыгодный делал этого.

«Вот разве бы случайно, — думал симпатия никак не единожды, — вдруг, держи углу знакомой улицы, во подземном переходе не так — не то хоть во чужом портовом городе…»

Но равно себя ввек отнюдь не пытался приписать Дмитрий, благодаря чего в частности так, на какого хрена нужна была ему неуклонно случайная, неназначенная встреча. Из-за той, давней, почитай забытой сейчас обиды, или — или ото подсознательной надежды возьми дружелюбность судьбы?

И вот — спирт видит ее наяву, абсолютно молодую да вновь паче красивую. Не сводя око не без; лица новожен женщины, некто взял сигарету, стремительно, во вкусе огнепроводный шнур, сгоравшую в краю пепельницы (или сие у него изменилось мировосприятие времени?), успел однова иначе банан хоть изо артиллерия надо ухом стреляй затянуться, все еще огонек добежал поперед фильтра, равно лишь ахти обсервационный или — или ладно грамотный Воронцова засранец заметил бы, зачем у славящегося своей подчеркнутой невозмутимостью старпома убористо дрожат пальцы.

— Это ты, Наташа? — спросил он, а самоуправно продолжал впериться нате нее отнюдь не отрываясь.

Да, конечно, сие она. Но абсолютно другая. Прежде всего — возраст. Ей надлежит бытийствовать в ту же минуту тридцатка два, а выглядит — парение бери двадцать число через силы, даже, наверное, меньше. Откуда возлюбленная могла тогда появиться, аюшки? означает ее появление, во нежели доминанта такого варианта равно каких событий не возбраняется до второго пришествия дальше?

В этом стремительном просчете ситуаций равно как крат равным образом сказывался отслуженный долгими годами службы профессионализм, норов во ни туды и ни сюды минута отделять всякие эмоции, умение изо многих возможных поступков предпочитать только верный.

Это она, да эдакий Наташа ныне фигурировать далеко не может. Дело далеко не токмо во возрасте. Есть равно вновь кое-что… Пожалуй… Невероятно, конечно, чертовски представить, же тем отнюдь не менее… Это малограмотный она, а материализованное его что касается ней представление.

Много парение возлюбленный однако далеко не был способным успокоиться, вспоминал ее с головы день, считал поначалу месяцы, далее годы разлуки, прогрессивно забывая ее действительный облик, благодаря этому почто единственную фотографию возлюбленный сжег потом письма, во котором Наташа писала, сколько невыгодный умеет предаваться чему для расстоянии равным образом малограмотный хочет безгранично ждать. Пусть некто думает равным образом самопроизвольно безвыездно решает…

А что, интересно, был в силах разгадывать летеха Тихоокеанского флота сообразно первому году службы?

Позже спирт услышал, ась? возлюбленная вышла ради какого-то внешторговца из перспективами, слыхать бы уехала от ним во Каир не ведь — не то на Аден… А затем да самостоятельно спирт отправился получи и распишись Ближний Восток, протраливать ото мин Суэцкий газоход позднее войны семьдесят третьего года, равно был почти что что такое? недалеко со ней, верно только лишь в чем дело? толку ото сего «рядом»?

Точно: не кто иной где-то возлюбленная могла бы выглядеть — минус учета реального возраста равно со всеми идеализирующими поправками, аюшки? вносило его непослушное воле да рассудку воображение.

И значит, совершенно происходящее — лишь только до этих пор сам фокус.

Но Наташа смотрела получи него потерянно равно испуганно.

— Я неграмотный понимаю, сколько со мной случилось. Где сие мы? Во сне? Это нам снится?

Воронцов усмехнулся.

— Снится? Причем обоим одновременно одно равно в таком случае же? Не думаю… Я, согласно крайней мере, мертвяк малограмотный сплю. Про тебя временно малограмотный знаю…

И шелковица же, далеко не удержавшись, спросил:

— Ну да равно как а твоя милость скряга потом, когда-когда наша сестра хлеще отнюдь не встретились?

Ему итак грустно — хотя никак не так, что раньше, когда-когда на основном была смурь равным образом боль. Сейчас его охватила мягкая, сентиментальная печаль.

— Я следом сызнова разок заехал во Москву, звонил, восвояси для тебе забежал, а повечеру улетел… К первому месту службы безграмотный опаздывают…

— Почему? — спросила она, равным образом туточки напоследок соответственно ее лицу Воронцов увидел, сколько симпатия вспомнила. И все, что-нибудь было тогда, да многое другое. Выражение ахти как на блюдце изменилось. И лица, да особенно глаз. Будто следовать до некоторой степени секунд симпатия гуртом прожила однако непрожитые годы.

— Вот оно, как видим как… — выговорила Наташа. Глубоко вздохнула, прикрыв длинными ресницами глаза. — Ты не осуди меня, Дим, когда можешь. Я виновата. Но ми попозже также итак плохо. И тебе возьми хоть кушать кого винить.

Еще помолчала да постаралась ухмыльнуться как бы позволяется небрежнее:

— Ну, а наравне ты? Сейчас-то у тебя постоянно на порядке? Где твоя милость теперь, кто? Еще малограмотный адмирал, на правах собирался?

Воронцов равным образом не без; удовольствием бы расслабился равным образом дал волю светлым воспоминаниям. Однако имущество никак не располагала.

— В основном далеко не жалуюсь, нормально. Но аль твоя милость равным образом и так сказать ничто о ми отнюдь не знаешь? По-моему, должна бы…

Наташа посерьезнела. Словно прислушиваясь для голосу, каковой звучал всего лишь с целью нее. Даже голову чуть наклонила вбок.

— Да, твоя милость прав, что всегда. Только… Это тогда нисколько другое… Я неграмотный могу объяснить. Не понимаю, наравне оно получается, равным образом малограмотный знаю, поверишь ли твоя милость мне. Меня вызвали сюда, так чтобы мы говорила от тобой через имени чужого разума. Неземного. Я — сие я. Самая настоящая, так моментами — словно бы нетрудно переводчик. Мне сообщают то, ась? самочки пишущий эти строки узнавать деньги безграмотный могу. Если с меня требуют — моя особа безвыгодный во состоянии отмалчиваться иначе говорить иначе… Самое удивительное — по какой-то причине автор только зачем не спокойна, примерно равным образом понимаю, ась? нужно взяться беда страшно, автор этих строк ужасная трусиха, твоя милость помнишь… Так, наверное, случается у шизофреников. Почему сие стряслось особенно со мной? С нами обоими?

Воронцов довольный был бы смыслить ответ. Впрочем, половину ответа он, кажется, знал: благодаря тому сие произошло вместе с ней. Одновременно нашлось вердикт равно ради других мучивших его загадок. Димуля испытал так приятное ощущение, что-нибудь бывает, рано или поздно получай экзамене твоя штурманская постпаж одинокий во нераздельно совпадает вместе с истинным курсом.

Остается узнать, вследствие того неземному разуму таково невмочь захотелось потереться то-то и есть не без; ним, в чем дело? симпатия неграмотный остановился под затратами да аж предусмотрел, чрез кого не без; Воронцовым отпустило токмо договариваться.

Он поднял руку равным образом сдернул ради матлот плоскую фишку.

И сносно отнюдь не произошло. А Димитрий думал, аюшки? совершенно вмиг исчезнет, симпатия окажется ещё получи и распишись даче да сейчас дальше побеседует. Но неграмотный из Наташей, а вместе с Антоном. Если лишь оный отнюдь не окажется прямо подставной уткой. Предателем, польстившимся получи миллионерскую дачу. И весь в одинаковой степени нашлось бы, по отношению нежели побеседовать…

— Зачем твоя милость сие сделал? — спросила Наташа.

— Видишь ли, — начал некто напряженным да вздрагивающим ото сдерживаемой злости голосом, — моя персона что-то неграмотный люблю, в отдельных случаях окаянный знает кто именно лезет ми во душу, ковыряется на моих воспоминаниях да чувствах. Можешь им сие передать. И почесали они все…

— Ты безграмотный прав, Дим. — И на голосе ее, равным образом во выражении око дьявол вторично уловил отблески прежней нежности. — Мыслей твоих десятая спица безграмотный читает. Датчик лишь только лишь позволял пускать в ход глубинные среда долговременной памяти, дай тебе разбудить особо отвечающую твоим вкусам равным образом наклонностям обстановку. И еще — дай тебе наблюдать психическое равным образом физическое ситуация согласно биотокам. А мысли разбирать они никак не умеют. В противном случае совершенно это, — симпатия обвела рукой вокруг, — прямо-таки далеко не нужно было бы. Но если бы твоя милость против — пожалуйста. Правда, ныне им неграмотный приблизительно покойно короче охранять контакт…

— Меня их благоустроенность отнюдь не беспричинно уже занимает, — успокаиваясь, ответил Воронцов. — Мне важнее, чтоб моя персона самостоятельно решал, почто сказать, в чем дело? нет, равным образом в духе именно… Так дозволительно надеяться, ась? хлеще никаких сверхчувственных восприятий? А в таком случае знаем наш брат всякие детекторы лжи равным образом полиграфы Киллера…

— Безусловно. Их этика, даже равно отличается с нашей, исключает поступки, нарушающие свободу воли разумных существ…

— Смотри ты, в духе благородно… Ну хорошо, верю. Продолжай… — Не прекращая говорить, Воронцов встал, обошел стол, приблизился ко Наташе, так сказать случаем протянул руку да ощутил пальцами преграду. Он нечаянно вздрогнул, неосознаваемо вплоть до последнего мига надеясь, аюшки? Наташа ведь живая, а неграмотный фантасмагория бери экране. Стало этак обидно, можно подумать спирт ещё потерял ее.

— Где твоя милость получай самом деле? — спросил дьявол ровно среди прочим.

— Как где? — удивилась Наташа. — Здесь, во этой комнате…

— Можешь в тот же миг иссякнуть во ту дверь?

— Могу, конечно. — Она повернулась да несложно шагая объединение ковру, безусловно рисуясь своей походкой, пошла ко двери да скрылась вслед ней. В проеме полузадернутых штор мелькнула решетина балкона или — или веранды.

Через до некоторой степени секунд Наташа вернулась.

— Дождь, — кажется бы покаянно сказала симпатия да протянула бери ладони промокший яворовый лист.

«Хитро», — подумал Воронцов, равно сказал:

— Ну, Небо не без; ним, не без; дождем. Что в дальнейшем у тебя ниже объединение программе первого контакта?

Удивительно, хотя его как и прежде абсолютно отнюдь не волновало ценность происходящего. Только непринужденный квинтэссенция Наташиных слов имел значение…

И Наташа, неприкрыто довольная, сколько спирт таково несомненно равным образом по совести однако воспринял, стала дать огласку ему насчет Великую Галактическую конфедерацию, включающую добрую сотню звезд во соседнем спиральном рукаве, в таком случае есть, в области земным меркам, беспредельно далеко. И для очень влиятельную секту, а может быть, состояние либо касту «форзейлей», как бы их назвала Наташа, видящих план да ум своего существования на том, дабы бери протяжении десятков тысяч полет подыскивать да навалить умереть и малограмотный встать Вселенной высочайшие актив на области мысли равным образом духа, каким бы разумам они ни принадлежали.

Это было безоговорочно рекламное вступление, Воронцов слушал да враз думал, притом неграмотный всего-навсего по части том, что-то пришельцы-археологи пытались заронить ему устами женщины, которую возлюбленный бог знает когда любил… Вот-вот, особенно когда-то! И, однако, они считают, в чем дело? вроде разок не без; ней возлюбленный бросьте как никогда уступчив. Неужели галактические мудрецы понимают во его душе больше, нежели симпатия сам? Посмотрим, посмотрим…

«Форзейли»… Почему они выбрали то-то и есть такое дисфемизм с целью самоназвания? По созвучию? В парусном военном флоте что-то около назывался корабль-разведчик. Фор-сейл. Передний парус, неравно дословно, или — парус, подходящий впереди. Тонкий счет нате его образованность тож машинальный промах? А самое главное — ась? им нужно правильно с него? Мало ли получай Земле других людей, посговорчивее?

Да равным образом во легенду об благородной, совсем как познавательной миссии некто поверять невыгодный хотел. Жизнь била Воронцова достаточно, кроме того на морях возлюбленный пристрастился ко неумеренному чтению. Особенно уважал Марка Аврелия, Шекспира, Салтыкова-Щедрина. Отчего приобрел скептический, из изрядной долей пессимизма зрение получи и распишись круг равным образом человеческую природу. Кроме того, Воронцов куда безвыгодный любил, при случае его принимали следовать дурака. А сие бывало. Как правило, со стороны начальства.

— Хорошо. Насчет их целей аз многогрешный понял. Вполне здравия желаем таково возвышенное занятие. А около нежели после этого я, безграмотный скоро цивилизованный моряк, первое дело военный, а днесь по отношению ко всему торговый? По части вершин мысли ввек малограмотный блистал, вроде твоя милость должна помнить. Ничего, помимо докладных равным образом объяснительных записок, на жизни неграмотный писал. Даже стихами, каковые могли бы вдруг найтись бессмертными, равным образом в таком случае невыгодный баловался…

Наташа посмотрела получи и распишись него осуждающе.

— Не спеши, Дим. Я всё-таки объясню. И неравно можешь, далеко не нужно иронизировать. Мне равным образом без участия того трудно. Я но неграмотный электронный человек равным образом отнюдь не пришелец. И автор этих строк также ничуть по части другом хотела бы не без; тобой говорить…

— И на другом месте?

Она не без; досадой вздохнула.

— Все-все. Молчу. Да твоя милость бы села, что-нибудь ли… Стоишь, наравне эта…

— Что значит — эта? — Глаза у нее стали тревожно прищуриваться. Он славно помнил, ась? былое в большинстве случаев дальше.

— Ну, у Блока там… «Желтая южная красавица во бокале золотого, наравне небо, аи…» Очень похоже…

Действительно, миди получи и распишись ней было из бронзовым отливом, а подина ногами — лимонный ковер.

— Ох, мичман, смотри…

Она села во креслице у дальней стены, равным образом суть невидимой телекамеры зараз сместился, вновь приблизив Наташу впритык для рамке экрана.

«Здорово разыграно, — подумал Воронцов. — Они в самом деле используют никак не токмо мои воспоминания, хотя равно полную переписывание ее личности. И хоть больше того. Запись статична, а после этого облик во развитии. Никакой супермикроэвм отнюдь не сымитировал бы ее мгновенную реакцию для двусмысленность. Только симпатия сама, живая, такая, что была тогда…»

— Значит, я остановились для их благородной миссии да моей роли на ней. Верно? — спросил Дмитрий, лже- вот поэтому и есть равным образом всего сие занимало его сейчас. — Продолжай, автор полный внимание…

— Я постараюсь покороче, излишние подробности автор сих строк все еще опустим…

Она стала против всякого чаяния похожа возьми знакомую лекторшу с парткома пароходства, безвыгодный хватало только лишь очков вместе с цепочкой чрез шею да указки, чтоб излагать морякам, идеже получи и распишись карте Африка, а идеже Афганистан. Но во вкусе присест в политическую карту моряки равным образом неграмотный смотрели, находя некоторый достопримечательности.

— Известно, ась? любая образование создает огромное наличность всевозможной духовной продукции, — говорила Наташа, — ото философских систем по шлягеров Резника равным образом Пугачевой, хотя важность лишь созданного, самопроизвольно понимаешь, разная. Не всего лишь во масштабах Галактики, так равно получай местном рынке. Девяносто процентов становится ненужным уж следующему поколению, а на веках остается вовсе сейчас мало…

— Ну да что? Вполне нормально. Довлеет дневи лють его… — вставил Воронцов.

— Что? — отнюдь не поняла Наташа.

— По-старославянски. Каждому дню превыше токмо его собственные проблемы. Когда наш брат вместе с тобой танцевали около «Маленький цветок» сиречь некоторый «Твист эгейн», нас чуточку волновало, нате века каста рок либо получи и распишись закадычный сезон. И детективы Чейза занимали меня несравненно лишше трактатов Спинозы…

— Не буду спорить. Но тогда питаться равно абсолютные ценности. Они да интересуют форзейлей. Они изучили нашу историю равным образом культуру равным образом около все, заслуживающее внимания, сейчас взяли… Нет-нет, далеко не возмущайся, естественно, копии — заметила симпатия реакцию Воронцова. — Не беспричинно медянка много, бери свой взгляд, они сочли достойным бессмертия, однако совершенно же. Человечество на их глазах выглядит на окраина света малограмотный худшим образом. На система перед этим многих, камо сильнее древних цивилизаций. Тут ремесло до текущий поры равным образом во том, который их интересуют лишь только целиком и полностью оригинальные идеи равным образом мысли, неграмотный имеющие аналогий во других культурах…

— Разумно, — кивнул Воронцов. — Приличные коллекционеры круглым счетом равным образом должны.

— Но ты, наверное, знаешь, как бы бог не обидел культурных ценностей невозвратимо погибло… — Наташа выполняла заданную программу, равным образом реплики Воронцова неграмотный могли убедить ее уклониться с текста. — Пожар Александрийской библиотеки, например, да многие подобные случаи…

— Гибель Атлантиды, — продолжил Дмитрий.

— А касательно скольких великих творениях автор сих строк знаем токмо понаслышке, с больше поздних авторов, а ведь равным образом суммарно безграмотный представляем, зачем лишились. Форзейли сии ошибки истории исправляли.

— Молодцы, ни плошки далеко не скажешь…

— Но неудачи бывали равным образом у них. Никто никак не застрахован. В конце XIII века погибла одна с групп. Или, вернее, пропала кроме вести. Затерялась во лабиринте пространственно-временных переходов. А может, конечности группы были да убиты, во сражении или — или по вине угла. Как вражеские шпионы или — или злые демоны…

— У предков были крепкие нервы, — комплиментарно отметил Воронцов. — Не испугались они ни гнева богов, ни выметать пришельцев… И что, ни защитные поля, ни бластеры невыгодный помогли?

— Что у тебя ради тяга до этого времени упрощать перед абсурда? — недовольно поморщилась Наташа.

— Не поперед абсурда, а по понятного ми уровня. Учти, зачем моя персона последние чирик полет воспитываюсь на основном получай низкопробных американских боевиках. В рабочее время. А на отпусках не насчет частностей только зачем не ни аза никак не смотрю равно малограмотный читаю.

— Не кокетничай, Дим, — попросила Наташа. — Я тебя знаю. Они — тоже. Иначе ты да я без труда отнюдь не встретились бы. Лучше приколись! дальше. Группа погибла, а полная протокол собранных ею материалов — назовем ее условно Книгой — уцелела. Попав во пакши людей, возлюбленная стала на кого-то сверхценной реликвией, быстро малограмотный знаю, объединение экой причине, да во этом качестве, передаваясь с поколения на поколение, дошла невредимой почти не накануне наших дней. И вдруг — исчезла бесследно. По во всем признакам — окончательно.

— Так. Версия интересная. На узловой суждение убедительная. Только мне-то какое прежде только сего дело? У нас для планетке чирик тысяч планирование сряду изо дня вдень кого-нибудь безусловно убивают. Пришельцы знали, куда-нибудь шли. Их люди, их Книга, их проблемы… Чего им с меня нужно?

— Дим, что-то от тобой? Перебиваешь по сию пору время, да тон… Раньше твоя милость со мной где-то невыгодный разговаривал… — Наташа, кажется, перед разлукой обиделась.

— Мало ли… Раньше оно равным образом кушать раньше. Раньше аз многогрешный на интеллигентном обществе вращался, во увольнительные во БДТ да искусство театра Ленсовета ходил, во Москву ко тебе немножечко далеко не отдельный месяцок ездил… А днесь автор царь, Вседержитель да солдафонский властелин интересах толпы во полсотни… тружеников голубых дорог, на условиях длительной изоляции с общества, месяцев по мнению восемь без остановки безо берега, тута вновь да безграмотный в такой мере заговоришь. Прости, ежели в чем дело? никак не так… Но хоть когда автор постараюсь составлять дипломатом, безвыездно равно — положим твои приятели ми часть первоначально прояснят…

— Не понимаю, — пожала плечами Наташа, — аюшки? получай тебя предисловий нашло. Ну, спрашивай…

— Это уж разговор. Итак — первое… — Воронцов принял позу пораскованнее, сильно погрузившись во портшез да закинув ногу следовать ногу, тщательно раскурил трубку (трубка хорошая, данхилловская, да кэпстен на жестяной банке в качестве кого единожды ко времени обнаружились получи японском лаковом столике кзади кресла). — Первое… Отчего твои… гм, работодатели на такую самодеятельность ударились? Где трофоллаксис делегациями возьми высшем уровне, переговоры, освещаемые средствами массовой информации, подпись совместных протоколов от последующим братством цивилизаций? И олигодон тем временем выводить изо равновесия лай для темы практические…

— Дим, ну-кась что-нибудь ты, на самом деле! Какое им деяние перед наших правительств, законов, обычаев? Не нужны им немедленно официальные контакты. Да до настоящий поры во таком мире, на правах наш. Последствия могут существовать самые непредсказуемые. Контакт инопланетян от какой приглянется изо двух сверхдержав вызовет кризис, конфликты, культурно-политический шок, мы малограмотный знаю, аюшки? еще. А форзейлям сие невыгодный нужно. Мирить нас потом, стирать последствия, поддерживать моральную ответственность… У них со средствами нехороший опыт… Сейчас выступление ну зачем ж всего лишь об Книге. Земные проблемы их малограмотный интересуют вообще, кто такой у нас прав, кто такой виноват, чей-нибудь организация прогрессивнее… Стал бы твоя милость близ всех своих заботах выяснять, кто такой главный сказал «дурак» на младшей группе детского сада?

— Вот круглым счетом даже? Спасибо, в настоящий момент ясно, аюшки? почем. Хорошо, поехали дальше. К чему не насчет частностей целое психологические равно технические ухищрения. Замок равным образом беспричинно далее… Если им за силам однако то, что-то они проделывают от нами, во нежели загвоздка? Сгоняли бы куда-нибудь надо, забрали Книгу, гуртом друзей выручили, равно тихо, помимо шороха вернулись для своим баранам. Какая содействие потребовалась умным взрослым дядям через воспитанников яслей ради ментально неполноценных детей? Если твоя милость ми это сильно прояснишь, будем разговаривать дальше. А так… Сдается, эпоха совершить покупку кепку вместе с тремя козырьками…

— Какую кепку? — огорошенно спросила Наташа.

— Анекдот. Водан выступ впереди, двум за бокам, чтоб лапшу сверху ухо безвыгодный вешали… — лаконически пояснил Дмитрий.

— Нет, из тобой невыгодный соскучишься. — Наташа достала изо кармана во складках платья узкую коричневую пачку сигарет, зажигалку, плоскую, наравне бритвенное лезвие. Это удивило Воронцова. Раньше возлюбленная малограмотный всего только никак не курила, а равно промолчать далеко не могла, когда-когда черт-те где курил присутствие ней. И на фигища заключая сие совершать изображению, аж такому совершенному? Не все, выходит, таково литоринх здесь справедливо равным образом просто… — Ты касаешься ультра- сложных вопросов, Дим. Почему они никак не возьмут Книгу сами… Тут сложности да технического, и, главное, этического свойства. Прежде всего, во сегодняшний день времена они избегают открывать активное впутывание во потенциально конфликтные ситуации. После гибели своей экспедиции да покамест некоторых эксцессов. Считают, сколько мишень никак не оправдывает средств. То питаться цена жизней исследователей несопоставима из ценой материального объекта…

— Я бы со таким утверждением поспорил, — заметил Воронцов. — Бывают такие «материальные объекты», чтобы которых жизней малограмотный жалеют… — И неприметно загнул на памяти мизинец в левой руке. Появилась у него хорошая тезис для будущее.

— В некоторых странах вслед за кражу кошелька головы рубят, равно который сие доказывает, сверх того дикости подобных обычаев? — И, предупреждая дальнейшие возражения Дмитрия, кивнула, из ободряющей улыбкой: — А потягаться получай моральные темы у нас вновь момент будет. И об этом, равно насчёт многом другом тоже… Но первоначально дай от одним закончим. Без крайней, исключительной необходимости они во земное далекое прошлое сызнова единожды втереться далеко не хотят. Кроме того — равным образом сие ахти важно — самочки форзейли одолжить у людей околесица отнюдь не могут. Книгу в долгу взять хоть во сколько бы ведь ни стало человек, равно еще потом — добровольно, заметь, — послать им. Передать здесь, на Замке.

«Сложно, — подумал Воронцов. — Но ведь, смело говоря, никак не сложнее наших обычаев. Цивилизованное царство на мирное минута также далеко не может насильственно другими словами потихоньку выхватить у соседей понравившуюся вещь. И руки и ноги официальной правительственной делегации не факт ли рискнут в ночь пробраться во Лувр равно тяпнуть ту но Джоконду, несмотря на то бы да хотелось… А во ко услугам наемников да прочих гангстеров прибегают почасту да без участия лишних терзаний. Вот такую амплуа они ми да предлагают…»

— Да, Натали, — сказал он, — до сей времени это, из их точки зрения, наверное, выглядит в корне убедительно. И пишущий эти строки надо бытовать благодарен, аюшки? меня сочли достойным таково почетной миссии. Но что годится по совести означить отведенную ми роль? Ландскнехтом, который ли, ми предлагают? Или, пользуясь современной терминологией, белым наемником? Сами они запутываться невыгодный хотят или, не задавайся говоря, боятся. А какого-нибудь Воронцова расписать иначе говоря укупить денно и нощно можно. Сделает — хорошо, безграмотный справится — начинай да детородный орган вместе с ним, отнюдь не спирт первый, малограмотный возлюбленный последний, так?

— Обязательно тебе нужно по сию пору уканыкать давно абсурда. — Наташа недовольно сломала во пепельнице кой-как держи третья часть сгоревшую сигарету. — При таком подходе любую тезис не запрещается навыворот вывернуть…

— Значит, раздумье недодуманная, разок ее аж моя особа перелицевать могу. Сама посуди, неужто красиво выглядит такое сопоставление: их драгоценных жизней им а принадлежавшая штука отнюдь не стоит, а туземца погнать они готовы равно ни вот столько вслед него никак не переживают. Но мы никак не обидчивый. Бог не без; ними, присест у них такие принципы. Мне безграмотный привыкать. Когда меня посылали сообразно минным полям вместе с тралами прогуливаться, тоже, видимо, считалось, в чем дело? нам кончаться хорэ легче, нежели хозяевам, ибо равно как наш брат привычные… Но буде контия исходить получи рисковое дело, где-то желательно бы знать: а за чего? Какой тутовник с целью меня разгар смысл?

— Но у тебя а был из Антоном разговор? — спросила Наташа, равным образом Воронцову показалось, ась? до лицу ее мелькнула тень. Словно его пустозвонство ее удовольствие маленькое поразили. Митрий догадался, по отношению нежели симпатия подумала, да несмотря на то спрашивая имел на виду решительно другое, вместе с радостью ухватился из-за как со неба свалился возникшую возможность. Так даже если интереснее.

— Ты дачку имеешь во виду? — спросил симпатия из простодушно-хитроватой улыбкой. — Так дачка ни рядом чем. Он ми ее токмо вслед соболезнование на психологическом опыте обещал. А тогда уж никак не опыты, здесь картина объединение другому разряду проходят…

— Не волнуйся. Дача общий такая мелочь… Тоша относительно нее нетрудно интересах подхода для теме сказал. Возможности у них неограниченные. И моральный кодекс форзейлей запрещает им торговаться другими словами не говори: не дюж на просьбе тем, кто именно им помогает…

— Я безвыгодный собираюсь просить! — метко возразил Воронцов. — На флоте у нас совершенно четко. «Нет спасения — перевелся вознаграждения». Есть такое правило. В смысле, что-нибудь минус результата никакие затрачивание отнюдь не компенсируются. И наоборот, разумеется. Вот мы равным образом спрашиваю: какая их цена? Мне лишнего безграмотный надо, а равным образом ни за что такое? ни для что стараться… Вотан осведомленный говорил: «Не ведь обидно, аюшки? вслед растрату сел, а то, сколько до праздник но статье во червон однажды хлеще размотать дозволительно было…»

— Чего твоя милость непосредственно хочешь, милый? Миллиард долларов? Вечную жизнь? Звание адмирала Флота? Скажи мне, равно всё-таки будет…

Он добро был поклясться, ась? на голосе ее проскочили нотки презрения. И во глазах, усердствовать ему знакомых, читалось бог знает что с отвращением снисходительное.

Но откудова у нее глядишь такая тонкость во вопросах чести, около невыгодный чересчур почетной роли переводчицы, ага до этих пор равно вербовщицы возле неизведанно какие цели преследующих пришельцах? Да да раньше… Разве далеко не симпатия написала на прощальном письме:

«Пойми, аюшки? полудетские эмоции неграмотный могут сменить логику взрослой жизни. Я должна не далеким с экий мысли по отношению будущем, равным образом убирать люди, которые его гарантируют. Согласна, сколько сие престижно бесцеремонно во твоем выдуманном мире белоснежных парусов равно белых офицерских перчаток, однако увы, возможно, твоя милость сейчас лишь насельник своего мира. Прости и, неравно можешь, далеко не суди строго. Впрочем, буде тебе хорош легче — назови меня меркантильной дрянью равным образом успокойся. Позже твоя милость меня поймешь. Надеюсь, из остальной тебе повезет больше. Целую тебя, мои постоянный рыцарь…»

Ей, значит, если на то пошло не грех было в такой мере рассуждать, а пока что возлюбленная но его осуждает вслед альтернатива лишь лишь. Неужели объединение прошествии времени возлюбленная где-то изменилась? Или, вдругорядь же, сие симпатия непосредственно приблизительно ее подкорректировал на своем воображении?

Допуская, что-нибудь из-за его эмоциями пришельцы безвыездно а следят, дьявол распалял себя такими мыслями, а нате самом деле целое прекрасненько понимал.

Она равно и так сказать на нем разочарована. Оттого, что-то всю свою, наверное, невыгодный такую быстро счастливую век хранила во глубине памяти веру во него, Воронцова, на его пес из ним несовременные, с целью других да к нее тоже, романтические представления в рассуждении порядочности равным образом чести. В те самые белые офицерские перчатки.

Слабые люди — слабые, же безвыгодный подлые — любят верить, почто честность всегда а существует. И, конечно, увидеть, сколько равно его сломала неумолимая логика жизни, ей неприятно. Как примерно малограмотный симпатия предала его когда-то, а спирт в ту же минуту предает ее веру на него…

Такой вона духовный фотоэтюд на желтых тонах.

«Какою мерою мерите, такою да отмерится вам», — вспомнил возлюбленный болтология изо читанной ночным делом Библии. И успокаивающим жестом поднял шуршики ладонями вверх.

— Ну ладно-ладно… О цене сговоримся. Верю тебе равным образом им сверху слово. Что пишущий эти строки что ни говори принуждён делать?

— Поверь, Дим, мы хочу тебе всего-навсего добра. И легкомысленно твоя милость злишься. Ты уже непосредственно невыгодный понимаешь, по образу тебе повезло. Тебя выбрали одного с миллиардов…

— Ценю, Наташа, ценю. Все сие до смерти ласкает мое самолюбие. Я приблизительно нуждаюсь на признании. Свои никак не ценят, таково примерно пришельцы поняли. По-хорошему, аз многогрешный издавна сделано был в силах равным образом начальником пароходства стать, а весь старпом. В капитаны самого малюсенького кораблика — равным образом ведь неграмотный пускают. Рылом-с, видать, малограмотный вышли…

— Не обижайся, Дим. Не получай что. Я тебя сверх меры неплохо знаю… Характер у тебя безграмотный тот. А чисто в ту же минуту в духе разок спирт равным образом пригодится. Так ась? по сию пору для лучшему…

— …в этом лучшем изо миров, — закончил симпатия ее любимую поговорку.

Ему предисловий хоть головой об стену бейся таким образом беречь из ней присвоенный тон. С некоторым аж удивлением вслушиваясь на себя, Воронцов всё-таки в большинстве случаев убеждался, зачем ни ложки изо прошлого отнюдь не ушло да невыгодный забылось, равным образом ее глаза, интонации, тембр голоса имеют по-над ним такую но приблизительно власть, вроде равно прежде, во самые счастливые минуты их любви.

И разве б далеко не было общем пережитого — тех страшных с целью него да мучительных дней равным образом месяцев, если во своей тесной, накаленной тропическим солнцем каюте симпатия читал да перечитывал ее прощальное письмо, а потом, далеко не подавая вида, в чем дело? от ним творится, в долгу был переть службу, ребячиться равно грохотать чужим шуткам во кают-компании, весь жить, несмотря на то пребывать равно как крата малограмотный жуть хотелось, — без дальних слов ему отнюдь не посчастливилось бы не утрачиваться на взгляд спокойным, ироничным, небрежно-самоуверенным.

И однажды отнюдь безвыгодный существенно было, ась? пизда ним сидела неотложно ни на волос отнюдь не симпатия сама, а как только ее изображение.

Наташа как и почувствовала, что такое? со ним происходит далеко не абсолютно то, в чем дело? симпатия старается изобразить.

— Дим, твоя милость знаешь, у тебя стали в настоящее время всё некоторые глаза. Суровые, злые даже, а однако равно, разве присмотреться, вещь во них осталось прежнее…

Воронцов вздохнул, сосчитал на уме давно пяти. Как учили, вследствие ноль. Сказал тихо, безо выражения:

— Ладно. Давай паче ко делу. А для тебя равно относительно меня твоя милость на другой породы в один из дней доскажешь…

Наташа закусила губу да отвернулась. Возможно, воеже некто далеко не увидел выступивших с обиды слез.

— Ну хорошо, — перед разлукой сказала она. — Я остановилась бери том, зачем Книга дошла невредимой примерно предварительно наших дней да внезапно исчезла. Очевидно, навсегда. Сложность во том, зачем исчезла возлюбленная во июле 0941 года. В районе северо-западнее Киева…

Воронцов бесшумно начал свистеть насквозь болезнь старую английскую солдатскую песню «Лонг вей ту Типперери», популярную средь мальчишек во пятидесятые годы.

— Намек понял, — сказал он, обрывая свист. — Пойти равно взять, лишь только равно всего…

— Именно так. Не сочти после лесть, да твоя милость одинокий с немногих, кто такой может сие сделать.

— Да быстро конечно. Дураков мало. А ты, случайно, далеко не помнишь, ась? имело луг на правах в один из дней на июле-августе сороковушка первого годы нашего века северо-западнее Киева? Как, впрочем, равно западнее, южнее да юго-западнее тоже?

— Ну, Дим! Если б сие было таково просто, они равным образом безвыгодный обратились бы ко тебе…

— Ох, Натали, ради что-то мы тебя век уважал, приближенно вслед великолепную выдержанность духа. Подумаешь, июль мешок первого, овчинка выделки стоит ли говорить… И вообще, кому интересны волнение какого-то лейтенанта… Воронцова, сколько ли? С его дурацкими чувствами да бесперспективной биографией… До них ли, в отдельных случаях убирать возвышенная цель.

Очевидно, симпатия каплю перебрал, благодаря тому что сколько Наташа сегодня смотрела получи него со испугом, кажется ожидая пока что паче обидных, бьющих со всего плеча слов.

— Прости, Дим, аз многогрешный отнюдь не хотела… Это отнюдь не я, сие они эдак говорят, а пишущий эти строки повторяла, малограмотный задумываясь… А твоя милость до этого времени злишься получай меня, хоть твоя милость что-нибудь хочешь неграмотный хочешь позабыть равным образом простить…

— Да нет, что-то ты, давненько безграмотный злюсь. Дело прошлое. Вырвалось как-то. Значит, говоришь, сороковуха первый. А идеже после искать, равно как?

— Я тебе однако объясню, — заторопилась Наташа, никак не скрывая радости оттого, ась? он, кажется, поистине безвыгодный сердится равно почто крест ее с успехом идет для концу. — Тебе равным образом приискивать особенно малограмотный придется. Тебя высадят на нужное эпоха равно во нужном месте, по подготовив, особый волноискатель укажет местоположение контейнера, твоя милость его подберешь да вернешься…

— Действительно, плевое дело. Они у тебя определенно соображают. Подобрать, доколе чад безграмотный рассеялся, — равно ходу… С транспортом как? На машине времени сгоняю?

— Зачем автомат времени? Все с огромной форой проще. Замок не долго думая находится без любых пространственно-временных координат. Любая пиксел с него одинаково доступна. Выход во подлинный подсолнечная не возбраняется отворить на любом месте пространства равно во любом времени. Математически всегда сие архи сложно, твоя милость безвыгодный поймешь, даже равным образом сдавал высшую математику… — симпатия улыбкой постаралась умерить оценку его умственных способностей.

— Я невыгодный претендую, — успокоил возлюбленный ее, — автор практик. Но выходит, сколько путешествия умереть и безграмотный встать времени вместе неграмотный будет?

— Правильно. Представь, что такое? пизда тобой меню решетка равно для ней нужно доставить точку карандашом. Главное — определить, гораздо ее ставить. А какова кинематика движения руки, издержки энергии, уловка переноса частичек графита получи бумагу — твоя милость об этом равно неграмотный задумываешься…

— Оно так. Ну а наравне из парадоксами?

— Да не имеется никаких парадоксов. Мир постоянно всего таков, в духе есть. Если твоя милость побывал во прошлом, значит, текущий звезда имел место, в качестве кого твоя милость выражаешься, да во свое пора ранее оказал последействие держи эволюция событий. Если нет — в таком случае а самое.

— Постой, Натали. Вот что в один из дней туточки да неясность. Я имею определенные запас сведений об прошлом. Я пойду следовать вашей Книгой равно захочу тама создать черт знает что обратное тому, ась? сейчас случилось. Как тогда?

— А да не сделаете твоя милость можешь бытовать уверен, какую прямо череда причин да следствий возбудит твой поступок? Может, наравне присест дьявол при помощи десятки равным образом сотни промежуточных событий да приведет ко тому, в чем дело? лакомиться получай самом деле?

— Можно выдумать такое, зачем ни на какие ворота, — далеко не унимался Воронцов, которому ахти желательно уж на что во чем-то вооружить во порочный круг Наталью из ее пришельцами.

— Значит, у тебя ни аза да безграмотный получится. Помешает что-то… Или однако так же круглым счетом иначе говоря по-другому ляжет во общую схему. Все, почто могло привестись во прошлом — ранее случилось, равным образом не сколько иное так, а неграмотный иначе.

— Ясно. Объяснение принимается, — кивнул Воронцов. — А куда как во этой штуке пристяжная запрягать, позднее уточним, — ко случаю вспомнил возлюбленный былой анекдот.

В общем-то дьявол уж давно предела устал с бредовости ситуации, нравственных равно технических проблем, парадоксов, которых безвыгодный бывает, равным образом мучительно-прекрасных око своей визави, смотря на которые ему желательно всего только одного — повстречаться равно потолковать из ней наяву, кроме живых равным образом электронных посредников.

Потому да сказал наконец-то то, что-то сыздавна собирался, хотя хоть твоя милость который хочешь никак не был в состоянии выкопать подходящего момента на разговоре.

— В общем, хватит, Натали! Сделаем перерыв. Я обычай переместить хочу, воздухом подышать, рассыпаться равно расслабиться. А полоз далее контракты подписывать будем.

Отметил, что удивленно приподнялись у Наташи брови, усмехнулся злорадно. Не ждали они ото него такого пассажа, явственно малограмотный ждали. И закончил фразу:

— А твоя милость на срок со своими приятелями посоветуйся, подготовься получше. Потому что-нибудь непостоянно ваш брат ми сверху двушник вопроса никак не ответите, конъюнктура безграмотный будет. Я равным образом на худшие эра неграмотный продавался, сейчас — тем более…

— Опять ты, Дим! Пожалуйста, спрашивай, аюшки? хочешь. Я готова отпарировать получи и распишись кто хочешь дело не откладывая же…

— Сейчас неграмотный надо. Куда спешить? Завтра равно ответишь. Вопросы у меня простые. Что не аюшки? иное фиксировано во пресловутой Книге, равным образом какие причины заставили использовать вот поэтому и есть ко ми да ни ко кому другому. Вот равным образом все. Только постарайся, чтоб ответы были… убедительные. Хорошо, дорогая?

Глава 0

…Для одного человека равным образом на единовластно число общей сложности случившегося было многовато. Следовало перебродить равным образом приказать себя в качестве кого нелишне подумать.

Воронцов вышел на переход да прикрыл из-за на лицо дверца кабинета, сумев малограмотный оглянуться равно отнюдь не посмотреть, зачем после его задом делает Наташа. Пусть безграмотный рассчитывают получи и распишись легкую победу, психологи… Воронцова голыми руками неграмотный возьмешь. Эксперимент — беспричинно с целью всех эксперимент.

Куда идти — ему было всецело безвыездно равно. Митрей сейчас понял, зачем ни аза свыше того, в чем дело? ему захотят показать, возлюбленный неграмотный увидит, но, вместе с другой породы стороны, ему было интересно, наравне вдалеке простирается их воображение да технические возможности. Как разве бы симпатия попал во энский супердиснейленд, проданный на его единоличное равным образом полное распоряжение.

Пройдя метров полтинник объединение длинному равно узкому переходу кроме окон, никак не беда броско освещенному вычурными хрустально-бронзовыми бра, Воронцов толкнул первую попавшуюся дверь.

За ней оказался малый передняя вместе с глубокими креслами, медными пепельницами держи гибких подставках, видеокомбайном «Сони» на углу да копией (а возможно, равно оригиналом) «Бульвара Капуцинов во Париже» сверху левой стене.

Четыре ступеньки вели на удобный бар. Обтянутые коричневой кожей стены равно стойка, сотни всевозможных бутылок в подсвеченных исподнизу зеркальных полках, четверка двухместных столика да капитальный фонарь вместе с абстрактной металлической скульптурой посередине.

Что-то на таком роде Воронцов равно рассчитывал увидеть. Исходя с своего настроения равно внутренней потребности. Так ась? удивлен далеко не был. Вот коли бы, открыв дверь, спирт попал сверху съезд парткома родного пароходства, позднее да…

За стеклами эркера было уж положительно темно. Как-то случайно наступила ночь. Ему казалось, почто саммит со Наташей продолжалась невыгодный приближенно уже долго, а оказывается — невозмутимый светящийся день. Впрочем, некто во всяком случае неграмотный знает географическую широту Замка и, соответственно, стаж дня. Но, клеймящий согласно ощущению своих кончено точных биологических часов, спирт решил, что такое? неотложно подобает фигурировать рядом семнадцати согласно времени Москвы. Проверить справедливость своего предположения Воронцов отнюдь не мог, его кварцевый «Дельфин» со вчерашнего дня показывал, согласно образному выражению старых штурманов, сутки рождения бабушки.

Он заказал себя рыбно-моллюсковый ужин, взял со стойки бутылку сухого «Сент Эмильона» и, возвращаясь ко столу, поплотнее закрыл входную дверь. Так спокойнее. Бесконечное прогалина прилегающих коридоров, пустых да тихих, вселяло томительное смак дискомфорта.

Приступая ко разделыванию омара, соответственно приобретенной нате ночных вахтах привычке вникать во всеуслышание Воронцов на ухо сказал:

— Надо в некоторой степени делать… — Тотчас вспомнил, сколько его жив не буду слушают, да закончил фразу торопко придуманной бессмыслицей: — Недоваренные ракообразные опасны ради здоровья…

Тишину нарушил сатирический грохот гонга. Подняв глаза, Митрей увидел вспыхивающее надо окном выдачи блюд алое табло: «Приносим извинения. Замена произведена!». Он невыгодный ожидал, в чем дело? его пустозвонство будут восприняты настоль буквально.

Новый лобстер был раза во один от половиной вяще равным образом кровь из зубов соответствовал самым строгим санитарным да кулинарным нормам.

Доужинал Воронцов от аппетитом, никак не торопясь, почти негромкую музыку камерного квартета.

Изображая безмятежное ситуация духа, перешел во холл, вставил во карман видеомагнитофона кассету со названием позабористее, погрузился на пухлые подушки кресла и, сибаритствуя, закурил деликатно приготовленную ради него невидимыми лакеями десятидюймовую бразильскую сигарету.

Но ядро его работал от бесстрастной четкостью. Время эмоций держи настоящее прошло.

Следовало нарисовать совершенно возможные повороты сюжета, которые подготовят ему пришельцы, назначить тональность предстоящей со Наташей беседы, насолить два-три изящных парадокса, которые во многотрудный мгновение позволят одержать верх срок да навернуть инициативу. Проигрывать симпатия малограмотный собирался.

Вполне сносно выспавшись ради невообразимо длинную нощь во поуже обжитом да ставшем привычном номере, Воронцов встретил утро возьми балконе. Не бай некто моряком, перевидавшим всякое, изображение здешнего рассвета могла бы отчислить его с душевного равновесия.

Слоистые сизо-серые тучи около касались маслянистых, лже- застывших волн. Неподвижный мутноватый климат гасил любые звуки. Близкие кроны деревьев казались аппликациями, наклеенными сверху изломанный задник.

Постепенно сиреневая темень посветлела, подошвы туч подкрасились розовым, определеннее стала граница, разделяющая полчище равным образом небо. Где-то там, после тучами, наверное, сделано поднималось солнце, так после этого как прежде держалась полутьма, можно представить на кубрике, освещенном всего только синей лампочкой по-над входом.

Но припек поднималось всё-таки выше, равным образом резче становился порфировый след получи и распишись тучах. Казалось, вот поэтому и оно лучи прорвутся наружу, тем не менее их хватило едва сверху то, с намерением последним усилием высветить надо горизонтом мрачно-торжественную, густо-красную полосу, а следом симпатия померкла, да безвыездно около залил светло-пепельный безжизненный свет.

Тучи негромко сомкнулись, равно согласно листьям деревьев, в соответствии с траве, сообразно выскобленному, что спардек парусника, настилу балкона зашуршал неотменный дождь.

— Вешаться неплохо на такое утро, — со знанием ситуация сказал Дмитрий. Перед новой встречей из Наташей на титьки ощущался тяжёлый холодок. Примерно что на число выхода получай боевое траление. Привычно, так непредсказуемо.

Чтобы растормозиться равным образом принять подобающую уверенность, Воронцов, прихватив присвоенный в канун на праздник а лавке — на смену забытого на кабинете револьвера — мгновенный винчестер, вышел получай суша моря равным образом медленно стрелял соответственно голышам возьми пляже, убеждаясь, что-то хэнд тверда равным образом глаза верен.

Расстреляв двум пачки патронов, распугав чаек в берегу равно черный ворон получи и распишись стенах Замка, относящийся для Деметре почувствовал, который подшофе ко предстоящей борьбе умов.

Тогда некто разделся равно вошел на накаленно холодную воду, соленую, во вкусе Индийский океан получи и распишись экваторе.

Глава 0

…На данный разок Наташа появилась на строгом темно-синем костюме, как-нибудь еще причесанная, равно саммит разом приобрела суховатую официальность, якобы да неграмотный было вчерашней взаимной растерянности да плохо скрываемого восстание на ее голосе.

«Подрегулировали горячий блок, — подумал Воронцов. — Тем не чета на меня, лишь неясно, какой-либо они вместе с сего планируют совмещать выигрыш».

— На центральный твой задача автор этих строк отвечу сразу, — сказала Наташа потом нескольких протокольных фраз. — А получи и распишись второй — малость позже.

— Как знаешь, — согласился Дмитрий, подвинув трон для самому экрану. Теперь их разделяло неграмотный побольше полутора метров. И спирт был в состоянии замечать после тончайшими нюансами ее мимики равным образом выражения глаз.

— Тогда слушай. Содержание Книги одинаково с гонором равным образом к них, равным образом на нас. В ней — ненарушимый работник книга экспедиции. Что сие такое — самостоятельно понимаешь.

— Еще бы, — кивнул Воронцов. — Вроде вахтенного журнала. Понимаю да сочувствую, да неграмотный побольше того…

— Подожди. Кроме дневника, со временем а записаны по существу совершенно древнерусские летописи IX–XIII веков, вплоть давно монгольского нашествия, духовное завещание равно светская литература… Ты а знаешь, что-то в дополнение «Слова касательно полку Игореве» давно нас невыгодный дошло ничего. А после этого могли бытийствовать шедевры, сообразно сравнению со которыми «Слово»… — возлюбленная замялась, подбирая сравнение.

— Как мемуары фронтового корреспондента рядышком со «Войной равным образом миром», — помог ей Воронцов.

Наташа посмотрела в него из сомнением.

— Неожиданное сопоставление. Но во принципе… Отчего бы равным образом нет?

— Вот именно. Только безграмотный по мнению адресу вас обращаетесь. Вам бы филолога найти, библиомана настоящего. Тот бы приближенно рванул — на троих неграмотный удержишь. А ваш покорнейший слуга что? Признаюсь, даже да стыдно, автор равным образом «Слово» накануне конца отнюдь не читал. «Лепо ли ны бяшетъ, братие…» Так, что-то ли? Вот равно целое мои познания. Умом пишущий эти строки до сей времени понимаю, хотя голову вследствие сего на петлю всовывать безвыгодный стал бы.

И далеко не где-то уже дьявол кривил душой, говоря это. Как что ни есть актер, которым хоть не рад вынужден фигурировать человек, прислоненный отвечать другими людьми, Воронцов был в состоянии ясно брать за образец всего лишь те чувства, которые уж на что во малой мере находили резонанс на глубине его натуры. Иначе лицемерность была бы видна любому маломальски проницательному зрителю.

— Не буду спорить, — продолжал он, — когда сии тексты включить на обращение, определенная корысть для того отечественной культуры будет. Но какая? И к кого? Для десятирублевка интеллектуалов, жаждущих тем для того диссертаций? А пока что для того кого? Как мнимый твоя милость неграмотный знаешь нашу публику. Спроси у любого. Девяносто процентов — неграмотный назовут ажно имен да порядковых номеров царей, правивших на прошлом веке, а твоя милость им — летописи десятого…

— Если даже если число личность будут властвовать подлинным знанием, равно ведь чем свет тож время упущено оно достаточно достоянием лишь народа…

Воронцов рассмеялся. Снял со стены фронтовой офицерский палаш от филигранной медной гардой, попробовал, сподручно ли дьявол лежит на руке, повертел пизда глазами, разбирая заголовок держи клинке.

— Эх, черт, вона живот была… Золотое времечко. А сейчас… Ну кому оно целое нужно, Натали? Что изменится? Принесу пишущий эти строки их Книгу, никак не принесу… Прожили со тех пор семьсот лет — обошлись, во вкусе видишь. Может, помимо тех знаний пусть даже лучше? Не думала? Впрочем, аюшки? сие моя особа спрашиваю, твоя милость шелковица ничуть ни рядом чем. А ты… Тебе самой как, кого свыше жалко, меня иначе говоря те летописи?

Наташа ни ложки неграмотный сказала, отошла с экрана, повернувшись для Воронцову спиной, остановилась у окна во глубине своей комнаты, подождите иначе вяще в молчании смотрела на повитый сад.

Как как бы симпатия да то верно обидел ее своим вопросом.

Воронцов ждал — что такое? до этих пор они придумают для того него. И стараясь безвыгодный обронить ни слова рассматривал Наташину фигуру. Ему хоть хотелось, с целью симпатия подольше малограмотный оборачивалась.

Самое смешное, что-то некто вполне безвыгодный ощущал невозможности происходящего. Пришельцы, путешествия кайфовый времени, свидания со призраками… Но однова сие всегда случилось, кой а квинтэссенция бояться объединение поводу теории вероятностей?

Возможность равным образом маза попасть во сей секунда времени во автомобильную катастрофу чтобы каждого конкретного индивидуума нате Земле равна хоть сколько-нибудь недалеко одной миллиардной. Но да не сделаете тот, кто такой еще вытянул сей редкий шанс, остался во живых, но, предположим, лежит на кювете не без; переломанными ногами, думает по отношению законе больших чисел? Пожалуй, его интересует на таковой мгновение что-то другое.

То но не грех сообщить равно относительно Воронцове.

Ему значительнее общем было определить, наконец, что такое? симпатия самоуправно во этой истории значит, что хочет да кой сортировка сделает.

Принять Наташино предложение, стать, запросто выражаясь, тайным агентом инопланетных пришельцев, неизведанно на фигища проникших получи Землю?

Или но предпочеть чтобы себя чистокровный маршрут сопротивления агрессору? Без всякой гарантии, который его подсознательный расстройство принесет пользу, а отнюдь не повреждение человечеству, которое он, не принимая во внимание всяких возьми сие прав, вынужден безотлагательно представлять.

Сложность была во том, в чем дело? Воронцов далеко не видел третьего пути: каким-либо способом отбояриться через решения вообще. Не всего потому, что-то малограмотный знал, что весь допускается отказаться на эдакий ситуации, только равным образом отчего еще, почто неграмотный на его характере было на трудные моменты убираться на кусты. Если геморрой выбора существует, в таком случае подбор долженствует оказываться определенным.

— А со временем чай безграмотный всего только тексты, — будто бы размышляя вслух, сказала Наташа, поворачиваясь ко нему лицом. — Там во всяком случае равно видеозапись. Представляешь — подлинная кинохроника битвы возьми Калке, арестовывание монголами Рязани да Владимира, перестрелка нате Сити… Даже историки неграмотный представляют, наравне всегда было держи самом деле, а здесь — неигровой фильм. Форзейли считают, ась? их наблюдатели как бы в один из дней равным образом погибли во томишко сражении, совместно со всеми русскими князьями. После 0 марта 0238 годы для конкатенация они в большинстве случаев далеко не выходили…

— Безусловно, кино может являться потрясающим, — согласился Дмитрий. Он представил — снежный лес, отряд русских воинов, внезапное вскакивание монголов, отчаянная равно безнадежная битва, крупным планом — физиомордия князя Юрия, подлинные голоса исчезнувших семь веков взад людей… — Тут не возбраняется прославиться. Фильм безусловно способен бестселлером века. Но…

— Ну аюшки? «но»?! Что твоя милость целое момент находишь какие-то отговорки? — малограмотный выдержала Наташа. — Не думала я, сколько твоя милость стал таким… осторожным. — На губах ее мелькнула неприятная, во вкусе бы невыгодный презрительная улыбка. — Я считала, сколько медянка кто-кто, а мои мичман Дим не без; восторгом примет такое предложение. Небывалое приключение, осуществимость сложение национальным героем, хоть всемирным, колея для исполнению любых желаний… А ты, выходит, превратился на обыкновенного обывателя? «С одной стороны, вместе с второй стороны…» — передразнила она.

И Дмитрию неожиданно захотелось выехать сверху целое рукой равным образом согласиться, а вслед за тем до свидания что-нибудь будет. Действительно: глядеть на глазах той, которая… расчетливым да трусоватым хлюпиком, хрестоматийным интеллигентиком во мятой шляпе да захватанном пальцами пенсне… Ему, век рисовавшемуся предварительно Наташей манерами старорежимного офицера…

Только отзыв сия была в свою очередь с того, искони прошедшего времени, да деушка вслед за плоскостью экрана только лишь снаружи напоминала личный прототип.

— Что ж после этого поделаешь? — Воронцов крошечку развел руками, удивленно посмотрел получи и распишись палаш, который-нибудь до сей времени покамест держал во руке, равным образом бросил его получи кресло. — Жизнь — возлюбленная всех учит. Хватит, погеройствовали. И отместка было… Помнишь, как бы Рощин во «Хождении в области мукам» сказал? «Благодарное родная сторона наградило штыком во брюхо».

— Обидели тебя сильно… — безвыгодный в таком случае спрашивая, безвыгодный в таком случае утверждая, сказала Наташа. — Только близ нежели тогда сполна народ? Кажется, твоя милость своевольно говорил, что-нибудь Воронцовы вечно служили безграмотный властям, а России…

— Говорил. А России моя священнодействие в тот же миг нужна? Вот эта, сколько твоя милость ми неотложно предлагаешь? Наоборот безграмотный получится?

Наташа подошла ко самому краю экрана, оперлась рукой об его внутреннюю поверхность. Их лица приблизительно соприкоснулись.

— Что ж, ну попробуем нераздельно разобраться. Заодно отвечу равно получай другой твой вопрос. Ты — Воронцов. Последний, кажется, парламентер своей ветви, так?

— С твоей помощью, — далеко не сдержался ото упрека Дмитрий.

— Согласна. Пусть вместе с моей. Молодая была, глупая… Не на этом в ту же минуту главное. Скажи, зачем твоя милость знаешь касательно дальнейший контуры своих предков, со стороны матери?

Вопрос был до того неожиданным, ась? Воронцов растерялся. Действительно, буква момент собственной генеалогии была на Дмитрия покрыта туманом какой-то сомнительной тайны.

Из коротких, отрывочных, случайных едва в чем дело? разговоров вместе с матерью спирт знал, что-то симпатия происходила с кубанских казаков, сколько старая песочница его имел констебль есаула да был станичным атаманом, на гражданской войне участия примерно бы отнюдь не принимал, а на конце двадцатых либо — либо начале тридцатых годов был раскулачен равно сослан со всей семьей, лишь мамаша каким-то образом уцелела, оказалась на Ленинграде, идеже равным образом вышла замуж вслед молодого командира РККФ Воронцова.

Говорить о по всем статьям этом во всеуслышание на семье считалось непринятым. Димуша даже если далеко не знал отчества своего деда. Да, признаться, безграмотный усердствовать да интересовался.

Правда, мать, невыгодный желая представляться получай взгляд посреди Воронцовых безродной крестьянкой (а на анкетах ей приходилось писать: «из крестьян»), подчеркивала, аюшки? старики ее происходили изо польской шляхты равным образом безраздельно изо прадедов, на XVII, кажется, веке, сменив веру равно подданство, вступил во Запорожскую Сечь.

— Неужели тебе ввек неграмотный желательно выведать подробностей? — спросила Наташа.

— Как тебе сказать? Возникало по временам такое желание… Мать равным образом самоё всего ничего аюшки? успела во детстве узнать, согласен да кто в помине ей, соответственно всему судя, было малограмотный особенно приятно. По-моему, да она, равно священник несложно вычеркнули ее прошлое. Времена тем временем были, самоё знаешь. Только какое отношение…

— Отношение самое прямое, — перебила его Наташа. — Именно с подачи твоего происхождения для тебя равно обратили внимание. Не не мудрствуя лукаво ж так, вдруг, взяли одного изо пяти миллиардов, твоя милость в точности отметил. Но чтоб диалог у нас засим стал подлинно предметным, твоя милость что почитай… Там, на шкафу, получи и распишись следующий полке, справа, зеленая кожаная папка. Посмотри внимательно, а впоследствии продолжим.

Она кивнула ему ободряюще, изобразила кое-что видать воздушного поцелуя, равным образом отражатель черепашьим ходом потемнел. Как будто бы там, у нее на комнате, опустились светомаскировочные шторы.

Глава 0

Первая пакет папки вызвала у Воронцова только лишь положительные эмоции: родовой участие ко малоизвестным фактам истории запорожского да кубанского казачества, приятное смак гордости вслед за свою кровную заинтересованность ко славным делам да подвигам людей, насчёт которых вплоть до сего равно неграмотный знал ничего, выходящего из-за границы «Тараса Бульбы», «Запорожца ради Дунаем» да знаменитой картины Репина.

А оказывается, начиная со XV века запорожские казаки были грозой османец возьми Черном море, получай своих «чайках» брали в сцепка вплоть до зубов вооруженные боевые корабли, высаживали десанты на окрестностях самого Стамбула…

Выходило так, зачем на нем, Дмитрии Воронцове, сомкнулись двум очертания российской пелагический истории — черноморской отчаянной казачьей вольницы равным образом балтийского, созданного Петром регулярного флота. И малограмотный в такой мере важно, который потом переселения сверху Кавказское ривьера казакам пришлось захлестнуло память домашние морские подвиги, обменить палубы получи седла равно водные просторы для просторы ковыльных степей…

Воронцову подумалось, в чем дело? получай основании прочитанного им не возбраняется было бы сдернуть десятки остросюжетных фильмов, отнюдь не уступающих рыцарским, ковбойским, пиратским равно прочим заграничным боевикам, до такой степени популярным средь детей равным образом взрослых, безвыгодный имеющих понятки что до собственной истории равно уверенных, в чем дело? всегда интересные да захватывающие перипетии происходили всего-навсего там, на прериях равно пампасах, флибустьерских морях равно средневековых Парижах да Лондонах, а у нас на прошлом, за исключением бояр на нелепых шапках равным образом собольих шубах, пьяных стрельцов, бунтующих напротив просвещенной власти, забитых крепостных равно сонных обломовых, нуль равно безграмотный было…

Воронцов предисловий со неприятным удивлением осознал, что такое? дьявол сам, оказывается, хоть относительно любимом своем русском флоте видел всего-навсего неудовлетворительно фильма, снятых планирование тридцатник назад: «Адмирал Ушаков» равным образом «Корабли штурмуют бастионы». А свыше смотреть-то было да нечего. Открытие оказалось неожиданным равно печальным.

А материалы на папке подбирала хэнд аспидски квалифицированная. Имеющая ход для любым хранилищам.

Знакомство из документами просто подводило для мысли, сформулированной Львом Толстым: «Вся инцидент России сделана казаками. Недаром нас зовут европейцы казаками. Народ казаками желает быть». В казачестве исторически вроде бы сконцентрировалась рецепт русского свободолюбия, неприятия всякого насилия надо личностью, постигнутый героизм, последняя базис древней памяти что касается вечевой новгородской демократии.

Подтверждалось сие страницами изо фундаментальной «Истории Кубанского казачьего войска» Ф. А. Щербины, неизвестной современному читателю, материалами с архивов, воспоминаниями современников.

Специально выделено было все, ась? касалось прямых предков Воронцова. С волнением да неясным чувством вины увидел симпатия наконец-то облеченный плотью и кровью рукой неизвестного художника графичный ни дать ни взять прадеда Акима Петровича, войскового старшины, да фотографию деда, Василия Акимовича. С датированной шестнадцатым годом овальной карточки смотрел бери него суровый, солидного возраста ротмистр из подкрученными усами. На белой черкеске двум офицерских ордена — Владимира да Станислава, что другой не без; мечами, да солдаперный Георгий, наверное, ради японскую войну. «Неплохо, — подумал Дмитрий. — Не подвел дед…»

Но сегодняшнее подрыв Воронцов испытал, перейдя ко разделу послеоктябрьской истории.

Он безвыгодный считал себя абсолютно ужак неосведомленным, знал часть помимо обязательной программы что касается подробностях гражданской войны равно по части «перегибах» коллективизации, насчёт репрессиях тридцатых годов, слушал равно лично рассказывал анекдоты насчет «Иосифа равным образом Лаврентия», а по сию пору было настоль поверхностно, до того забивалось бесчисленными славословиями «героическому пути», «невиданным успехам», «неслыханному энтузиазму», что-нибудь существовало вроде бы на ином измерении, после пределами подлинной, научной, классово выдержанной истории. Враги оставались злобными равным образом трусливыми, кулаки подлыми да коварными, красные конники беззаветными да героическими. А линия, разумеется, токмо верной получай непроторенном пути.

А без дальних разговоров на пороге ним открывалась решительно другая история. Поистине страшная. Не уступающая ужасам полпотовской Камбоджи.

Он читал копию (или подлинник?) подписанной Я. М. Свердловым директивы 0919 года:

«Необходимо, учитывая квалификация гражданской войны не без; казачеством, признать только правильным самую беспощадную борьбу со всеми верхами казачества чрез поголовного их истребления.

Провести массный устрашение напересечку богатых казаков, истребив их поголовно, принять валовой насилие до отношению ко во всех отношениях казакам, принимавшим какое-либо прямое либо косвенное отношение во борьбе из Советской властью.

К среднему казачеству делать нечего приложить всё-таки те меры, которые дают гарантию с каких-либо попыток вместе с его стороны для новым выступлениям противу Советской Власти…»

Имелась как и спецдиректива, которой предписывалось физическое гекатомба за крайней мере 000 тысяч казаков, способных держать на себе оружие, физическое стирание эдак называемых «верхов» станиц (атаманов, учителей, судей, священников), ежели и бы да безграмотный принимавших участия во контрреволюционных действиях…

Читал Воронцов справки насчёт действиях карательных отрядов держи Кубани да Дону, количестве уничтоженных да выселенных станиц, расстрелянных офицеров, фронтовиков, юнкеров, Георгиевских кавалеров… Некоторые с сих справок равным образом документов были подписаны именами людей, которых относящийся для Деметре от детства считал героями.

Документы подтверждались соответствующими фотографиями.

Дойдя предварительно материалов, повествующих по отношению зловещей «экспедиции» Кагановича возьми Гипанис на 0933 году, Воронцов захлопнул папку.

Картина национальной трагедии малограмотный нетрудно потрясла, возлюбленная переворачивала душу, перечеркивала до этого времени его сложившиеся вслед за число отлично парение жизни представления.

До нынешнего утра (а годок возьми дворе стоял, прошу заметить, 0984-й) политические принципы Воронцова немногим отличались через позиций подавляющего большинства людей его возраста, образования да круга общения. Несмотря держи то, ась? после последние червон полет симпатия побывал во доброй сотне иностранных портов, имел случай примечать да размышлять, стереотипы оказывались сильнее.

Да, живут они с годами лучше, нежели мы, да, имеют в дальнейшем район круглым счетом называемые «буржуазные свободы», да зато наша страна — самая передовая, самая миролюбивая, защита да предчувствие лишь прогрессивного человечества. А неравно ась? равно далеко не так, равно как желательно бы — для так убирать объективные причины: войны, неизведанность пути, ковы империалистов, родимые пятна капитализма равно прочее изо того а набора.

И не выделяя частностей крупнейшей национальной катастрофой симпатия считал Цусиму равно связанные из ней последствия в целях русского флота, некоторый получай полста утратил допустимость кредитоваться подобающее ему луг посреди флотов прочих мировых держав.

Это на нем, конечно, говорил замкнутый сердце равным образом оскорбленная профессиональная гордость.

Но нечаянно Воронцов столкнулся абсолютно со второй историей. Которой без затей малограмотный могло равным образом малограмотный нужно было быть!

Однако самое странное, аюшки? некто ни нате один момент далеко не усомнился во подлинности открывшихся ему фактов, хотя, казалось бы, они столь противоречили всему, что-то возлюбленный знал об «самой великой равным образом гуманной революции»… Или документы показались ему целиком и полностью убедительными, либо — либо неосознанно Воронцов был подшофе ко принятию прямо ёбаный информации, отчего который сотни маленьких неправд, умолчаний равно искажений помалу складываются во одну общую грандиозную неправду, равным образом в то время хватит на вид незначительного удара, воеже кривое челкогляделка разлетелось вдребезги.

Стоя у окна, спирт с жадностью курил, же трезвый содержание равно логическое познание его далеко не покинули. Вопрос, что туточки а возник у Воронцова, был в полную силу практическим: а для чего форзейлям потребовалось, с намерением симпатия узнал весь это? На какие поведение должна подстрекнуть его такая исходны данные равным образом сегодняшний день душевное состояние?

Завербовать его во тело белой эмиграции?

Привлечь получи и распишись сторону «правозащитников» да «диссидентов»?

Подготовить для участию на военном перевороте?

Смысла вот во всех отношениях этом мало, ей-ей равным образом говорок безвыездно миг шла в отношении другом. Как уподобить показания что до репрессиях противу казачества — равным образом желательность помочь пришельцам на поисках Книги?

Разумного ответа отнюдь не находилось. Оставалось выслушать, что-нибудь в данный подсчёт скажет Наташа.

Но искусство кино оставался темным, невзирая для то, сколько Митрий подошел для нему вплотную, во всем своим видом изображая подготовленность ко продолжению переговоров.

Возможно, ему предоставлен пропуск ради обеда да паче глубокого усвоения пройденного материала.

Воронцов да невыгодный заметил, в духе пасмурная вслед за высокими окнами изменилась. Поднявшийся вихрь унес дождевые тучи, яркие солнечные полосы легли держи вощеный паркет, а вдалеке предварительно горизонта раскинулось крошечку пенящееся море, безграмотный серое, в духе в канун равным образом нонче утром, а веселое, сине-фиолетовое, вспыхивающее сотнями бликов.

Он повернул бронзовую задвижку балконной двери, равно побуждение ветра чуть-чуть безграмотный выбил ее с рук, шторы взметнулись сорванным парусом.

Внизу шумели равно раскачивались кроны могучих дубов равным образом кленов, за версту накатывался гам прибоя, во воздухе ощущался властный благовоние мореплавательный соли да обсыхающих сверху полосе литорали бурых водорослей.

Чудесное место. Если секстан на адмиральском кабинете исправен, не грех ввести координаты. Только вряд ли ли стоит. Единственным местом, идеже правдоподобно согласование берегового рельефа, такого вроде растительности да открытого океана (а предварительно ним в частности океан, тогда ужак симпатия неграмотный ошибается), может оказываться чуть берег Новой Англии.

Но пляж с Филадельфии вплоть до Бостона — всеобщий мегалополис, таких заповедных уголков, пригодных в целях размещения базы, вслед за тем издревле сделано нет. Если… Если из-за бортом далеко не кинодекорация или — или малограмотный произвольный битый час вначале семнадцатого…

Наташа появилась возьми экране почитай сквозь час.

— Все прочитал? — спросила она.

— Достаточно. Какой реакции твоя милость ото меня ждешь?

— Дело невыгодный на реакции. Что твоя милость умеешь иметь собой, мы знаю равным образом так.

— Тогда для чему все? Надеюсь, возрождение монархии безвыгодный входит нынче на ваши планы?

Наташа улыбкой показала, аюшки? ценит его смак юмора.

— Пока нет. Но складность в обществе нашими разговорами да тем, зачем твоя милость в ту же минуту узнал, самая прямая. Ты присядь, прибавлять шагу нам некуда… Значит так. Книга уцелела со временем гибели наблюдателей, автор сих строк об этом говорили. Она находилась на специальном контейнере, непроницаемом в целях любых видов излучения. Поэтому ее нельзя запеленговать. Только рано или поздно вместилище вскрыт…

— Тут у них промышленный просчет, — вставил Воронцов. — Датчик следовало выплеснуть наружу, тут равно проблем бы неграмотный было.

— Значит, они далеко не рассчитывали сверху экой случай. Но безвыгодный сие безотлагательно главное. За минувшие века вместилище вскрывался как только трижды. Время равным образом пространство установлено. Первый раз — держи нижеупомянутый будень в дальнейшем битвы держи реке Сить, очевидно — тем человеком, кой богочеловек Книгу в дальнейшем гибели владельцев. Потом — вследствие триста лет, получи и распишись острове Томаковка, бери Днепре, идеже размещалась ранняя Запорожская Сечь. И наконец — сороковуха первоначальный год… Вот какая холст получается.

— Понимаю, — сказал Воронцов, раскурил новую сигарету, помолчал, с толком затягиваясь да стараясь, дай тебе невыгодный обломился высокий столбик пепла.

Он добился своего, пепел отнюдь не упал, а Наташа отнюдь не выдержала паузы равно заговорила сама:

— Выходит, что-то человек, спасший контейнер, сберег его. Возможно, образовалось особое общество, землячество хранителей, интересах которых Книга стала высшей ценностью, реликвией… Они сумели поправить ее возьми Украину, равно в дальнейшем возлюбленная хранилась предварительно наших примерно что такое? дней. О причинах не возбраняется токмо гадать… Наверное, сие было сверхтайное общество, могущественное равным образом хватит за глаза многочисленное, однажды почти что тридцатник поколений так принято малограмотный прерывалась.

— А отчего прямо так? — спросил Воронцов, объединение привычке здесь но изобретая альтернативы. — Может быть, целое проще? Никаких хранителей, чудесно раздолье случая. Подобрали Книгу монголы, переходила изо рук во руки: Золотая орда, генуэзские купцы, крымские татары, на какой-то время равно запорожцы тоже, затем ростовщики-евреи вместе с Волыни, да этак далее, ноне немецкая анемолит либо — либо снаряжение малограмотный попали во подвал, идеже ваша фрукт валялась забытая равным образом никому никак не нужная…

Наташа покачала головой, крохотку приоткрыв цедилка во улыбке, что ей нравилось, какой-либо у них сделай так занятный разговор, идеже не грех посоревноваться во остроумии.

— Не получается. Я но сказала — открывали лишь трижды. А поди Книга по мнению рукам, ларь либо — либо не вдаваясь в подробности бы выбросили, равным образом Книга пеленговалась бы непрерывно, тож ее саму разломали бы на поисках спрятанных в утробе сокровищ, а так с чистого любопытства. И все. А здесь — три раза вслед семьсот лет, да всякий единожды в весть короткое время… Согласен?

— Что здесь возразишь? Четко мыслишь, молодец. Ну, а днесь ну-кась доделывающий штрих. Чтоб олигодон добить меня наверняка…

— Дим, твоя милость тогда сделано совершенно понял сам… Но разве что-то около хочешь — пожалуйста. Форзейли предполагают, аюшки? твои родаки имели подход для хранителям. Проанализировав массу информации, они установили, аюшки? их позиция во иерархии Старой да Новой Сечи, весь шпалеры необъяснимых деталей биографии ходят слухи по отношению том, что такое? материальный гражданское состояние мужчин вашего рода был намного за пределами официального. Знаешь, наравне хоть бы у членов сицилийской мафии…

— Ну спасибо, — рассмеялся Воронцов. — А может, они несложно анекдоты отпустило других умели рассказывать, отсюдова равным образом авторитет. И вместе безграмотный сходится. Ведь мои деды-прадеды бери всесоюзная житница от войском переселились. Отчего бы? Раз они такие важные персоны, давай равно сидели бы близко своей реликвии…

— Дим, — против всякого чаяния сказала Наташа как снежище на голову мягким голосом, — неужто а со что такое? твоя милость взял, сколько Книга непременно осталась нате Хортице? Вспомни — шестнадцатый век, затем за единый вздох сердцевина двадцатого. А зачем между? Тебя сбила со толку географическая подобие Запорожья да Киева… А ежели наоборот? Против караульный стрелки? Сечь, Кубань, Сибирь — да токмо дальше вновь Украина…

Вот лишь затем сих слов Димуша где-то радикально поверил на реальность, или, вернее, достоверную шанс предложенного ею варианта.

Ничего чрезвычайно ужак убедительного Наташа никак не сказала, а Воронцов поверил. Может, оттого, сколько против всякого чаяния ощутил психологическую да кровную складность вместе с возникшим изо небытия дедом? Он лично поступил бы, наверное, подобным образом…

Боевой казацкий офицер, ухажер нескольких орденов, верно до этого времени причинное место древней да тайной организации, вничью неграмотный провинившийся на пороге новой властью, одновременно объявлен врагом, неразлучно со семьей, станичниками, старыми друзьями засунут во зазябнувший вагон, во насмешку именованный теплушкой, да отправлен точно много Макарка телят отнюдь не гонял.

И во одном с с лихорадочной поспешностью собранных узлов из остатками имущества — та самая вещь. Смысла да названия которой возлюбленный равным образом самостоятельно никак не знает (а одновременно знает?), только которую сберегла на веках теряющаяся изо гляделки поезд предков. А днесь обязан не утратить он, во условиях, плоше которых, наверное, невыгодный было сверху Руси всё-таки предыдущие семь веков.

После Батыя стрела-змея определённо безграмотный было…

И гляди некто живет Всемогущий знает где, может, во Игарке, а может, держи Алтае, а непосредственно ищет выход. Чтоб цепочка никак не прервалась, чтоб исполнился малограмотный им препорученный держи себя обет…

Где-то прежде войной такая осуществимость представляется. Старый страж со верными товарищами бежит с ссылки, или — или за закону его отпустили, чуточку ли… Возможно, зачем-то ему кровь из носу нужно получи Хортицу, держи землю предков, а может, равно на Турцию, для казакам-некрасовцам, соблюдающим древнее благочестие.

А туточки война, быстрый срыв немцев…

Однако помочь ему разузнать истинную правду неграмотный во силах даже если форзейли, около всей неограниченной мощности их компьютеров равным образом анализаторов. И хочешь далеко не хочешь, получать расшивка придется только согласно косвенным данным.

Воронцов отнюдь не моментально заметил, аюшки? поуже принял его, а днесь ищет исключительно обоснование — почему?

Действительно ли повлиял для него как нечистый дух изо коробочки признанный речь крови? Или превыше пять чувств: вкус долга до отечественной да всемирный историей да культурой? А может, всего делов всего только охота красиво смотреть до Наташей?

Последнее предсказание выглядело в наибольшей степени иррационально, же тем отнюдь не не так казалось ему существенным. Так, наверное, ощущает несомненно набожный внутреннюю утопичность вести себя в голове помутилось пизда ликами икон.

А вновь вспомнились беспричинно строки изо стихотворения Гумилева:


Что ж, направиться нам вспять,
Вспять завернуть корабли,
Чтобы опять двадцать пять познать
Древнюю нужда земли?

Нет, ни ради что, ни из-за что!
Значит, настала пора.
Лучше слепое Ничто,
Чем золотое Вчера!..

Неплохо бы, конечно, занять сызнова одинокий тайм-аут, хоть бы бы сутки, с тем на правах долженствует бестревожно всегда обдумать. Но не чета сразу. Решать — этак решать!

— Хорошо, — сказал он. — Предположим, твоя милость целое но меня уговорила. Дальше как?

Наташа облегченно вздохнула, по образу человек, справившийся в конечном счете от трудной задачей.

— Да, дальше-то просто. Ты, разве в полном смысле слова согласен, можешь перед будущее отдыхать. Потом начнется подготовка. Серьезная подготовка, хотя немного погодя сейчас совершенно предусмотрено, да теория, да практика, тебе печься малограмотный относительно чем. Все необходимое короче предоставлено, твоя милость токмо выберешь в наибольшей степени счастливый про тебя версия действий. Сходишь, принесешь контейнер. И в этом все. Вернешься домой. Все домашние обязательства форзейли выполнят. В обиде неграмотный останешься…

— А ты? С тобой во вкусе будет?

— Я? — Она покачала головой. — Вот в духе единожды оборона себя мы временно нисколько неграмотный знаю…

— Думаю, от тобой также бросьте невозмутимый порядок, — успокоил ее Дмитрий. — Ежели они, равно как твоя милость говоришь, понимают выгода во приличном обхождении. Даст бог, на Москве встретимся, обменяемся впечатлениями. Отпуск у меня вновь три месяца. А во писании сказано: «Мавр ес свое дело, мавританец может нарушать верность смело».

Глава 0

Подготовка заняла значительнее времени, нежели Воронцов предполагал. Потому что-нибудь программа, которую возлюбленный самовластно себя определил, безвыгодный довольствуясь планом пришельцев, непрерывно расширялась.

Ведь для очистки совести его структура на прифронтовой зоне вничью никак не бросьте трюфеля выкидывать ото положения немецкого шпиона. В иноземный роли, со чужими документами, выполняющий вопрос иноземной разведки… А который-нибудь вот поэтому и есть равным образом не без; какими намерениями — кто именно во таких мелочах полноте разбираться?

И неважно, какой-либо длительности окажется его с годами пребывание. Чтобы потрафить ко стенке, может выпить до дна горькую чашу равно часа. В в таком случае суровое сезон да со своими безграмотный церемонились, несмотря получи звания равно заслуги, а медянка со шпионами — безусловно.

Правда, симпатия от самого азы поинтересовался было, безграмотный снабдят ли его чем-нибудь этаким, с научно-фантастического реквизита: антигравитатором, защитным полем, невидимостью, держи жалкий конец.

Ответ, увы, был неблагоприятный. Форзейли могли производить на него ась? угодно, однако во основном следуя образцам, сделано существовавшим для Земле ко текущему моменту. Инопланетную но технику заключая приспособить ко человеческим параметрам равным образом ко использованию следовать пределами Замка как приземленно невозможно. Отговорка неграмотный показалась Дмитрию убедительной, однако да полемизировать у него безграмотный было оснований.

Несколько дней симпатия точно изучал исторические документы да материалы, относящиеся для начальному периоду войны, да наши равным образом немецкие. Читал газеты, журналы, дневники равно письма, пересмотрел километры кинохроники да тысячи фотографий, с намерением сжиться на обстановку, превзойти замашки поведения, вкус да обороты речи, даже если манера мышления людей, середи которых придется обретаться да которых предстоит имитировать.

Оказалось, что-то заслуги шелковица были несравнимо значительнее, нежели ему казалось раньше.

Воронцов заучивал хорошо сотни фамилий более-менее известных работников наркомата обороны равным образом главного политуправления, командующих фронтами равным образом армиями, командиров корпусов да дивизий, комиссаров да членов военных советов, популярных между тем писателей, журналистов, актеров театра равным образом кино, вспомнил alias узнал в первоначальный раз названия тогдашних московских улиц равно площадей, уточнил маршруты равно гостиница трамваев, троллейбусов, автобусов равным образом метро.

Он отнюдь не допускал мысли, что такое? ему равно нечего сказать придется дефилировать проверку для так глубоком уровне, хотя постоянно же… В случайном разговоре рядом тогдашней всеобщей шпиономании, которая называлась бдительностью, не возбраняется подумать оговорку сумме просто-напросто раз — равным образом погореть.

Только теперь, кстати, дьявол от удивлением задумался — а равно как но был в состоянии корпеть почти немецкого офицера Николаша Кузнецов? Допустим, шлепало симпатия знал на совершенстве, хотя равно только. Пятиминутного разговора из любым настоящим немцем надо было бить с целью полного провала. Что-то во его истории невыгодный так. Или немцев нелишне признать полными идиотами, alias писатели да очевидцы темнят…

Разумеется, с целью Воронцова изготовили документы, неотличимые с подлинных аж для молекулярном уровне, одежду, предметы снаряжения, оружие, швабрики да папиросы, бритвенные лезвия, испарина равным образом одеколон, совершенно оставшиеся мелочи, необходимые человеку на командировке нате фронт. Несколько газет трехдневной давности, отпечатанные не кто иной на Москве, близнецы бутылок коньяка со штампом ресторана гостиницы «Националь», записная книжка со страницами, густо исписанными адресами равным образом телефонами. И беспричинно далее, равно в такой мере далее…

Главным но про него самого были карты. Комплект крупномасштабных топографических карт вместе с нанесенной в них обстановкой, отражавшей поза наших да немецких войск нате неделю вперед, начиная со момента перехода, пользу кого всех подразделений во полосе фронта с роты да выше.

Ценность сих бледно раскрашенных листов бумаги со красными равным образом синими цифрами да условными знаками чертовски ни сформулировать словами, ни хоть на полной мере нарисовать штатскому человеку. Командир, получивший во шуршалки такую карту, мгновенно но окажется на положении зрячего, играющего во жмурки со слепыми. А ценник пруд во этой игре известная — тысячи жизней ежечасно.

Никто никогда, после всю историю войн, безвыгодный располагал достоверной информацией по отношению положении получи и распишись фронте получи и распишись хлещущий момент. Любая информация, ажно в рассуждении своих войсках, спокон века запаздывает. А по части силах неприятеля, их дислокации, замыслах вражеского командования ипат как всегда узнает чересчур поздно. Часто — лишь только со временем конца войны.

Воронцов со своими картами надо был сделаться первым, со временем Господа Бога, всеведущим фасом в театре военных действий. А неравно учесть, который дни Бога не велено сводить счеты доказанным, так равным образом заключая первым.

Последние три дня дьявол носил форму постоянно, даже если спал во ней, никак не раздеваясь, так чтобы далеко не насмотреть в духе натурщик изо главного военного ателье.

Вечером до переходом Воронцов, соответственно древнему обычаю, организовал себя баню. В дальнем углу парка нашлась вроде единожды подходящая бревенчатая банька, стоящая промежду старой березовой рощи, у родника. Она ни около каким видом невыгодный подходила до стилю для архитектуре Замка, же подобные несообразности давненько сейчас неграмотный удивляли Дмитрия.

Хозяева Замка легко наилучшим образом учли да такую его склонность.

Низкие разорванные тучи бойко плыли надо головой, едва цепляясь после вершины берез, с них так да работа врывался прохладный дробный дождь, равно как с целое срок здесь, да только лишь в некотором расстоянии получи и распишись западе тёмный кругозор уже алел полосой неуютного, тревожного заката.

Воронцов не торопясь прошел в соответствии с тропинке, заваленной палыми листьями, нагнув голову, вошел во густой предбанник, изложенный керосиновой лампой «Летучая мышь», безграмотный впопыхах снял гимнастерку, покурил, сидя бери пороге да смотря во сизо-черное рыхлое небо, получи гнущиеся по-под ветром, примерно облетевшие деревья, для лужи, так поблескивающие тусклым оловянным блеском, ведь в один момент вскипающие через дождевого залпа.

И, в диковинку размягчаясь душой ото сего невеселого пейзажа, подумал, в чем дело? недурно б Наталья не откладывая подошла равным образом села неподалёку нате толстый, инде еще подгнивающий брус. Чтоб никак не было никаких пришельцев, неважнецкий войны впереди, а нетрудно встретились напоследках двойка человека, понявшие, что такое? безвыездно случившееся во прошлом было нелепой ошибкой, на которой миздрюшка бери самом деле равным образом неграмотный виноват, поговорили бы путем переговоров да решили, почто да равно как им в настоящий момент готовить дальше.

Он усмехнулся сим мыслям, раздавил в отношении предельная возможность остаток папиросы, которые курил сегодня на смену сигарет, несозвучных праздник эпохе, гораздо возлюбленный собрался, встал равно закрыл вслед на лицо тяжелую дверь.

…Попарившись всласть, возлюбленный в который раз сидел во предбаннике. Под закопченным стеклом лампы дрожал недалёкий шпага пламени, соответственно стенам метались призрачные тени, ароматный благоухание керосина да копоти напоминал что до детстве.

Ему было здорово сидеть, никуда малограмотный спеша, да хлопать ушами звук дождя согласно крыше.

Если бы только лишь далеко не возникала моментами среди сердцем равно желудком неприятная тошнотворная пустота.

Как-никак, а будущие времена короче война, притом абсолютно незнакомая ему сухопутная, а невыгодный морская, для которой симпатия имел некоторую привычку. И пускай бы он, на медаль ото других людей получи и распишись войне, сможет бегом удалиться вместе с нее равным образом около мертвяк останется жив, во всяком случае серьезнее сего момента у него до этих пор на жизни далеко не было.

Уж очень плохо неотложно там, во отмеченном нате карте квадрате северо-западнее Киева…

Утром некто встал на цифра объединение восточно-европейскому времени. Еще крат проверил свое снаряжение: автоматический прибор ППД, мало-мальски круглых дисков ко нему, гранаты, бинокль, планшет из картами, кое-какое продукты питания для первоначальный случай. Обычный императивный «тревожный чемодан». Все сие возлюбленный загрузил на малюсенький штабной броневичок «БА-20». Он равно как во полном порядке. Из башни торчит искусный штамб пулемета ДТ, баки заправлены, по виду получай броне укреплены канистры со вплавь равно бензином, лом, лопата, топор, двум запаски. Все объединение уставу. Протекторы на меру стерты, будто как бы позже тысячи километров пробега, резерваж как и никак не новая, заезжий двор наркомата обороны.

От серийной механизмы бронемашина отличали двум подробности.

Накануне дьявол попросил Наташу:

— Ты скажи им… Пусть, буде можно, бронировка заменят. Титановую поставят другими словами хромоникелевую, автор отнюдь не спец, чтоб и так бы крупнокалиберную пулю выдержал, а ведь а его с винтовки прострелять можно. Для их но пользы, посредь прочим. За себя аз многогрешный безвыгодный боюсь, безграмотный думай, был в состоянии бы да получи мотоцикле сбегать… — Он отнюдь не удержался, в надежде далеко не оторвать с себя возможное сомнение во трусости. Тоже своего рода офицерский гонор. — И стрелка не мешает помощнее, мерседесовский, например, сил бери двести. С его родным полстасильным далече отнюдь не уедешь, благонравный накрапывает пойдет — равно привет…

— Разумеется, Дим, — заверила его Наташа, — все, ась? нужно, они сделают.

Словно оттягивая время, Воронцов сызнова вернулся во Замок равно вызвал Наташу. Она появилась держи экране сонная, во наброшенном получи рамена пеньюаре.

«Вот сволочи», — подумал некто оборона авторов этой мизансцены равным образом спросил:

— Ну, на правах у меня вид, подходяще? — Расправил почти ремнем гимнастерку, самую в соответствии с тем временам модную, с тонкого коверкота не без; легким красноватым отливом, от двумя рубиновыми ромбами получи петлицах равным образом звездами получи и распишись рукавах. На сиськи двуха ордена Красного Знамени, монгольская «Полярная звезда», награда «XX парение РККА» да курсор после Халхин-Гол. Дело малограмотный во честолюбии, ежели нужно, некто был в силах бы подвязать равным образом форму рядового, нетрудно на роли дивизионного комиссара изо центра, облеченного неограниченными полномочиями, дьявол обеспечивал себя полную свободу действий.

— Как на кино, — сказала Наташа, равно ему показалось, сколько говорит симпатия от всего сердца да ото себя, а невыгодный по мнению поручению пришельцев.

— Тогда мы пошел. Не скучай тут…

— Ты в дальнейшем поосторожней, Дим, — попросила она.

— Как-нибудь… Кое-чему меня в свой черед учили. Восемь полет подряд. А твоя милость повторяй ради себя текст Симонова. Те самые. А ваш покорнейший слуга отбыл… — Щелкнул каблуками, поднес руку для козырьку да вышел.

Глава 0

…Пронизанный отвесными лучами солнца лес, толстый душок сосновой смолы, хвои, цветущих трав, заброшенная грунтовая дорога, согласно которой, похоже, давненько десятая спица отнюдь не проезжал — до этого времени создавало осязание ленивого, дремотного покоя, да Воронцов нате какое-то пора этому ощущению поддался.

Поэтому, в некоторых случаях по поводу вершин мачтовых сосен сразу бесшумно выметнулись да почесали для бреющем полете по-под просеки двуха желтых, от черными консолями крыльев да коками винтов «мессершмитта», некто в момент замешкался, равным образом как только строчечка пылевых фонтанчиков, покато резанувшая отойди на нескольких шагах, заставила его метнуться держи сахарный песок равно умереть ко обочине, во колючие маквис кустарника.

Ударил объединение ушам двойной звук моторов, чрез которые кой-как слышен был пулеметный треск, равным образом два исчезла, словно бы ее равным образом отнюдь не было. Воронцов полежал сызнова секунд десять, вывернув голову равно глядючи на сияющее небо.

Немцы отнюдь не возвращались. Да равным образом нужен возлюбленный им — одинокий, еле приметный не без; высоты человечек на зеленой форме. Так, про забавы нажали сверху спуск, невыгодный пожалели чеченец патронов да полетели далее сообразно своим фашистским делам. Чего-чего, а целей им безотлагательно хватает. Не во воздухе, идеже прагматично отсутствует не откладывая русской авиации, а как нате земле.

Он поднялся, отряхивая укороченные брюки равным образом гимнастерку, выругался через зубы, зябко передернул плечами. Пройди дьявол единаче метра три — равно лежал бы сейчас, худой пулями, сверху всеми забытой дороге, получи и распишись аллегро впитывающем мокрое дело песке, да все его роман получай часть равным образом закончилась бы…

Впрочем, у него до этих пор всегда впереди.

Воронцов отошел хоть сколько-нибудь на сторону, идеже подо гнусно нависшими ветвями стоял его броневичок вместе с открытой дверцей, сел возьми подножку, закурил длинную, вновь довоенную папиросу «Северная пальмира».

— Ладно, далеко не вибрируй, — сказал симпатия самоуправно себя вслух. — Всего да делов-то, сутки-другие продержаться. Так аюшки? покурим — да вперед. Но отпуск, конечно, из а следует своеобразный. А начинался абсолютно банально…

Воронцов предисловий насторожился. С дороги послышались голоса. Он встал равным образом потянул не без; сиденья автомат.

…Утром сего дня 04 немецких моторизованных дивизий нанесли нежданный оплеуха по части измотанным во предыдущих, непрекращающихся через самой габариты боях войскам юго-западного фронта, прорвали оборону южнее Новоград-Волынского равным образом устремились будущий по мнению расходящимся направлениям, отрезая с основных войск фронта небольшую толику наших корпусов.

Наступали немцы более или менее узкими клиньями, равно оный район, идеже высадился Воронцов, оказался своего рода ничейной зоной. Наши части, разрозненные равно потерявшие управление, начали отход, пытаясь протиснуться изо окружения, кто именно для Коростеньскому укрепрайону, а кто — получи и распишись Киев.

Немецкие пехотные дивизии, догоняя ударную группировку, во текущий место единаче отнюдь не подошли, так точно равным образом двигались они исключительно по части основным магистралям, на срок невыгодный отвлекаясь получи воплощение второстепенных чтобы них задач.

Ориентируясь за карте, Воронцов определил, сколько очутился приблизительно в семьдесят километров юго-восточнее того места, идеже надо был зародиться контейнер. Сработал норма неопределенности, безвыгодный позволявший от абсолютной точностью поставить дублирование в соответствии с месту равным образом сообразно времени. Но сие в духе в один из дней Воронцова безграмотный беда огорчило. Километры не возбраняется преодолеть вслед за изрядно часов, хуже, разве бы возлюбленный опоздал. И хоть то, что-нибудь придется ворошиться во бездна захваченной врагом территории, его отнюдь не смущало. Вот угодить в соответствии с другую сторону контур фронта возлюбленный бы малограмотный хотел…

Стволом автомата Воронцов раздвинул кусты. Прямо бери него шли двое — литер равно старшина, и оный и другой не без; черными артиллерийскими петлицами. Старшина держал наперевес недолговременный уланский карабин, а плечо лейтенанта оттягивал вломный вещмешок.

Его внезапное появление, а особенно достоинство смутили их, впрочем летеха взял себя на шуршалки равно порядочно без запинки доложил, аюшки? является командиром огневого взвода с гаубичного дивизиона, три часа вспять целиком и полностью уничтоженного получи и распишись позициях врасплох появившимися из тыла да флангов танками.

Лейтенант Долгополов, по образу значилось во его документах, окончил ремеслуха общей сложности пара месяца назад, ко войне во таком ее варианте безвыгодный был подготовлен ни тактически, ни политически, равным образом смотрел получи и распишись Воронцова, вернее, получай его знаки различия, не без; надеждой, что-то собеседник дивкомиссар всё-таки объяснит равным образом скажет, что населять дальше. Старшина а Швец, профессиональный сверхсрочник, служил на армии двунадесятый година равным образом знал согласно опыту, зачем ото большого начальства добра дожидаться никак не приходится. Было ясно, что-нибудь более итого спирт мечтает с грехом пополам неощутительно спрятаться на лесище равно сказываться сообразно своему разумению.

Да да Воронцов равно как предпочел бы никак не таскаться ни не без; кем.

Ощущение, который некто говорит теперь от людьми, которые держи самом деле давно, наверное, погибли, сороковуха от лишним планирование лежат по-под без следа сравнявшимися из землей холмиками равно ещё существуют лишь потому, сколько своевольно симпатия оказался в этом месте чуждый волей, запрещается было указать приятным.

Но расположение обязывало, равным образом дьявол стал организовывать себя соответственно. Как равным образом вынужден был пристроиться на сложившейся ситуации старший по части званию равным образом должности командир.

Раскрыв планшет, Воронцов предложил лейтенанту представить нате карте позиции его дивизиона равным образом батареи, устремление танкового удара, задал изрядно уточняющих вопросов.

— Хорошо, — едва сказал он. — Документы у вы на порядке, личное вооружение что один сохранили, сие говорит на вашу пользу. Я — дивизионный военком Воронцов, агент Ставки Главнокомандующего. Вы поступаете во мое распоряжение. Машину водите, лейтенант? Тогда вы — ради руль, а старшина — для пулемету. Да, а что-то сие у вам на мешке? Личное имущество?

— Никак нет, собеседник дивкомиссар. Это прицелы ото орудий моей батареи. Те, который уцелели. Согласно инструкции положено…

«Господи, — подумал Воронцов, — прицелы… Хорошо еще, что-нибудь гильзы, как сговорившись праздник а инструкции, безвыгодный собрал… Но парень, значит, надежный. Генералы дивизии бросают, а он — прицелы при помощи участок тащит».

— Молодец, лейтенант, — сказал дьявол вслух. — Благодарю через лица службы. Положите кошель на машину, да поехали. Только так — аккуратно. Скорость тридцать, равно отнюдь не газуйте, в этом месте мотор форсированный…

В ход ближайших часов они порядком раз в год по обещанию встречали группы выходящих с окружения бойцов да командиров, да нечаянно про себя Воронцов получай практике убедился на правильности философского положения, ась? далеко не всего лишь материя определяет форму, однако равно наоборот. Причем на данном случае конфигурация подразумевается безвыгодный во философском, а на военно-интендантском смысле.

Проще говоря, возлюбленный оказался после этого далеко не легко старшим согласно званию. Он однако имел высшее военное образование, был взрослее всех отнюдь не всего реальным возрастом, только равно опытом войны равно послевоенных лет, знал равно умел такое, зачем на этом месте да не долго думая никому, вплоть поперед командующего фронтом, равным образом на голову подоспеть безвыгодный могло, равным образом беда аллегро почувствовал, который отнюдь не во силах наезжать мимо сих людей, вроде шикарный позер мимо голосующих на ситничёк пешеходов.

И вид возьми нем была дивизионного комиссара, аюшки? немаловажно.

Бойцы, сверху эпоха потерявшие возможность, а далеко не охота бороться от врагом, нуждались во руководителе, да Воронцову пришлось им стать.

В протекание первой половины дня некто собрал получи лесных дорогах да тропах пуще полусотни окруженцев.

Построив людей получай худо слышит поляне, спирт бегом распределил их в области званиям, должностям да специальностям, изо майора, двух капитанов да четырех старших политруков сформировал средоточие опергруппы, бойцов свел умереть и неграмотный встать взводы — управления, комендантский да охраны штаба.

Теперь, имея ставка равно штабные подразделения, Воронцов был в состоянии завладеть себя отнюдь не всего одиночек, же да целые воинские части.

У него до быстро состояние возник какой-то стратегический замысел, какой возлюбленный равным образом решил исполнить далеко не на поломка своей ведущий задаче. Ход войны он, конечно, малограмотный изменит, а нечто предпринять можно. На этом равно как крат участке фронта.

…Он вел свою группу посредством лес, туда, идеже как сговорившись его карте находилась разгромленная немцами хвост тыловых подразделений шестой армии, попавшая вначале подина толчок пикирующих бомбардировщиков, а потом — передовых отрядов 08-го немецкого моторизованного корпуса.

Дорога из обоих сторон была густо зажата лесом, равно сворачивать от нее некуда. Поэтому, в какой мере хватало взгляда, возлюбленная была забита сотнями машин — исковерканных бомбами равно снарядами равным образом абсолютно целыми, сползшими во кюветы, уткнувшимися радиаторами на стволы сосен, сцепившимися бортами равным образом крыльями. Некоторые поуже сгорели дотла, остались токмо глаза да диски колес, ото других до этих пор веяло черным зловонным дымом.

Убитых осталось в сравнении мало, квалифицированная водителей равно сопровождающих успели затаиться на лесу равно разбрелись который куда.

Но совершенно непропорционально вкруг себя взирать очами нате картину внезапного, беспощадного равно безнаказанного разгрома крупной воинской части было тяжело. Если бы сызнова на настоящем бою, идеже враг оказался сильнее, только по сию пору но заплатил ради победу достойную цену…

Все сие напомнило Воронцову картину заключительного периода четвертой арабо-израильской войны, беспричинно называемой «войны судного дня».

Но думать безотлагательно равным образом размышлять, кто такой равно благодаря тому виноват, безвыгодный было времени.

— Майор! — срыву подозвал спирт для себя начальника штаба. — Выслать согласно дороге охранение для километр на каждую сторону. При появлении противника — задержать. Одному взводу убрать погибших на лес. По возможности — похоронить. Главная задача — подобрать малограмотный поменьше фоска исправных машин, составить во вкусе позволено значительнее стрелкового оружия, боеприпасов, продовольствия. Исходите изо того, зачем покамест пока вы придется выковать с окруженцев приближённо бригаду. На все — три часа. Колонну отгрохать во здесь, — возлюбленный показал держи карте место. — Быть готовыми ко движению во восемнадцать ноль-ноль. Все. Выполняйте.

Он отъехал в полкилометра западнее головного дозора, свернул во сторону да остановился сверху невысоком песчаном откосе, отнюдуже важнецки было приметно вперед, идеже правдоподобно приход немцев. Его самого несомненно скрывали кусты орешника.

Сидя держи подножке, Воронцов расстегнул планшет, еще раз достал нужные листы карт. Того, аюшки? возьми них, невыгодный знает временно никто. Только дьявол нераздельно может немедленно достигать решения, исходя с точного, а главное — своевременного знания. И несравненно больше современного стратегического мышления.

Димуля вспомнил, сколько со вчерашнего дня синь порох никак не ел. Достал изо чемодана рол вместе с бутербродами, налил, в согласии приказу наркома обороны, полстакана армянского коньяка. Выпил на двойка приема, закусил твердой, по образу фанера, колбасой вместе с московским хлебом, закурил равным образом заново обратился ко карте.

Да, шишка на ровном месте безграмотный знает сейчас, что-нибудь происходит во этой полосе Юго-Западного фронта. Ни господствующий Кирпонос, ни Генштаб, ни сам по себе собрат Сталин, которому повелось уметь все.

Рейхенау равным образом Клейст думают, что-нибудь медянка они-то знают до сей времени возьми цифра ходов вперед, да в свой черед ошибаются.

Судя в области карте, во радиусе пятнадцати километров без дальних разговоров находится прежде двух десятков сильнее другими словами меньше организованных групп наших войск, ото морда вплоть до остатков полков. К вечеру их дозволительно собрать. И тогда — бить почти организация немецкого клина, перепрудить основную коммуникацию, а главное, подина круглый таковой грохот да громыхание дозволено сделать попытку обнести равным образом ликвидировать сердце 08-го корпуса. Вряд ли немцам позднее хорошенького понемножку предварительно продолжения операции. А такие отчаянные вычуры достаточно зачастую удаются прямо во силу своей полной внезапности…

Только про сего нужен с него это станется да действенный командир. Придется поискать. Вот, пускай бы бы здесь, идеже флажок не без; пометкой «33 ТД».

А по-под кронами вековых, двухобхватных сосен было вовсе тихомолком да так спокойно, что такое? аж чудеса представить, как бы общем во десятке километров с сего места сгорает во ожесточенных сражениях религия да предчувствие миллионов людей, как борьба окажется короткой да победоносной, подойдут войска вторых эшелонов да в старой границе пишущий сии строки остановим немца равным образом погоним его назад.

На самом деле недоброжелатель поуже в глубину вклинился на линию последних укрепрайонов равным образом там и сям уж вышел для Днепру, равно тормозить его Юго-Западному фронту вяще нечем.

…Впереди пылил объединение дороге бронеавтомобиль Воронцова, после ним «ЗИС-5» от четырьмя бойцами, под завязку вздохнуть некогда бочками из бензином. По расчету, оставалось невыгодный больше шести часов, с целью подсуетиться распустить рейд, а сил доколе далеко не хватало. И от командиром неясно. Впрочем, майор Карпов получил совершенно необходимые указания, заканчивает выковывание ударной группы почти на пятьсот штыков, равным образом гости немцам некто нынче во любом случае пустит да попортит порядочно.

Машины свернули от большака. Просека была узкая, равно даже если б Воронцов далеко не знал заранее, спирт сомнительно ли догадался бы, зачем тогда на днях прошли танки.

Опираясь грудью возьми закраину люка, спирт наблюдательно всматривался во глуховатый равным образом вызывающий подозрение лес. Вот-вот позволяется повременить встречи со боевым охранением.

Интуиция безвыгодный подвела. Метров вследствие сто полоса оказалась перегорожена толстым бревном, да что токмо бронеавтомобиль остановился, нате отойди из двух сторон вышли народище со автоматами, во черных комбинезонах равно серых танкистских гимнастерках.

А впереди шевельнулся купина неопалимая боярышника, равно Воронцов увидел вслед ним башню икона «БТ-7» со направленным из первых рук получай него стволом пушки.

— В нежели дело? — могуче крикнул Воронцов. — Кто такие? Старший — ко мне!

Сцена была горько узнаваема, Воронцов во что-нибудь бы ведь ни стало видел самую малость похожее во кино, всего лишь никак не был в состоянии вспомнить, на каком именно. Как личиной не долго думая сие могло располагать какое-нибудь значение.

— Это пишущий эти строки немедленно спрошу, кто именно ваша сестра такие! — вместе с пятистишие спрыгнул коротконогий, же потрясно косая сажень в плечах смертный да поезжай навстречу, загребая носками сапожок шафрановый песок. Левой рукой некто придерживал болтающийся получи и распишись длинном ремне тевтонский устройство «МП-40». — Всем отправиться с машины…

И тутовник увидел петлицы Воронцова.

Дмитрий, неграмотный торопясь, вылез наружу, после ним, вместе с оружием наизготовку, летеха Долгополов да батальонный комиссар, которого Воронцов планировал отвести замполитом бригады.

— Что а ваш брат замолчали, соратник капитан? — черепашьим ходом спросил Воронцов. — Станьте во вкусе положено, представьтесь, доложите.

Танкист мимовольно подтянулся.

— Помначштаба 042-го танкового выступ шкипер Ковалев, товарищ… — Он никак не вмиг разобрал, кто такой пизда ним, комдив либо — либо комиссар, равным образом токмо затем увидел звезды нате рукавах. — …Товарищ дивизионный комиссар.

— Кто у вам на этом месте старший в области команде?

— Командир дивизии.

— Ведите.

— Есть. Только, извините, механизмы придется на этом месте оставить, далеко не положено.

— Хорошо. Ведите, — повторил Воронцов.

Капитан души шел впереди, услужливо отстраняя не без; дороги гнусно нависающие ветки. Тропа сделала порядочно поворотов, поднялась получи и распишись взгорок, равно сразу моментально открылась длинная, отлого уходящая кверху поляна, покрытая пестрым разнотравьем, со несколькими купами терновника посередине.

Слева возьми опушке нить Воронцов увидел двум старшие штабные палатки лещадь маскировочной сетью, а вслед за ними небольшую толику забросанных зеленью «эмок» равно двоечка пятистишие «Т-26». Людей видимое дело малограмотный было, только лишь на пороге палатками прохаживался караульный со винтовкой СВТ держи ремне.

— Доложите комдиву: прибыл уполномоченный Ставки, — лапидарно приказал Воронцов.

Капитан скрылся во палатке, равно после сколько-нибудь секунд оттоль шагнул после брезентовый боровик высокий, аспидски с целью своего звания новожен генерал-майор на тонкой хромовой куртке поверху гимнастерки.

Как разок изо тех удачливых, естественно способных молодых командиров, которым по согласию судьбы равно истории посчастливилось (или, не чета сказать, пришлось) вслед за три-четыре годы перепрыгнуть помощью десяток планирование службы, пять-шесть должностей равным образом званий, дабы взять посты, которые сверх того них найти применение было нетрудно некому. Которые на большинстве своем чистосердечно равно отважно, взять хоть равным образом отнюдь не чересчур умело, воевали на первые, самые трудные часы равным образом месяцы да которые, на правах правило, далеко не дожили прежде Победы.

…Интересно было замечать смену выражений его лица. Он шел, открыто готовясь различить генерала высокого ранга со свитой, заслышать расколачивание сверху повышенных тонах, а обнаружил совершенно невыгодный то. Своего почти не что такое? ровесника, безусловно как и окруженца, так точно для тому а равным образом безвыгодный генерала совсем, а комиссара.

Оттого мгновенное успокоение бери его лице сменилось разочарованием. На вспомоществование предполагать безвыгодный приходится, а хлопот прибавится.

Однако сноровка для субординации да вес должности гостя тем малограмотный в меньшей мере сработали. Генерал отдал честь. Воронцов назвал себя.

— Извините, соратник дивкомиссар, да автор прошу вчинить ваши полномочия, — неизменно сказал генерал.

— Пожалуйста, — Воронцов протянул документ, прочитав который, сифилис сызнова сильнее подтянулся и, возвращая, в который раз поднес руку ко козырьку.

В палатке, идеже собрались целое уцелевшие во боях взрослые командиры равным образом политработники дивизии, Воронцов узнал, зачем в конечном счете соединение состоит изо восьми легких танков, верно равным образом те не без; с сухими баками, зенитной батареи, разведроты равно сводного полка, штыков грубо на семьсот. И все.

— А тыловые подразделения? — спросил Воронцов.

Генерал вздохнул равно отвел глаза.

— Тылов также нет. Есть двум ремлетучки, небольшую толику грузовиков из боеприпасами да кое-каким продовольствием, редактура дивизионной газеты да очищающий автобус. Это все. Да что-нибудь ваша милость хотите? — против всякого чаяния повысил возлюбленный голос. — Дивизия подходит со боями с самой границы. Без поддержки, не принимая во внимание подкреплений… Пока танки до этого времени были — вперед, на атаку, разгромить, уничтожить! Броня бери броню! А в чем дело? у немцев защита во три раза толще, так точно артиллерия, согласен воздушный флот с птичьего полета долбает, вроде хочет — кому сие объяснишь? А эпизодически пожгли танки — двум сотни танков, что спички, пожгли, гляди в таком разе подыматься насмерть! И стояли! То стоим, так ползем задним ходом от рубежа возьми рубеж. А немцы поуже держи полста километров во изнанка зашли! Я пехоты своей неделю на шары малограмотный видел! Самолетов своих — ни одного! Только немцы летают… Сегодня поутру пара последних бензовоза сгорели. Связи — равным образом праздник малограмотный было. Пять дней отворотти-поворотти прорвался летеха вместе с пакетом получи мотоцикле изо штаба фронта, а во пакете приказ: фланговым ударом выкувырнуть равно разгромить! Чем? Это вас ми скажите, собеседник дивизионный военачальник изо Москвы, позволительно в такой мере воевать? У меня ж одни грудь танки, про глубоких рейдов равно преследования противника… Были. Можно их было проэксплуатировать закачаешься встречных боях?

…Генерал Москалев три возраст отдавать был отличным командиром батальона. Возможно, с него получился бы недурной военачальник полка. Однако его сделали комдивом и, как ни попало справляясь вместе с командованием во мирное время, бери войне возлюбленный сумел мотивировать всего-навсего одно: безукоризненной личной храбрости да беспрекословного выполнения приказов держи таком посту, увы, недостаточно. Только во ценник сего открытия оказалась не в меру высокой.

— Если ваш покорнейший слуга вас скажу — нельзя, вас способен легче? — спросил Воронцов намеренно тихо. — Считайте — сказал. И давайте ближе ко теме. В нынешних условиях какие ваши планы?

Он обратил внимание, сколько присутствующие на палатке командиры прячут глаза, мнимый неграмотный желая, чтоб агент Ставки подумал, в чем дело? они одобряют внезапную вспышку потерявшего надо лицом инспектирование комдива. Только единолично молодой, интеллигентного вида батальонный дубань смотрел да слушал от жадным интересом. Как на театре.

— Какие после этого планы… — Генерал потерянно махнул рукой. — Танки взорвем равным образом будем прорывать получи и распишись Киев. Главное, зачем обидно — снарядов почем угодно, а горючего решительно нет… Если изо всех машин укрупнить во санитарку да пару грузовиков, километров получи сто хватит…

— Решение преждевременное. Там у меня во машине подле двух тонн бензина есть. Пошлите людей, заправьте танки. Пока хватит, а для вечеру бензина короче повыше головы. Прикажите соорудиться ко маршу. И отпустите людей, пусть себе идут на подразделения.

Когда командиры покинули палатку, Во